Потерянная ночь (ЛП)

— Но я был не один, — сказал Гарри.
Винс умоляюще посмотрел на Рэйчел. — Клянусь, мы не знали, что вы были там с ним, мисс Блейк.
— Я понимаю, — сказала Рэйчел.
— Откуда у вас смесь зажигательного действия и два пистолета? — спросил Гарри.
Винс снова покопался в воспоминаниях. — Зажи-чего?
— С помощью чего ты поджег дом.
— Ах это. Мистер Косгроув дал нам это и показал, что делать. Так же дал нам пистолеты и показал, как ими пользоваться, хотя до отъезда из Фриквенси Сити, у нас не было особой практики.
Рэйчел наклонилась вперед. — А теперь у меня к тебе вопрос, Винс.
— Какой?
— Что означает татуировка на тыльной стороне твоей руки?
— Что? — Винс начал поднимать руку, чтобы взглянуть на нее. Он остановился, когда понял, что его запястья скреплены вместе. — Хм, эта. Ее получают, когда вас принимают в «Круг» в Доме второго шанса.
— Что нужно, чтобы вас приняли? — спросила Рэйчел.
Винс покраснел. — Я не знаю. Мистер Кидвелл принимает решение. Когда он решает, что у вас есть то, что он называет потенциалом, он приглашает вас присоединиться к «Кругу». Вот такая классная церемония, понимаешь? Мы спустились в катакомбы и поклялись, что никогда не раскроем тайны Круга и все такое. А потом получили татуировку.
Гарри посмотрел на Рэйчел поверх головы Винса. — Есть какие-нибудь идеи?
— Да, — сказала Рэйчел, размышляя об этом. — Мы были правы.
Мистер Кидвелл и его друг мистер Косгроув используют «Дом второго шанса», чтобы набрать свою собственную армию беспризорных детей.
— Расходный материал, — сказал Гарри. — Попользуйся и выбрось. Никто не заметит несколько пропавших детей с улицы.
Винс встревожено посмотрел на него. — О чем ты говоришь?
— Ты не хочешь знать, — сказал Гарри.
— Еще один вопрос, — сказала Рэйчел. — Носил ли мистер Кидвелл какие-нибудь украшения?
— Да, у него есть кольцо с грифоном.
— А еще какие-нибудь есть?
Винс пожал плечами. — Я не знаю. Мы никогда не видели его лица. Когда мы встречаемся с ним в туннелях, на нем всегда маска и большой старомодный плащ.
  
Глава 20
 
— Мистер Кидвелл — это Маркус Ланкастер, — сказала Рэйчел. — Я в этом уверена.
— Мы пока ни в чем не можем быть уверены, — сказал Гарри, — но я согласен, что это вполне возможно.
Он откинулся на спинку стула, вытянул ноги под маленьким столиком в кафе, скрестил руки на груди и наблюдал, как Рэйчел расхаживает по небольшому пространству. — Это не в ее характере, — подумал он. Ее беспокойство многое говорило о ее настроении.
Дарвина, сидевшая на дальнем конце стойки, крепко сжимая в одной лапе куклу Амбереллу, уловила напряжение Рэйчел. Пыльный кролик был частично прилизан. Время от времени она открывала вторую пару глаз, словно высматривая угрозу.
Рэйчел нахмурилась. — Я думала, ты согласен, что Винс и Эрик не случайно имеют татуировки с грифонами, идентичные той, что на кольце Ланкастера.
— Я согласен, что татуировки являются связующим звеном, но на данный момент это все, что у нас есть. Имей в виду, что не Кидвелл послал за мной Винса и Эрика, а другой парень, Косгроув. И напоминаю, что в настоящее время Кидвелл заперт в парапсихологическом отделении клиники Чепмена.
— Они работают вместе.
— Похоже на это. Но почему?
Она открыла стеклянную витрину с набором шоколадных печенюшек и предложила одну Дарвине. — Вот, подруга. Это печенье не протянет еще день, и я не думаю, что мы получим от Джилли что-нибудь еще, пока не дадут электричество.
Дарвина, казалось, забыла о любой потенциальной угрозе. Она угукнула, бросила Амбереллу на стойку и поспешила схватить печенье. Она с удовольствием принялась поедать угощение.
Рэйчел смотрела на нее с любовью. — Жизнь пушка так проста. Поговорим о последней стадии Просвещения. Они действительно живут настоящим моментом.
— Может быть, они и овладели искусством жить здесь и сейчас, — сказал Гарри, — но у меня есть серьезное подозрение, что у кроличьей жизни есть и темная сторона.
 
