Два в одном. В паутине интриг

– Я хочу рассказать тебе об этом. На девушке была печать смерти Иехиль. Моя сестра наложила ее, потому что та девушка была обречена. В ее характере уже была порча. Ее наложили демоны. Я говорю не о сестре, а о жене Артема. Только я могу снять эту порчу, наложенную демонами. Сообщи это Артему. Я хочу ему быть другом и помощником.
Артам машинально кивнул, гладя волосы женщины-богини. Она поднялась, поцеловала Артама в щеку и пропала. Артам встал и, пребывая в тревожных мыслях, вышел из парной. А туда заскочила Мила.
  
– Я скоро, любимый, – проворковала она и закрыла двери.
Артам еще не успел присесть на лавку и налить себе горячего взвара, как в парной раздался пронзительный женский крик, а затем шум ожесточенной схватки. Дверь распахнулась от резкого толчка, и перед Артамом предстала ужасная картина: согнувшийся пополам обнаженный мужчина, а за ним стояла с пылающим гневом в глазах воинственная Мила, сжимающая в руках дубовую шайку. Мужчина стонал, хватаясь за пах, его лицо исказилось от боли. Шайка в руках Милы с глухим стуком опустилась на спину незнакомца, а затем последовал мощный пинок под зад, который вышвырнул его из парной, как пробку из бутылки.
Потеряв равновесие, мужчина врезался в Артама, сбив его с ног. Он навалился на Артама всем телом, а над ними, словно циркулярная пила, визжала и кричала пришедшая в неистовство Мила.
– Держи его, Артам! – кричала она. – Я тресну его по голове! Негодяй! Кто это? Как он посмел?..
Мощный удар шайкой пришелся незнакомцу по затылку. Он издал глухой стон и рухнул без чувств. Рядом, не переставая визжать и пинать его, прыгала Мила.
– Мила, постой! – взмолился Артам. – Дай мне встать, мы разберемся, кто это.
Мила наклонилась и схватила незнакомца за руку. В этот момент он пришел в себя и, словно обезумевший, закричал:
– Не бейте меня, сволочи! Я – Иль!
Но Мила уже не могла остановиться. Она извернулась, как дикая кошка, и зубами вцепилась в его руку, упирающуюся ей в грудь. Иль взвыл от боли, словно волчонок, попавший в капкан. Он отталкивал ее, упирался рукой в грудь, а Мила наваливалась на него грудью. Она, визжа, как дикая кошка, рвала его руку зубами и била шайкой, при этом часто промахиваясь и попадая по Артаму.
Артам, пытаясь освободиться от навалившегося на него тела, оттолкнул хранителя ногой и, встав на четвереньки, почувствовал, как крепкие руки обхватили его со спины. Иль, словно обезумевший, навалился на него животом.
– Мила! – закричал Артам, задыхаясь. – Сними его с меня! Я не понимаю, что он хочет!
– Ясно что, – прошипела Мила. – Сначала меня хотел поиметь, похотливая скотина. А теперь к тебе пристает. На! На!.. – С этими словами она обрушила на хранителя град ударов шайкой.
Хватка на спине Артама ослабла, и он вырвался из-под мужчины. Вскочив на ноги, он остервенело пнул его в лицо ногой, но тот ничего не почувствовал – был уже без сознания.
Артам присмотрелся и похолодел.
– Мила, это и правда Иль. Ты что, его убила?
– Такого не убьешь, – ответила Мила, зло пнув хранителя в бок. Иль дернулся на полу и пришел в себя, застонал и через силу попросил:
– Помогите встать, сволочи.
– Не бей его, Мила! – строго прикрикнул Артам.
Мила опустила свою импровизированную дубинку и прикрылась шайкой. Артам помог Илю подняться и усадил его на лавку. Голова и лицо хранителя были разбиты в кровь, лиловый синяк стремительно расползался по лицу, закрывая глаза.
– Воды дайте, – хрипло попросил Иль.
Артам протянул ему свою кружку с горячим взваром. Иль сделал глоток, истошно заорал и выплюнул жидкость.
– Вы совсем ополоумели, смертные! Я воды просил! – закричал он.
– Пей что дали, – сурово произнесла Мила.
Не споря, Артам зачерпнул ледяной воды из бадьи и протянул кружку Илю.
Артам молча сел рядом с Илем, снял с крюка простыню и кинул Миле.
– Прикройся, – произнес он. Она, поймав ее, выронила шайку и прикрылась.
