Право на сына (СИ)
— Сбежать от страха встречи с сыном, — он нервно выдыхает. — Ему два, а я вроде как взрослый.
— Я не предлагаю тебе сбегать, а… подумать.
— Я не собираюсь отказываться от воспитания Дани, — серьезно сообщает, воспринимая мои слова по-своему.
— Я не об этом.
— Я снова шучу, — признается Стас. — Нервничаю. И злюсь, да. И нас ждет серьезный разговор после, ты ведь знаешь?
— Да, — киваю, — я обязательно расскажу тебе обо всем, что ты хочешь знать.
На этот случай у меня сохранено множество Даниных фотографий, клочок его волос после стрижки и нереальное количество видео, где запечатлены даже его первые шаги. Я не думала, что Стас когда-нибудь узнает о существовании сына, но собирала это все для воспоминаний. Чтобы в будущем пересматривать, смеяться.
Я вру.
Я надеялась, что он узнает. Не признавалась себе в этом, но каждый день с замиранием сердца чего-то ждала. Выходила на улицу, осматриваясь и всматриваясь в лица прохожих, думала, что однажды увижу его на пороге с цветами. Глупо, но разве нам запрещено мечтать? Я думала о нем ночи напролет, просыпалась в холодном поту от воспоминаний о нашей ночи и отгоняла мысли о любви.
Любовь живет три года, верно?
Моя должна была умереть, и я убеждала себя в этом.
Мы вместе заходим на территорию дома. Стас аккуратно ведет меня к двери, нажимает на звонок и ждет, когда по ту сторону начнется движение и откроется дверь. На пороге стоит мама, она удивленно смотрит сначала на Стаса, потом на меня, и только после молчаливого изучения пропускает нас внутрь.
— Ты же хотела оставить Даню у нас, — напоминает мама. — Изменились планы?
— Да, — в разговор встревает Стас, чье присутствие мама предпочла проигнорировать. — Мы приехали забрать сына на прогулку.
Мама непонимающе хлопает глазами, смотрит на меня, потом на него и сглатывает.
— Я все ему рассказала, — говорю ей.
Она кивает, но не спешит идти за Даней и пускать нас дальше гостинной. Не знаю, что именно меня настораживает в ее поведении, но я намеренно беру Стаса за руку и двигаюсь в сторону комнаты, где обычно играет Даня.
— Стася, — окликает мама. — Может, чаю?
Предложи она раньше, я бы с удовольствием согласилась, решив, что она хочет наладить отношения, но сейчас я продолжаю идти дальше, открываю дверь и натыкаюсь на идиллию: на полу сидит мой сын, а напротив — Максим. Зря я поверила, что мама меня поняла и даже прощения попросила. А ведь пока я бегала в больницу к Лере, она устраивала Максу встречи с Даней, сближала их еще больше, хотя поступать стоило наоборот. Сын ведь еще больше привязывался к Максиму и теперь, когда он интуитивно прижался к нему и обнял за шею, чувствую себя злой мачехой, не дающей ребенку общаться с отцом.
Только вот Максим Дане не отец и никогда им не станет. Понятно, что ребенок привык, но…
— Мама, — произношу, разворачиваясь и смотря на нее тяжелым взглядом. — Как ты могла? — понижаю голос, чтобы Даня ничего не услышал и захлопываю дверь.
— А что тут такого? Даня наверняка скучает по Максиму. Он ведь ему отца заменил, — язвит, смотря на Стаса.
Пытается его уколоть, хотя он ни капли не виноват и она прекрасно это знает. Не могу поверить, что она так поступает, что говорит все это и выставляет меня крайней, делая вид, что совсем ничего не подозревает. Винит Стаса, напоминая ему, что он потерял, не общаясь с сыном. Я хочу как-то повлиять на ситуацию, перенаправить ее злость на себя, но Стас уже влезает в диалог и произносит:
— С удовольствием пожму ему руку за то, что он с такой ответственностью подошел к вопросу воспитания моего сына, но впредь я планирую заниматься этим самостоятельно.
Повисает пауза, которую нарушает скрип двери: это Максим выходит из комнаты и смотрит на нас всех. Я всматриваюсь в его лицо и пытаюсь найти там хоть какой-то намек на чувства, но его нет. Он равнодушно смотрит на маму, на меня, и лишь когда его взгляд сосредотачивается на Стасе, на лице мелькает раздражение.
