Из архивов частного детектива Стейси Браун (СИ)
- Ага. И тайны вселенной постигают. Егери говорят, все эти нынешние друиды слегка чокнутые, но мирные. Правда, в тёплое время года регулярно пытаются устроить оргии, дабы слиться с землей и напитаться ее силой, а потом душою взмыть к звездам и согреться в их лучах.
- И как, получается?
- Боюсь, что нет. Приземлённые и циничные егери разгоняют, иногда прибегая к помощи местных констеблей - тоже существ, магии не подверженных и никакой музыки сфер не слышащих.
- Бедные, бедные друиды… Не дают им оторваться, то есть просветлиться по полной. Бартоломью, а что там на алтаре?
- Опять туристы цветов натащили.
- Что-то многовато. Прямо как на свежей могиле…
Широкая алтарная плита, окружённая девятью небольшими камнями пирамидальной формы, на которых виднелись полустёршиеся руны и узоры, - была завалена букетами жёлтых, синих и белых ирисов.
- Красота какая! – Стейси достала смартфон, чтобы сделать фото, и вдруг заметила яркое красное пятно среди ирисов. – Бартоломью, а маки здесь растут?
- Маки? Ни разу не видел. А почему вы…
Частный детектив смахнула с плиты один букет, потом ещё и ещё. Каннингем стянул большущий, размером почти с алтарь, искусно сплетённый венок.
На каменной плите, раскинув руки, лежал наряженный в красно-чёрно-белое трико Арлекин. В каждом глазу марионетки торчало по арбалетному болту, по щекам змеились кровавые подтёки. Ещё пять болтов были вогнаны в грудь бедняги и соединялись переплетёнными белыми ирисами, образуя перевёрнутую пятиконечную звезду.
Глава 6
- Мистер Фримен сказал, когда приедет? – сержант Броди был бледен, но мужественно держался, видимо, по причине отсутствия кустов и уважения к священной друидической роще.
- Сказал, что постарается как можно скорее. Но от Лондона до Биттерберри – три с половиной часа, так что придётся вам, Энтони, поставить на страже констеблей до прибытия инспектора.
- Стейси, а больше Майкл ничего не говорил?
- Если исключить нецитируемое, сообщил, что теперь-то его начальство точно в хот-дог запихнет и без приправ слопает. Пойдёмте, Бартоломью, нам здесь делать нечего. Я уверена, что мистер Броди прекрасно справится без нас.
Сам мистер Броди был в этом, похоже, не уверен, но причин задерживать на месте преступления парочку у сержанта не было, поэтому юный Энтони ещё раз вздохнул и принялся развешивать запретительные ленточки на исписанных рунами камнях.
***
Майкл Фримен появился в особняке поздно вечером.
- Потому что, мать их так, отчёты – прежде всего! Их Господь создал в первый день творения, ещё раньше, чем преступников и работу.
До этого инспектор смотался на место преступление, осмотрел всё, что можно, оставил возле алтаря свою команду и, вернувшись в Биттерберри, с порога поинтересовался у дворецкого:
- Джон, у вас виски в доме найдётся?
Почтенный мистер Доусон пожал плечами и проворчал:
- Надеюсь, они не всё выпили.
- Кто?
- Мистер Каннингем и мисс Браун.
- Всё так плохо? Где они, кстати?
- Часа два назад я предложил им пойти погулять. По-моему, обоим очень нужно было проветриться и восстановить ясность мысли. И да, мистер Фримен, всё было очень плохо. Милорд нервничал, трясся, говорил, что всё нарочно так подстроили, чтобы его с ума свести.
- Что подстроили?
- Да беда-то случилась, когда вас рядом не было. Вы уж больше не уезжайте, господин инспектор. Нехорошие дела здесь творятся, очень нехорошие. Никогда такого в Биттерберри не было.
- Нет, теперь точно не уеду. Пусть хоть увольняют… Ну ладно, мистер Каннингем расстроился. Могу его понять: если бы у меня в доме трупы находили, я бы тоже, наверное, начал психовать по полной программе. А что мисс Браун?
