Леший (СИ)

В стартовых локациях всегда есть игроки. Нужна помощь с прохождением группового квеста? Ты всегда ее найдешь, главное, крикни об этом в чате игры, только не шепчи про себя.
Может быть, успех этого проекта напомнит разработчикам и издателям игр, почему их творения вообще сумели навязать конкуренцию кинематографу и литературе. Проблемы современной игровой индустрии хотелось бы обсудить более полно и обстоятельно, но эту тему отложу для будущих статей, а сейчас нужно в последний раз в этом тексте отдать должное нашему лучику света – Варлорды.
  
Так, лучшим достижением на текущий момент я считаю прокачку своего лучника, а также кайт Винеаэля Грозного аж до самого Города-на-Воде с последующим геноцидом низкоуровневых игроков в Торговом Квартале. Вроде бы действо и не уникальное, но всё равно создаёт очень приятный хаос в порядком застоявшейся столице торговцев и ремесленников и даёт повод гордиться собой – за этот самый хаос.
Я уже сказал, что хорошо знаком с другими играми прошлого десятилетия, отлично помню то удовольствие, что получал, играя в них; но Варлорды вернули меня в то самое время. Очень рад, что сумел доказать себе, что все еще люблю игры. Надеюсь, кто-нибудь из вас тоже испытал подобное, погрузившись в мир «Варлордов: Наследия Трона»».
Еще немного послушал мнения экспертов, а после глянув на часы. Я ужаснулся, уже полпервого ночи. Нужно закругляться и спать. Матвей принял душ, почистил зубы, а мысли об игре не уходили. Силой воли заставил себя расслабиться. Все, спать.
  
