Право на сына (СИ)

— Ле-е-е-ер, мне завтра на смену, я пару бокальчиков.
Подруга только усмехается и кивает, пропускает меня в квартиру. Нас встречает Ирочка — домработница Леры. Она приходит почти каждый день, убирает, готовит, стирает, в общем, занимается всем тем, на что у подруги катастрофически не хватает времени из-за салона, которым она владеет.
— Здравствуйте, — произношу я и улыбаюсь Ире.
— Здравствуйте, — кивает она. — Привет, Даня.
— Я оставила Иру, чтобы она присмотрела за Даней, пока мы… ну ты понимаешь.
Подруга многозначительно улыбается, а я закатываю глаза. Вот все она предусмотрела, буквально до мелочей, и Иру оставила, и мартини купила.
— Я доставку заказала, скоро закуску привезут.
Через час, несмотря на уверенность, что пить я не буду, мы сидим в спальне с полупустой бутылкой мартини.
— Я не пойму, — произносит Лера. — Ты хотела от него ребенка? — спрашивает, будто и так не знает.
— Да.
— И выпила таблетку? — уточняет третий по кругу раз.
— Да.
— Откуда тогда Данька?
— От верблюда, Лер, — с истерическим смехом произношу, утирая слезы. — От него Данька. Таблетка не сработала, видимо.

  
Глава 5
 
“— Ну что? — мой врач смотрит на меня с нескрываемой радостью. — Могу тебя поздравить, всё получилось. Срок примерно пять-шесть недель. Ты специально не приходила раньше? Чтобы уж наверняка?
Я непонимающе уставилась на нее. В смысле получилось? Что получилось? Какие недели? Это невозможно!
— Но я пила таблетку, — возражаю, поднимаясь с кресла и одергивая платье.
— Какую таблетку? — уточняет Лариса Петровна.
— Экстренной контрацепции.
Чувствую себя дурой, которая всего четыре месяца назад плакала, говорила, что ей нужен ребенок, а потом взяла и одним махом выпила препарат.
— Не понимаю. Ты же ребенка хотела, мы стимулировали твои гормоны. Зачем таблетка?
— Там… так получилось.
— Насть, — она накрывает своей рукой мою ладонь. — Ты не хочешь этого ребенка? Аборт в твоем случае противопоказан, сама понимаешь, с таким диагнозом…”
Я отрываюсь от воспоминаний и фокусируюсь на подруге, которая машет перед моим лицом руками, стараясь привлечь к себе внимание. Она заметила мою странность и теперь пытается допытаться, что и как.
— Извини, я прослушала.
— Ты таблетку зачем выпила? — спрашивает растерянно.
Я вздыхаю, не зная, как объяснить то, что сделала. Я хотела ребенка и мечтала, что рожу не от кого-нибудь, а от того, кто нравился, за кем следила, раскрыв рот и о ком мечтала. Глупая была, но разве таких, как я мало? Сколько девчонок следят за известными блогерами и медийными личностями, влюбляясь и грезя о них? Единственное различие между мной и ими в том, что я смогла не только прикоснуться к мужчине своей мечты, но и родить от него ребенка.
Любая бы прыгала от радости, хвалилась в социальных сетях, пошла бы на новостные каналы. Еще бы. Ребенок от самого Станислава Лебедева — известного бизнесмена, популярного блогера и просто невероятно сексуального мужчины. О нем мечтали многие и я в том числе. Хотела быть рядом, касаться его, трогать, хотя бы раз приблизиться к мечте.
Я же даже не была зарегистрирована в сети, удалила аккаунт, который у меня когда-то был, боясь, что кто-то может заметить сходство. В первый год оно было практически незаметно, но сейчас… видимо, у Стаса слишком сильные гены, потому что Даня невероятно сильно похож на него. Не узнать это невозможно, и я боялась, что он когда-то наткнется на своего сына. Или кто-то пришлет ему фото.
— Ну? — поторапливает Лера.
— Из злости. Он дал мне денег и выставил представительницей древней профессии, я из злости глотнула таблетку, решив, что не хочу рожать от такого, как он.
Я ведь действительно так и думала. Зачем мне ребенок от такого, как Стас? Если после хорошо проведенной ночи он выставил меня непонятно кем и оскорбил. Я была зла.
— Таблетка не подействовала?
— Нет.
— И ты ему не сказала? — Лера явно не понимает, почему я этого не сделала.
 