— Мама, что здесь делает Максим?
— Видимо, занимается ребенком, — Макс не дает маме вставить и слова. — Пока его мамаша шляется непонятно где и… с кем.
Он снова смотрит на Руслана, тем самым показывая, чем именно я занимаюсь, мотает головой, мол, видите, Мария, какая безалаберная у вас дочь.
— Мама!
— А что мама? — произносит она, смотря мимо меня. Видимо, присутствие Стаса не делает ее такой решительной и безапелляционной, какой она бывает со мной наедине. — Дане нужно общение с тем, к кому он привык. Максима он любит, разве я имею право запрещать им общаться?
— Я имею, мама, — пытаюсь донести до нее. — Максим больше не участвует в нашей жизни, мы с ним расстались, почему ты решила, что он имеет право общаться с моим сыном?
— Расстались? — встревает в разговор Максим. — Видимо, ты быстро утешилась.
В следующую минуту все происходит так быстро, что я не успеваю даже вскрикнуть. Стас заламывает Максиму руку и в согнутом состоянии выводит его на улицу. Отпускает во дворе и уверенно произносит:
— Будь мужиком и оставь Настю в покое. Ты применил к ней силу и угрозы, надеясь на дальнейшие отношения? — Стас усмехается, мотая головой.
— Она моя девушка, — не успокаивается Максим. — Я сам буду решать, как с ней поступать.
— Она больше не твоя, — совершенно спокойно, даже не повышая голоса, говорит Стас. — И к моему ребенку ты больше не приблизишься.
— А то что?
Максим явно нарывается близко подходя к Стасу. Он останавливается совсем рядом, смотрит ему в глаза, а после заносит кулак и попадает в цель. Я вскрикиваю, но Лебедев лишь пошатывается и отходит на пару шагов. Ответ не заставляет себя ждать, он бьет Макса в ответ, заставляя того осесть на пол. Между ними завязывается потасовка, я лишь наблюдаю и кричу, прося их остановиться. Стас приходит в себя первым, прикладывает силу и выталкивает Максима за ворота.
Сильный, непреодолимый и уверенный в себе, он захлопывает ворота и разворачивается к встревоженной мне.
Я бросаюсь к нему, оказываюсь рядом и ощупываю лицо на предмет повреждений. Его губа разбита, а в уголке рта виднеется трещина. Ему досталось куда меньше, чем Максиму, но я все равно переживаю. Обнимаю его за плечи и целую в щеку. О чем мама вообще думала, когда звала домой Максима? И почему тот, наплевав на инстинкт самосохранения, полез к Стасу драться? Что хотел доказать? Неужели он настолько сильно привязан к Дане, что готов его отстаивать, даже если заведомо проигрывает в силе?
— Мама? — в стороне слышится голос Дани. — Где Мас?
— Собирай сына и поехали домой, — произносит Стас. — Нам нужно поговорить с твоей матерью.
Глава 42
Стас
Я всегда знал, что родители бывают разными. Кто-то готов сделать что угодно, лишь бы ребенку было хорошо. Другие не в состоянии отойти в сторону, когда это действительно нужно. А есть мама Стаси. Упрямая, своевольная и уж точно лучше знающая, что нужно ее дочери. Я ей не нравлюсь, и это можно пережить, но то, как она относится к своей дочери, меня всерьез настораживает. Кроме того, я хочу доверять бабушке своего сына, оставлять его у нее на выходные и не переживать, что с понедельника он начнет называть меня не “папа”, а “дядя Стасик”.
Уверен, моя мама полюбила бы внука всем сердцем, но этого я, увы, уже никогда не узнаю. Наверное, будь моя мама жива, я бы не стал напрягаться и пустил все на самотек. Сейчас у моего сына осталась лишь одна бабушка, стоит хотя бы попытаться поговорить с ней и узнать причины ее кардинального невосприятия меня как будущего мужа своей дочери.
Я следую за ней в дом и интуитивно иду на кухню. Женщина находится там, стоит, прислонившись к столешнице и смотрит на меня. Кажется, она совсем не удивлена моим появлением.
— Я бы хотел сразу прояснить всю недосказанность между нами, — произношу. — Во-первых, ваша дочь мне действительно нравится, а во-вторых, я все равно не позволю другому мужику ошиваться вокруг моей женщины и сына.