Глава 2
 
Питерское утро встретило меня недружелюбно. За окном накрапывал мелкий дождь, который превращался в ледяную корку.
"Чуть свет и на работу", к сожалению, случился.
Да, привет, день жестянщика. Сегодня у нас и у врачей из травмпунктов будет очень много работы.
Я кое-как дошёл, точнее до скользил от метро до станции скорой помощи. Подстанция встретила меня нерадостно. Не выспавшиеся коллеги что-то обсуждали в курилке. Диспетчеры бегали по коридорам. Я переоделся, вышел в главный холл, где сразу начал проверять расходники в жёлтом пластиковом чемодане. Заправил новую бумагу в кардиограф, протестировал дефибриллятор, там было все в порядке. Рабочий телефон заряжен. Отлично! И только я стал заполнять журналы о приеме машины, как зашипел в селекторе:
– Соболев, зайди к начальнику подстанции.
Неприятная часть программы на сегодняшний день, которую, к сожалению, нельзя убрать из списка, но надо идти, тянуть с этим уже невозможно.
Дверь к начальнику подстанции была открыта.
– Разрешите войти, Павел Маркович?
– Да, входи!
Через пять минут...
– Соболев, у тебя времени подумать до пятницы, иначе увольняйся!
– Ответ я вам уже дал и менять свое решение не собираюсь!
– Машина тридцать шесть девятнадцать на вызов, – снова раздалось в селекторе.
Матвей быстрым шагом спустился на первый этаж к окошечку диспетчера.
– Что там?
– Твои все уже забрали, иди в машину.
Я открыл деревянную дверь и вышел во двор станции. Сел в машину. Расстегнул синюю куртку, дождь лил немилосердно. Водитель Вован с золотой печаткой на пальце и напарник по бригаде Эля уже сидели пристегнутыми.
– Здарова, команда! Что у нас там за вызов? – поприветствовал я.
– Очередная жертва гололеда, сорок один год травма нижней конечности, адрес Проспект Науки 12, – ответила Эля, вводя на планшете адрес.
– Зожница, что ли? Фанатка бегать в такую погоду? ФИО, что-то еще есть?
– А я откуда знаю, тут не написано, – сказала Эля, показывая мне бумагу, которую она забрала у диспетчера.
– Там парк, часто бегают спортсмены и любители, – сказал Володя, – да и мамаш с колясками хватает. По «зеленой» едем?
– Не, никто ж не умирает пока, – сказал я, пристегиваясь.
– Как скажешь, шеф, – сказал водитель, выворачивая руль машины и прибавляя газ. Шлагбаум был уже открыт, и мы покатились на вызов.
Эля, моя бессмертная напарница в бригаде на скорой хмурила свои красивые брови. Стройная шатенка с красивыми карими глазами в пол-лица, вечно улыбчивая девушка. Много пацанов на станции подбивали к ней клинья, которые она с удовольствием обламывала.
– А ты чего хмуришься, красавица? Смотри, я тебе ботокс колоть не буду, даже и не проси, – со смехом спросил я.
Володя заржал в голос, красотка наша слегка ухмыльнулась.
– Что ты решил насчет вакцинации? – серьезно спросила мой бессменный второй номер в бригаде.
– Не буду прививаться до срока, который у меня указан, а по документам у меня все прекрасно. Делать план за счет своего здоровья желания нет, мне проще уволиться.
– Они тебя и уволят, – с грустью в голосе ответила Эля.
– Да и пох.
– Не жалко? У тебя такой опыт работы, участие в различным мероприятиях, грамоты…
– Получается так, что нашей строгой матери, Городской Станции скорой помощи, такой кадр, как я, не нужен. Рисковать своим здоровьем ради плана, чтобы кто-то лизнул задницу на Малой Садовой — это не мои проблемы.
— Значит, завтра у нас с тобой последняя смена. Очень жаль, с тобой было приятно работать. Ты всегда спокойный такой, даже тогда на теракте.
– Эля, хорош меня хоронить, может, все обойдется, и будет все нормально.
– Нормально было при Михалыче, он нас вырастил, выкормил, обучил, а этот не такой.
– Надо ему, кстати, позвонить, сказать, что плохо кормил, вон, одни кости торчат, – пощекотал я бока красотки со стороны ребер, что вызвало у Эли непроизвольную мышечную реакцию, не поддающуюся контролю: она заразительно засмеялась.
– Ай, да фу, – шутливо отбиваясь от моих пальцев, сказала Эля, – и ты тоже, Вован!!! Хватит ржать.
Вован улыбался в усы, и его пальцы приплясывали на баранке руля.
В салоне микроавтобуса атмосфера слегка разрядилась.
– Так, приехали, отставить улыбки, а то наша пациентка невесть что подумает. Натянули дежурное лицо и превратились в синих демонов, как они привыкли о нас думать.
– Конечно, не есть, не спать, не испражняться и явиться по первому зову из пентаграммы, – с сарказмом произнесла последнее слово Эля.
– Фу, Эля, где в этой светлой голове живут такие мысли? Фу быть такой! Ты же не такая?
– Ага, не такая, бери чемодан, будем помогать страждущей. Я возьму шины.
С такими шуточками и смехуечками прошла смена. Десять вызовов, заехали на станцию только к пяти вечера на обед, быстро побросав разогретую в микроволновке еду в желудки. Поехали причинять добро, а также чинить пользу будущим пациентам. Сутки пролетели. Я сдал машину, оборудование, заполнил журналы. Переоделся, поздоровался с коллегами, вышел со станции. Посмотрел на свинцовое небо, солнца уже нет две недели. Сверху капало.
Идя к метро по ледяному катку, задумался, правильно ли я делаю?
Забытый модный вирус вернулся, народу косит намерено, у нас на станции на втором поселке прилегли навсегда уже четверо коллег.
С документами у меня был полный порядок: прививочный сертификат, антитела, все как положено. Перед законом и трудовым кодексом я чист, но не все так думали…
«Россия – страна возможностей», как говорилось в одной рекламе. Зная нужных людей, с небольшой сумой денег можно получить любые документы с занесением их в личный кабинет Госуслуг.
Комар носу не подточит.
А мне мое здоровье дороже, не колол, и не буду прививаться от новомодного вируса. Под прикрытием заботы о нас, на нас же и наживаются. Плавали – знаем.
А те, кто не баран, им начинают выкручивать руки, типа, уволят с работы. У многих ипотеки, кредиты и прочие «денежные» удовольствия. Они плотно заглотнули финансовые крючки от банков.
  
А что делать, если уволят?
Я еще молод, мне всего тридцать три года, уйду в частную скорую, там меня оторвут с руками и ногами с таким опытом работы, но сначала в отпуск. Два года практически без него, то подмени, то выручи, то нельзя.
На станции в метро, как всегда в утреннее время, был час пик и толкучка. Люди спешили отвезти свои тела на работу, там продать свое время за деньги.