Военкор (СИ)

— Ты ещё скажи тебе свет, как в фотоателье настроить, — сплюнул в сторону Сева.
Мы закрепились. Из коридоров доносились короткие выстрелы. Наши обходчики выскочили с тыла целые и невредимые.
Гиря осмотрелся. Показал рукой вверх.
— Дальше по этажам.
Командир сирийцев кивнул. Гиря повторил то же самое на арабском, поскольку не все знали русский. Все проверили боезапас и перезарядились.
  
В здании было пять этажей. Когда выстрелы и взрывы стихли, я решил зайти в одну из комнат.
Я проверил камеру. Запись исправно шла. В объективе застыла баррикада, остатки дыма и несколько тел наёмников.
Мы пошли дальше, вверх по лестничному пролёту. Лестница была узкой, бетон ступенек покрылся трещинами, а под ногами хрустел мелкий мусор.
— Без дыма, — предупредил Кирилл.
Гиря был прав. Здесь ограниченное пространство, можем сработать самим себе в ущерб.
Впереди видна дверь четвёртого этажа.
Коммандос открыл её коротко и резко. Сделал шаг вперёд, упирая автомат в плечо. Внутри был коридор, направо шла лестница, налево — офисные помещения. Темнота была такая, что хоть глаз выколи.
Шли, стараясь не шуметь, хотя после нагрузки у многих сбилось дыхание, и пол под ногами тоже скрипел.
Двери в кабинеты были открыты, я нет-нет, заглядывал внутрь. Обстановка везде была плюс-минус одинаковая — перевёрнутые столы, стулья…
Мысли прервала короткая очередь.
Сириец, шедший впереди, пристрелил затаившегося боевика.
Тело убитого стукнулось о стенку и сползло на пол.
— Как тараканы по щелям забились, — прошипел Сева и проверил последнюю комнату по правую сторону коридора.
Из комнаты послышались одиночные выстрелы.
— Пусто. Идём в следующий пролёт, — вышел из комнаты Сева.
— Слишком легко даётся, — предположил Гиря, сплюнув на пол. — Или в ловушку заманивают.
Поднялись на четвёртый этаж. Ещё немного и будет верхняя точка.
Сириец пошёл вперёд первым. Он шёл уверенно. Даже слишком. В последний момент увидел в блеске солнечного света растяжку.
— Стой! — прошептал я, схватив его за плечо.
Сириец вздрогнул и благодарно кивнул. За малым парень не подорвался.
Четвёртый этаж встречался тоже темнотой и подобием холла на входе. В углу что-то блеснуло.
Сева рванул назад. Очередь прошила воздух, выбив узор на стене.
— Сдавайся, придурок, — прошипел Сева, выдёргивая чеку у гранаты.
Никто не ответил, и Сева закинул гранату внутрь. Из прохода четвёртого этажа вылетела граната в ответ. Гиря среагировал мгновенно. Не знаю как у него вышло, явно не без доли везения, но он отбил гранату прикладом автомата. И она упала в проём, взорвавшись на втором этаже.
— Собака сутулая, — выдохнул он.
Зачистка продолжалась комната за комнатой. И пока гражданских никто и не встретил. На первом этаже было всего две женщины, но их уже можно не считать.
В конце коридора вновь начался плотный огонь.
Стены крошились, застилая обзор. Гиря начал оттягиваться в одну из комнат. За ним радист, а пулемётчик «застрочил» по противнику.
Я почувствовал, как на меня навалился Сева, опускающийся на одну ногу. Помог ему перетянуться жгутом ногу и вколол обезболивающее.
— Зацепило, — проговорил Сева, продолжая сидеть на полу.
Кровь постепенно окрашивала пол рядом с Севой.
Коридор был заблокирован. Огонь был слишком плотным. Пространство узкое, а значит, и пройти будет сложно.
— Идеи есть? — отстреливался Гиря.
  