- Она поначалу держалась, пыталась с милордом версии обсуждать. Только, видать, ничего путного им в голову не приходило, вот они за виски и принялись. Ну я, когда увидел, сколько выпито, и отправил их от греха и бутылки подальше – по парку побродить. Благо погода сегодня замечательная.
- Понятно. Говорите, часа два, как ушли? Ох, не нравится мне это, учитывая последние…
Майкл Фримен не успел договорить: дверь распахнулась, и в холл вбежал мальчишка лет десяти.
- Дядя Джон, - зачастил он, - не знаете, где полицейских найти? Это очень-очень срочно!
- Я полицейский, - инспектор вытащил удостоверение. – Что случилось?
- Меня прислал папа, он старший егерь, а его послала эта красивая мисс, что с хозяином дружит. Они велели ехать, быстрее-быстрее.
- Стой, стой! Куда ехать-то?
- Да в заповедник же! Я так спешил, чуть с велика не навернулся.
- Пошли, у меня машина во дворе.
- Господин инспектор, я вам сейчас велосипед дам. По территории заповедника нельзя на машинах.
- Давайте… Парень, ты сам-то знаешь, что случилось?
- Нет, меня папа не пустил, сказал, нечего тебе смотреть, лучше в господскую усадьбу дуй за помощью. Ну я и помчался.
***
Мистер Фримен никогда не был поклонником велосипедного спорта, поэтому скоростная поездка на двухколесном, экологически чистом «железном коне» по узким тропинкам, с выскакивающими из ниоткуда корявыми корнями, освещенными мечущимся светом налобного фонарика, - стала для Майкла куда большим стрессом, чем все предыдущие убийства, вместе взятые.
Во всяком случае, инспектор искренне так считал, пока не приехал на место.
Возможно, в другое время Фримена восхитила бы поляна, причудливо освещенная расставленными под деревьями красными, синими и золотистыми фонарями и яркими вспышками камер собравшихся туристов. («Ну всё, кранты! Теперь эта история точно попадет в сеть!») Могучие реликтовые деревья, опутанные поблёскивающей паутиной, выступали из темноты и были похожи на древних стражей из детских сказок и старинных легенд. Сейчас хранители были рассержены: тысячелетние дубы и тисы склоняли могучие кроны, грозили корявыми ветвями, шелестели листьями, словно перешёптываясь. Обитателям леса не нравилось происходящее, не нравилось зло, принесённое в их владения человеком.
Майкл с трудом пробился через толпу экскурсантов («Ночные прогулки по лесу Биттерберри – сказка наяву для детей и взрослых!» Да уж, сказочка по братьям Гримм!»), которых с трудом сдерживали собранные со всего заповедника егери.
Ко многому привычного инспектора замутило.
Худой, но с выдающимся «пивным» животиком человек, одетый в белую куртку и белые панталоны, был распят на стволе реликтового тиса. Разноцветная гирлянда свешивалась с шеи, как ожерелье, бросая синие, зелёные и фиолетовые отсветы на белый колпак и скрывающую лицо черную носатую полумаску. Руки и ноги марионетки были прибиты к дереву длинными гвоздями. Горло перерезано от уха до уха: казалось, на шее погибшего нарисован еще один, дьявольски ухмыляющийся рот.
- Кто это?
- Мы не знаем, - произнёс стоявший рядом егерь.
- Пульчинелла.
Инспектор Фримен обернулся.
Мистер Каннингем и мисс Браун – оба бледные, напуганные, но, к счастью, совершенно трезвые.
- Я уже позвонила вашим экспертам, - сообщила Стейси. – Они скоро будут.
- Кто нашёл тело?
- Туристы. Егерь сразу отправил в поместье сынишку.
- Да, мы вернулись вместе. Коллега, мистер Доусон сказал, что вы с мистером Каннингемом пытались какие-то версии строить. Может, поделитесь?
- Майкл, да ничего полезного мы не выстроили. Всё пытались понять, почему живые люди так похожи на марионеток. Конечно, двойники встречаются, но не в таких же масштабах и не на таком ограниченном пространстве.
- Вот-вот, я тоже думал про пространство, поэтому скинул фотографии в международную базу данных пропавших без вести. Там сам чёрт ногу сломит, но вдруг кто-нибудь опознает. Хотя шансы очень малы.