Встав у дверей парной, Мила, словно ядовитая змея, не мигая уставилась на Иля. Иль с опаской оглядел ее и начал лечение. Вскоре он снова был здоров и невредим. Однако его взгляд стал несмелым и одновременно суровым.
– Вы что, – произнес он после долгого молчания, – с ума сошли? – Артам посмотрел на Милу, но не ответил.
– Зачем ты хватал меня за задницу? – спросила Мила с обвинением в голосе. – Это уже второй раз. Ты нарываешься!
– Это ты, смертная, нарываешься. Думаешь, твоя богиня защитит тебя от моего гнева?
– Защитит, – уверенно ответила Мила, – я расскажу, что ты сначала приставал ко мне, а потом приставал с непристойностями к Артаму.
Иль вытаращился на женщину.
– Я не приставал к Артаму. Ты чего выдумываешь, шлюха?
– А зачем ты напал на него со спины и прижался?
– Я от тебя спасался. Что я мог сделать? Ты это, – он покраснел, – не выдумывай. Я не какой-нибудь извращенец. Я нормальный и люблю женщин. Поняла?
– Поняла, – ответила Мила и отвернулась в угол. – И я не шлюха. Можно признать, раньше я была… такой. А сейчас я невеста великого князя Озерского Артама и соблюдаю приличия. – Она гордо вскинула голову.
– Ну, раз поняла, то постой тут, а мы с Артамом в парной побеседуем, есть у меня к нему разговор.
– Артам, если что – кричи, я помогу, – не поворачиваясь к мужчинам, из угла сказала Мила.
Иль услышал ее слова и в сердцах сплюнул.
– Баба она и есть баба, – констатировал он, – как есть дура.
Удобно устроившись на полке, Иль попросил Артама о помощи – похлестать его спину веником. Артам без лишних слов взял веник, обдал его кипятком и приступил к процедуре.
– Артам, ты знаешь, что Артем теперь дракон? – начал Иль, лежа на животе и вытянув руки. – Кто бы мог подумать, что события так быстро приведут к противостоянию с демонами. Они ведут себя совершенно неуважительно.
Артам, слушая хранителя, несильно хлестал его веником по ногам и спине.
– Но раз уж это произошло, – продолжал Иль, перевернувшись на спину и закрыв глаза, – нужно научиться действовать в таких условиях. Вы не послушались меня, и теперь мы в опасности. Да-а, разворошили вы осиное гнездо. Ну да ладно, уже назад не повернешь.
С этими словами Иль огорченно вздохнул.
– Я хочу, чтобы ты передал Артему: я его союзник. Пусть забудет о прежних разногласиях. Я хочу, чтобы он не доверял сестрам. Они хитры и коварны. Они приняли меня, вернее, вынудили вступить с ними в союз, и все благодаря твоему тифлингу, Артам, понимаешь?
Вместо ответа Артам хлестнул Иля веником по паху.
– Ты, Артам, поосторожнее, а то твоя благонравная невеста едва не оторвала мне мое хозяйство, а теперь ты его бьешь веником. Да-а… Что я говорил? А… Я знаю, что думают и хотят сделать сестры, и все Артему донесу, предупрежу его, значит. Хватит бить.
Иль отстранил руку Артама и сел.
– Понял? – спросил он.
– Понял, я передам ему твои слова, – ответил Артам.
– Это хорошо, что понял. Прости, что назвал твою женщину шлюхой.
– Прощаю, – кивнул Артам.
– Тогда прощай, князь, до встречи. А сестрам не верь. Будь осторожен с ними – не заметишь, как проглотят.
Артам снова кивнул, и Иль исчез.
– Заходи, Мила, – крикнул Артам, и в дверь заглянула укрытая простыней Мила. Она огляделась и спросила:
– Ушел?
Артам честно ответил:
– Не знаю, может быть, он здесь под невидимостью, в парной, подглядывает.
– Хи-хи, – раздался смешок, и в воздухе прошелестело: – Ухожу, ухожу.
– Ушел, – удовлетворенно произнесла Мила, скинула простыню и подошла, прижав голову Артама к своей груди. – Артам, не слушай Иля. Я не шлюха и никогда ею не была. Я воспитана у церковников, нужда заставляла.
  
– Я его не слушаю, Мила.
Артам поцеловал сосок ее груди, и они начали целоваться и обниматься.
– Я так соскучилась, – прошептала Мила и потащила Артама на себя, прямо на пол.
Они занимались ласками долго и с наслаждением. Им было хорошо вдвоем. Их объединяло чувство близости душ и общие желания, которые постепенно превращались в крепкую связь, перерастающую в обоюдную любовь, что медленно, но верно разгоралась в их чувствах и заполняла их сердца.