Право на сына (СИ)
— У меня пятьсот пятый номер, — произносит он. — Станислав Лебедев.
— Да, одну минуточку.
Я делаю вид, что проверяю его слова, после чего тянусь к ключам, протягиваю их ему и, наконец, поднимаю голову, встречаясь с его голубыми глазами, которые смотрят на меня заинтересованно.
— Спасибо, — произносит он и берет ключи, отчего его длинные мягкие пальцы касаются моей дрожащей руки.
Я жду, что они уйдут, но Лебедев неожиданно протягивает ключи своей даме и просит ее подниматься в номер.
— Мне нужно решить пару вопросов, — поясняет он на ее недоумевающий взгляд.
Она кивает и уходит, а мужчина возвращает взгляд ко мне, проходится им по моему лицу, спускается ниже…
— Вам что-то нужно? — спрашиваю максимально вежливо.
— Да, — он кивает и улыбается. — Хочу узнать, как у тебя дела, Ста-ся.
Глава 3
Я теряю дар речи и ошарашенно смотрю на мужчину. Он узнал меня? Это невозможно. Я понимаю это слишком поздно, но это действительно так. Нет, я не изменилась до неузнаваемости, но у меня другой цвет волос: рыжий, огненный, как я всегда и хотела, но раньше не решалась, а тут… покрасилась буквально несколько месяцев назад и до сих пор не могла поверить, что мне так идет. А еще я поправилась, да и повзрослела, все же, три года прошло, я больше не та неуверенная в себе девушка, которая таяла от откровенных ласк понравившегося мужчины.
— Простите, вы о чем? — все же нахожу в себе силы ответить спокойным ровным голосом.
— О твоих делах, — он пожимает плечами. — Ты мне понравилась, Ста-ся.
Стас смотрит куда-то в область моей груди, и я вспоминаю, что после принятия нас на работу, нам выдали бейджи с уменьшительно-ласкательными именами. Мне досталась Стася, а Ане — Нюта.
— Насть, — из спины Стаса неожиданно выныривает Макс за ручку с сыном. — Мы пойдем? Я заберу Даню к себе?
— Подожди, — прошу у него и возвращаю взгляд к Стасу. — Вы извините, но я не знакомлюсь с клиентами.
— Завтра я снимаю бронь номера.
— Очень жаль, — растягивая рот в улыбке, протягиваю ему визитку. — Звоните, чтобы забронировать номер, если вдруг окажетесь в наших краях.
Не знаю, как мне удается держать лицо, ведь сердце тарабанит о грудную клетку с бешеной скоростью. Перед глазами проносятся воспоминания нашей ночи, а в голове звоном колокола пробивает осознание, что сзади Стаса стоит Даня. Только сейчас понимаю, что они ужасно похожи. Не только глазами, но и цветом волос, формой губ, улыбкой и гордо поднятой головой.
— Я оставлю тебе свою визитку, — Лебедев не сбавляет напора. — Вдруг ты передумаешь.
Он протягивает мне небольшой прямоугольник, который я тут же возвращаю ему обратно со словами:
— Сзади вас стоит мой сын и парень, не думаю, что вам нужны проблемы.
Лебедев хмурится, быстро поворачивается, оценивая взглядом Макса, который развлекает Даню жестами, а после возвращает взгляд ко мне и произносит:
— Понимаю. Но визитку я, все же, оставлю.
— Как хотите, — произношу и беру визитку в руки, выбрасывая ее в урну на глазах у Лебедева. — Приятной ночи, Станислав.
Я не могу себе позволить покинуть рабочее место, пока у стойки стоит клиент, поэтому жду, пока он ретируется. Лебедев несколько минут прожигает меня взглядом, а после усмехается, наклоняется так, чтобы нас никто не услышал и шепотом произносит:
— Скажи своему парню, чтобы держал тебя покрепче.
Он уходит, а я несколько мгновений остаюсь стоять на месте, совершенно ничего не понимая. В итоге, отбрасываю мысли в сторону и обхожу стойку, направляясь к Максу и Дане. Мой парень тут же обнимает меня за талию, притягивает к себе и целует в висок. В его объятиях мне спокойно, сердце не бьется с дикой скоростью, тело не лихорадит, будто у меня подскочила температура до отметки сорок. Он тот, кто всегда подставит плечо, кто поможет и поддержит.
— Я заберу Даню? — зачем-то просит разрешения.
