Онлайн Ведьма (СИ)

– Твою энергию – да в мирное русло…
– Мое русло всегда мирное. Кстати, а он вообще кто?
– Архитектор.
– А если больше конкретики? – не оценила его иронии я. – Просто вы с ним такой терпимый, с другими-то вы не особо…
Сергей Павлович тяжело вздохнул и перебил меня:
– Саша, просто “ты”. Я-то с тобой всегда на “ты”.
– Не всегда. Вас мотает от пренебрежительного “Сашенька” до “Госпожи Клевер” и обратно, как на карусели. А где-то в промежутках затясались еще “Саша” и “Александра Петровна”.
– Что верно, то верно, – хмыкнул он. – Будем считать это моей особой формой общения. Но я ничего не имею против того, чтобы немного снизить уровень субординации. К тому же с Никитой ты в легкую перешла на “ты”, а мне выкаешь уже лет пять.
– Ладно, – согласилась я. А про себя задалась вопросами. Насколько мы понизили уровень субординации? Допустимо ли мне теперь говорить “ты идиот”?
– Олежка-тележка вроде как брат новой жены Белозерова, – вернулся к моему вопросу Психчинский. – Я и подумать не мог, что он окажется такой головной болью. Знаешь, сколько раз он поднимался наверх за своими вещами?
Я покачала головой, думая, куда бы свернуть с тропы диалога, чтобы он снова не завелся.
– Тридцать два. И семь из них мы уже отъезжали от его дома. Я бы еще понял, если бы он забыл что-то для работы. Но нет, все это он спустил сразу же. А дальше началось. Я забыл носочки. Я забыл расческу. Я забыл трусишки. Я забыл беспроводные наушники. Я взял наушники, но забыл зарядку от них. Я забыл пижамку. Я забыл одеяльце, – Психчинский в последний раз затянулся и потушил сигарету. – В какой-то момент я начал думать, что он пойдет еще и за плюшевым мишкой, без которого не может спать, но нет. Он взял с собой зимние ботинки и пуховик! Я, конечно, все понимаю, практичность и предусмотрительность – хорошие качества. Но что, черт возьми, должно произойти, чтобы летом выпал снег?
– Мне бабушка как-то рассказывала, что у них в июле в бытность ее молодости как-то в ночь ударили морозы и пошел снег. Правда утром он уже весь растаял.
– Наверное и ему бабушка такое рассказывала, – хмыкнул Психчинский. – Пойду куплю себе кофе. Ты будешь?
Я посмотрела на заправку. Маловероятно, что кофе там будет вкусным. Но все равно кивнула. Как говорится, на халяву любой кофе вкусный. Сергей, которого можно звать на “ты”, припустил в сторону заправки, а я крикнула ему в спину:
– Мне тот, где молочка побольше.
– Как пожелаете, госпожа Клевер, – ухмыльнулся он через плечо и скрылся за стеклянными дверьми, в прохладных объятиях кондиционера.
Я же осталась дожидаться на парковке, потому что Психчинский забыл закрыть машину. А мне здравый смысл не позволил бы оставить машину с открытыми окнами, хотя мысль о кондиционере и была очень даже заманчивой. В результате я припекалась на солнышке еще минут десять, прежде чем мои спутники вернулись. И Психчинский, о боги, помимо стаканчиков с кофе нес в руках еще и мороженное. Обычный пломбир в рожке заставил меня улыбаться шире некуда.
Как-никак для леди-объедузер еда – лучший мотиватор.
Мы заняли места в машине согласно заранее купленным билетам и двинулись в путь. Олежка еще время от временил ныл и делился историями из своей, скажем так, не особо интересной жизни. Рассказывал, что каждый раз после завершения стройки они варят плов из баранов и пьют до состояния, когда их самих уже сложно отличить от баранов. Он местами подхихикивал, особенно на тех моментах, где я бы покрутила у виска. К примеру, его бригада как-то раз занималась переоблицовкой дома – снимали старый пластик, имитирующий камень, и выкладывали новые фасады кирпичом. А клиент был относительно богатый, и в доме у него хранилась коллекция дорогого виски, которое не пили, а просто хранили. И вот один из его рабочих, когда хозяина не было дома, забрался в эту коллекцию и выпил все, мол, что добру пропадать. Словил белочку и голышом бегал по территории дома, отбиваясь от инопланетян.
Рассказывая эту занимательную историю, Олег ржал, как конь, периодически задыхаясь, а мы с Сергеем Павловичем переглядывались и делали вид, что нам смешно. Хотя смешно нам не было. Я все представляла состояние заказчика, когда он вернулся домой и увидел эту картину. Если бы со мной подобное случилось, я придушила бы на месте и прямо в саду прикопала бы, а полиции сказала бы, что он просто не смог отбиться от инопланетян.
 