— А должна была? — усмехаюсь.
— Конечно, должна была. У вас порвалась защита, ты глотнула таблетку, она не подействовала, ты забеременела. Почему ты ему ничего не сказала? Ты ведь не забеременела обманом!
— Лер, о чем говорить? Что я забеременела? Он бы отправил меня на аборт. Видела бы ты, с каким лицом он говорил, что ему не нужны проблемы.
— И что? Не нужны, но уже получилось, а тебе нельзя было прерывать беременность.
— Ты думаешь его это волновало? Лер, ну что ты как маленькая, он бизнесмен, известный на всю страну, а я кто?
— Глупая ты, Насть, я бы на твоем месте давно ему рассказала, а ты тут от страха жмешься. Ну богатый, влиятельный, красивый, и что? Он же не деспот, Насть, да и право матери быть с сыном никто не отменял.
— Лер, я хотела ребенка для себя, я не собиралась беременеть от Лебедева, чтобы потом кинуть ему предъявы и потребовать алиментов. Я родила для себя.
— Не-е-е-ет, дорогая, — смеется подруга, отпивая из бокала игристый напиток. — Для себя ты родила, если бы твой план сработал и Лебедев взял защиту с твоих рук, а так это уже стечение обстоятельств. Ты и таблетку выпила и приготовилась к тому, что не родишь, все сделала, как он просил.
— И что ты предлагаешь? — спрашиваю, беря со стола бокал, но тут же ставя его обратно. Пить уже не хотелось, да и голова начала раскалываться. Я хотела узнать, как получилось так, что Лебедев вернулся, а Лера пыталась убедить меня в том, что ему стоит рассказать.
— Скажи ему о том, что у него сын растет, — уверенно предлагает Лера.
— И что это изменит? — спрашиваю, действительно не понимая какой в этом смысл.
— Ты перестанешь боятся, что он у тебя его заберет и начнешь нормально жить. Заведешь аккаунт в инстаграм, познакомишься с кем-то, ты же живешь затворником.
— У меня есть Макс, — напоминаю ей о парне, но подруга лишь отмахивается и залпом осушает бокал.
— А что Макс? Он сколько раз тебе предлагал к себе переехать? А ты все отказываешь. Почему?
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— Лер, давай не сейчас.
Начинаю чувствовать себя, как в следственном кабинете на допросе. Голова тут же проясняется, но от этого становится не легче, а только хуже. Вдруг накатывает все, что произошло за последние дни: Лебедев, мама со своим поторапливанием, Максим, который снова начал давить намеками, родительский комитет, в котором меня считают нищей.
— А я знаю, почему ты отказываешься, — подливает масла в огонь Лера. — Потому что все еще думаешь о своем Лебедеве.
— Лера! — одергиваю ее и забираю бутылку, замечая, что подруга изрядно опьянела. — Ты ела что-то сегодня?
— Ага, — икает она. — Мандаринку.
— Жуть какая, — комментирую и помогаю ей встать и дойти до кровати.
Едва голова Лерки касается подушки, как она засыпает, что-то пробормотав напоследок. Я выхожу в коридор и иду в другую комнату, где Даня играет с домработницей.
— Ирина, мы поедем. Я уже такси вызвала.
— Хорошо. Как там Валерия?
— Спит, — я улыбаюсь, когда она понимающе кивает.
— Идете, я дверь закрою, все уберу, не переживайте.
Ира отпускает нас домой с упакованными булочками и новой игрушкой, которую Лера специально купила для Дани, а сын ни в какую не хотел ее оставлять.
Наше такси подъезжает как раз в тот момент, когда мы выходим из подъезда. Я усаживаю Даню в автокресло, пристегиваю и сажусь рядом. Дома мы оказываемся через полчаса, выходим из авто, я расплачиваюсь, не требуя сдачи и беру сына за ручку.
 
Даня принимает ванну и после сказки ложится спать, а я сажусь рядом, беру телефон в руки и захожу в инстаграм, быстро прохожу регистрацию, не выставляя своих фотографий и придумывая другое имя. В поиске вбиваю имя Стаса, но не нахожу его прежней страницы. Открываю несколько аккаунтов, но все они принадлежат другим людям.