Рэйчел испуганно взглянула на него: — Почему ты так говоришь?
— Потому что они живые существа, а это значит, что им нужно двигаться, чтобы оставаться в живых. У выживания всегда есть темная сторона.
Рэйчел моргнула: — Надо же, теория инь-ян. Ты уверен, что никогда не учился в академии ГП?
— Сообщество ГП — не первое и не единственное сообщество, ищущее просветления. — Гарри поднялся. — Давай поговорим с нашим свидетелем.
— Келвином Диллардом? Давай.
Она быстро подготовилась к закрытию книжного магазина. Закончив, она взяла свою сумку, Дарвину и Амбереллу и повесила на переднее окно табличку «Закрыто». Гарри открыл заднюю дверь, и они все вышли на улицу и сели во внедорожник. Дарвина запрыгнула на спинку пассажирского сиденья и надулась в ожидании, но у Гарри сложилось впечатление, что она была весьма не впечатлена, когда он медленно и осторожно ехал сквозь туман.
— Что ты знаешь о Дилларде? — он спросил.
— Не так уж и много, но в этом нет ничего необычного. Келвин никогда не говорил о своем прошлом. Единственное, что я могу сказать, это то, что он выписывается некоторые научные журналы и что он музыкант.
— Какие журналы?
— Я не могу вспомнить названия. Он приезжает в город, чтобы забрать почту несколько раз в неделю, и часто останавливается в моем магазине, чтобы выпить чашку чая и пакетик отвара, который я готовлю для него, прежде чем возвращается к себе. Пару раз я замечала журналы среди писем. Однажды я спросил его о них.
— Что он сказал?
— Что они из другой жизни.
— Это какие-то научные журналы, которые издаются для непрофессионалов? — спросил Гарри.
— Нет, это были серьезные книги, которые читают ученые и исследователи.
— Какая область науки?
— Хм? Биология. Я думаю, что когда-то он работал в этой области. Он очень умный человек. Гений, даже.
— Ты сказала, что он еще и музыкант. На чем он играет?
— На нескольких инструментах. Я точно знаю, что у него есть скрипка и гитара, потому что он время от времени играет на них на местных праздниках и тусовках. — Она сделала паузу. — Я думаю, что он играл на флейте в то утро, когда я вышла из Заповедника. Я помню, как следила за звуками музыки. Ноты были кристально чистыми.
— Он играл на флейте на рассвете?
— Многие местные жители работают в неурочные часы.
Он думал об этом. Да, жители Рейншедоу были странными, но что-то подсказывало ему, что инфа про флейту была важна.
— Одно очко в нашу пользу, — сказал он вслух, — это то, что все формы связи отключены. Ланкастер не знает, что здесь происходит. Он застрял в запертой палате клиники Чепмена. Если он так глубоко в этом замешан, как мы думаем, он, должно быть, чертовски расстроен и нервничает.
— Это хорошо?
— Да. Нервничающие люди склонны к безрассудству и начинают совершать ошибки.
— А что насчет этого Косгроува? — спросила Рэйчел.
— Сейчас он занимает второе место в моем списке приоритетов, сразу после Келвина Дилларда.
— Я думала, что я подозреваемая номер один.
Его руки сжались на руле. — Рэйчел, я пытаюсь сказать……
— Неважно. Впереди коттедж Келвина.
  
Глава 21
 
Если бы дорога не упиралась в коттедж, в густом тумане можно было бы легко не заметить дом Келвина Дилларда. На самом деле Гарри лишь мельком видел обветшалую хижину, плавающую в сером тумане и выплывающую из него.
Он заглушил двигатель внедорожника, немного приободрился и осмотрел место. Окна были темными. На заросшей сорняками дороге стоял древний пикап. Он чувствовал потрескивание пси-энергии, вытекавшей из Заповедника.
— Диллард действительно живет очень близко к забору, — сказал он.
— Да. — Рэйчел схватила свою несколько потрепанную кожаную куртку, открыла дверь и начала выходить из машины. Дарвина перебралась ей на плечо вместе с Амбереллой.