— Да, конечно, — киваю. — Я позвоню, скажу маме, что он у тебя.
— Я купил ему два йогурта на десерт, а поужинаем мы супом, — Макс улыбается. — А еще я оборудовал ему настоящую спортивную площадку в свободной комнате.
Я благодарно улыбаюсь и целую Макса в щеку. Он живет в трехкомнатной квартире в центре и не раз намекал на переезд к нему, но я все никак не могу решиться. Сегодня один из таких моментов: он говорит об оборудованном уголке для Дани, а я вспоминаю нашу крошечную однушку и думаю о том, что сыну и правда будет удобнее в большой просторной квартире. Макс заработал на нее сам своими проектами и умениями. Он грамотный востребованный программист, работает в одной из ведущих компаний и подрабатывает на починке.
— Спасибо тебе, — говорю совершенно искренне и приседаю напротив сына. — Ну что? Поедешь к Максу?
Даня энергично кивает и протягивает маленькую ладошку Максу, улыбается, смотря на него снизу вверх и тянет на выход. Сын привязался к нему, радуется, когда тот находит свободную минутку и может с ним поиграть. А вот в такие моменты ему куда больше нравится с Максимом, чем у мамы, хотя и бабушку он тоже любит.
— Я позвоню вечером, — говорит Макс на прощание. — Поговорим перед сном.
— Хорошо.
Я машу своим мужчинам на прощание, улыбаюсь и возвращаюсь к работе. Около пяти на дисплее телефона высвечивается имя мамы, и я понимаю, что совсем забыла ей позвонить и предупредить.
— Мам, прости пожалуйста, — тараторю, когда она укоризненно спрашивает, почему я не предупредила ее о том, что Даню заберет Максим.
Мама, в отличие от меня, сразу поняла, с кем ушел ее внук. Я снова виню себя за волнение и то, что подняла такую шумиху. А еще за реакцию на появление Лебедева, который, по видимому, возомнил себя властелином мира. Я почему-то раздражаюсь, когда вспоминаю его дерзкие слова о том, что я ему понравилась, а еще напутствие, мол, пусть твой парень держит тебя покрепче. Какое он вообще имеет право говорить такие вещи?
— Ну, Настя, ты даешь! Мы с отцом все дела отложили, Даньке новых игрушек накупили, я мозаику взяла, а ты к Максу сына отпустила.
— Ма-а-а-ам.
— Ладно, шучу я, — мама оттаивает. — Вы это, когда, наконец, съедетесь?
— Ма-а-а-ам, — тяну уже настойчивей.
— А что мам, Настя? Максим отличный мужик. Хозяйственный, зарабатывает неплохо, квартира у него своя. Трешка в центре, Анастасия! — напутственно произносит она. — Любит тебя, опять же, да и с сыном поладил! И чего тебе не хватает? Или ты непутевого своего ждешь?
— Это кого? — с осторожностью спрашиваю.
— Отца Даньки, ясное дело, — как ни в чем не бывало отвечает мама.
— Мам, мы обязательно обсудим с тобой мою личную жизнь, но давай не сейчас. Я на работе.
— Эх, Настя. Не нужны вы ему. Ни ты, ни сын, иначе он бы давно вас нашел.
— Пока, мам, у меня посетитель.
Я быстро отключаюсь и устало прикрываю глаза. Об отце Дани она знает не много. Только то, что мы встречались, а потом разошлись, он уехал, а я узнала о беременности. На восьмом месяце, когда у меня случились преждевременные роды и нам потребовались деньги мама настояла на том, чтобы я немедленно позвонила отцу сына и обо всем рассказала. Я ответила, что уже говорила ему о беременности и он эту информацию проигнорировал.
Врать я никогда не любила, но и рассказывать матери о своем поступке было безумно стыдно. Я всегда доверяла ей самые сокровенные секреты, мы говорили о парнях, об интимной близости, о предохранении, но рассказать о том, что я решила родить для себя, я не могла. Да и понимала, что стоит ей узнать, как она не оставит меня в покое, будет допытываться, кто отец, а когда узнает — начнет его искать. Этого я допустить не могла.
Отмахиваюсь от мыслей и заполняю таблицу выселений на завтра и открываю проект, который нам задали на курсах. Во время беременности Даней я успела закончить университет и получить образование бухгалтера. По специальности я ни дня не работала, потому что сразу по окончанию учебы родила сына, а там занималась его воспитанием и удаленными подработками, которые, впрочем, не считались официальными.