Глава 17
 
Проход дальше был для нас закрыт. Идти в лоб Гиря не собирался. А решать надо было быстрее.
— Вторая группа где? — крикнул Сева, ведя огонь и не давая поднять головы наёмникам.
— В Караганде, — прошипел Гиря, пытаясь связаться с командиром второй группы.
Это та самая группа, которая шла впереди нас и зачистила здание рядом с вышкой. Теперь они поддерживали нас, поднимаясь по другой лестнице.
Сейчас бы их выход сбоку мог бы нам помочь. Ведь другого прохода на следующий этаж нет.
Я вновь выключил камеру и взял автомат. Пока что нужно побыть солдатом, а не оператором.
— Гиря, тут только ломать, — крикнул я, намекая на пролом в стене.
Правда, для начала надо было пройти ещё одну комнату, из которой тоже вели огонь.
— Других вариантов нет, — вытер вспотевшее лицо Гиря и подозвал к себе сирийца.
Он оставил парня рядом с Севой, а меня позвал с собой.
— Держу, — крикнул Сева, прикрывая наш переход с Гирей в одну из комнат.
Гиря вошёл первый. Я следом и сразу подошёл к стене.
— Ставь. Быстрее, — торопил Кирилл, протянув мне взрывчатку.
Быстро установив её, мы отошли подальше и произвели подрыв. Комната моментально наполнилась пылью, а в стене появился пролом.
— Держу! — сказал я, прикрывая Гирю, пока он пролезал в комнату.
Тут же Кирилл начал стрелять, заметив раненого наёмника.
— Контроль! — громко сказал Гиря, пустив две пули ещё в одного.
Следующую стену пробили так же. Путь преграждал здоровенный стеллаж, но я залез на него сверху и стал устанавливать взрывчатку на стену. Осталось сделать пролом, и мы выйдем к проходу на следующий этаж.
— Готов… тварь! — крикнул я и повалился назад, ударившись головой об стену.
Словно восставший из ада, поднялся на ноги израненный наёмник и откинул шкаф. Он громко кричал, а его окровавленное лицо выглядело устрашающе.
Без промедления, я уложил его одним ударом. Гиря пустил две пули, окончательно добив противника.
— Работа! — громко сказал я, предупреждая о подрыве.
Взрыв, и очередной пролом в стене готов. Стрельба за стеной стихла, но раздались крики. Мы бросили в образовавшуюся огромную дыру по две гранаты, чтоб наверняка ликвидировать противника.
Пыль начала рассеиваться, и мы смогли войти в пролом.
— Проход взят, — громко сказал Гиря, и сириец с Севой поспешили к нам.
Естественно, что Сева уже был не такой скоростной.
Бетон под ногами был усеян гильзами и осколками. Тела противника застыли на полу в неестественной позе. Хорошо они успели здесь укрепиться.
Было желание сплюнуть, но жар стоял такой, что стенки гортани буквально прилипли друг к другу, будто склеенные «Моментом».
Захотелось снять обувь, которая за это короткое время прилипла к стопам. Ощущение было такое, будто бетон плавится под подошвами.
Времени на передышку не было.
— Дальше. Сева, ты как? — спросил у него Гиря.
Наш товарищ пытался держаться бодрячком, но это у него не вышло.
— Немного… отдохну, — сказал Сева, съехав по стене и тяжело задышав.
Он запрокинул голову назад. Лицо было бледное, а губы сжались в тонкую линию. Кровь из раны медленно растекалась под бедром, образуя тёмное пятно на потрескавшемся бетоне. Кровопотеря была значительная, я сразу понял, что он не сможет идти дальше и если кровь не остановить, Сева умрёт.
Гиря быстро осмотрел рану, прижал ладонь к бедру.
— Гриф, сюда. Этаж 3, — позвал по радиостанции нашего товарища, прикрывавшего вход в здание.
Через 30 секунд Гриф был уже на месте, в готовности оказать помощь Севе.
— Гриф, останься с ним, обработай рану, — приказал Гиря.
Гриф полез в свой рюкзак и открыл аптечку, раскладывая средства первой медицинской помощи у себя на коленях. Действовал чётко, без суеты, но быстро. Понимал, что времени для спасения товарища мало.
— Гиря, я могу идти. Сейчас только Гриф меня чуть залатает, — сцепив зубы, прошипел Сева.
— Ага, скороход, блин! Нет, дальше ты не идёшь, рана слишком серьёзная. И не спорь, — отрезал Гиря.
Грифа оставили с Севой и дальше продолжили идти в четвёртом.
Двое наших сирийцев уже перегруппировались у лестничного пролёта. Пулемётчик, перехватив пулемёт за корпус, вставлял свежую ленту.
  
— Гиря — Песку, что там у вас? — запросил Кирилла командир всей десантной группы.
Судя по голосу, это был тот самый Сопин.
— Песок, поднимаемся. Плотно засели. И вторая группа опаздывает, — доложил Гиря.