Так продолжалось до тех пор, пока Олежа не уснул. Мы сначала даже не сразу поняли: даже засыпая, он продолжал говорить, позевывая. И вот в какой-то момент его зевания просто переросли в храп. В противный такой храп с присвистом и причмокиванием.
– Умоляю, скажи, что ты снял несколько номеров? – тихо спросила я, страшась ответа.
Психчинский хохотнул, и его смех был каким-то нервным, настораживающем.
– Там нет гостиниц. Мотелей и хостелов тоже нет. Совсем. Это деревня. Там сдаются либо домики, либо комнаты в домиках. Еще есть лечебный пансионат, но попасть туда нереально. А сейчас лето, и все занято, так что нам еще повезло, что я смог найти комнату, где мы поместимся втроем. Там буквально лакшери условия.
– Я даже боюсь спросить, какие.
– Туалет в доме, а не на улице. Правда, душ для постояльцев все же на улице. Летний. Знаешь такой?
– Да, – ответила я, чувствуя, что поездка для меня будет ну очень интересной. И как в воду глядела. – У бабушки был такой. Мы с братом купались в таком в детстве. Пугающего вида деревянная конструкция, сверху на которой прикреплена металлическая бочка с лейкой, и все это обтянуто шторочкой.
– Да, что-то на подобие. Только у нас вариант поновей. Вместо шторочки – пластик.
– Можете меня высадить, пожалуйста. Я домой пешком дойду.
– Открывай дверь, – пожал плечами Психич. – На спидометре всего лишь сто тридцать.
Я уже собиралась предложить ему двойное самоубийство в виде одновременного открывания дверей, но тут сквозь храп Олежки пробилась мелодия звонка. Обычная такая мелодия, заводская. А на экране стереосистемы высветилось “Д. Друг”. Прежде чем ответить на звонок, Психчинский настоятельно попросил:
– Пожалуйста, воздержись от своих шуточек. Это по делу.
Я кивнула, вот только когда первая реплика Д. Друга пронеслась по салону, фраза Психича о тюрьме заиграла новыми гранями.
– Я убью эту суку! Слышишь, убью и закопаю! Хотя нет, даже копать не буду – просто сброшу в яму с радиоактивными отходами! Ей там самое место.
  
Глава 11.3 Ведьмина тропа
 
Психчинский посмотрел на меня и тяжело вздохнул, перестраиваясь в крайний правый ряд.
— Дим, ты орёшь на всю машину, а я не один. Тебе слышат мои коллеги, — удивительно спокойным голосом произнёс Сергей.
— И что? Мне плевать! Пусть весь мир знает, что моя сестра — отбитая.
— Что случилось? — спросил Психчинский, а я навострила ушки, старательно делая вид, что мне безумно интересны ландшафты полей и облачка.
— Это чудовище родилось в один год со мной.
— А если добавить конкретики?
— Конкретики тебе захотелось? — пылая гневом на весь мир, процедил Дима. — Ну так лови конкретики: я не спал всю ночь, правил баги в системе форматирования, и вот наконец закончил — а было это в девять пятнадцать утра — и собрался спать. Но поспать мне было не суждено. Знаешь, почему? Ну же, Сережа, спроси, почему я не смог лечь спать?
Очередной тяжелый вздох, удивительным образом полный терпения. Краем глаза я даже заметила что Психчинский улыбался.
— Почему же ты не смог лечь спать?
— Потому, Серж! На моем пороге стояла бабка. Чертова восьмидесятипятилетняя бабка! С тросточкой.
— Как ты узнал ее возраст? Ты установил себе возрастной датчик?
— Нет, придурок. По паспорту! Она показала мне свой паспорт. Между прочем, паспорт гражданина советского союза. А на мой вопрос, почему она его не поменяла, знаешь что она ответила? «Незачем, милок, — говорит она, — когда надо было, забыла. А теперь-то зачем? Я его менять буду дольше, чем мне жить осталось».