Снежный ком
— Да, пожалуй, и мне пора…
Мы вместе с капитаном выбрались на берег и прошли лугом до тропки, по которой он отправился к себе домой занести улов, а я свернул на дорогу к новой школе.
Мне бы сразу зайти к дяде Фролу, а я поленился и так с удочками на плече и прошагал по деревенской улице к своему палаточному городку. Когда проходил мимо нового, строившегося магазина, меня окликнули:
— Слышь, парень!..
Голос доносился откуда-то сверху, я поднял голову: на лесах третьего этажа будущего колхозного универмага стоял один из тех мрачного вида парней, что наблюдали за мной и пестрой Катей, когда мы с нею и на скамейке сидели, и с дурацким хохотом выбегали из магазина.
Я узнал его по стрижке еж, клином съехавшей на низкий лоб. От этой прически да еще из-за толстой физиономии «всмятку» он очень смахивал на невыспавшегося барбоса.
— Рыбку ловишь? — спросил парень с угрозой в голосе и добавил: — Держи аванс…
Сверху, просвистев мимо головы, прямо к моим ногам шмякнулся в лужу кирпич.
— Осторожнее! — донесся насмешливый голос.
Второй парень, как я его окрестил, Лорд, стоял там же на лесах прямо надо мной. Он сосредоточенно и серьезно смотрел на меня.
Выходит, им не понравилась моя встреча с Куликовым… А может быть, все из-за Кати? А если Куликов? Невольно я посетовал: кто же на рыбалку ходит в форме. Но, с другой стороны, никто не думал, что будут наблюдать за нами сверху. Нетрудно догадаться, что Куликова тут и в штатском все знают, и свои, и приезжие. А уж такая братия, как Лорд и Барбос, наверняка глаз с него не сводят, если они действительно связаны со спекулянтами.
Меня очень интересовал вопрос: сами они догадались меня припугнуть или их проинструктировал Тема? А если Тема, то чего ждать дальше? Так что же, от себя или по заданию Темы действуют эти парни?
Первое, что я должен был сделать, не показать им, будто догадываюсь об истинном смысле угрозы, мол, «упавший» с лесов кирпич — не больше, чем мелкое хулиганство.
— Мне к тебе подняться или сам сюда спустишься? — спросил я у Барбоса, но он не очень-то принял мой вызов, а сказал по-деловому, спокойно и вразумительно:
— Считай, что я тебя предупредил. Если не понял, не обижайся.
— А в чем дело-то? Я тебя вообще первый раз вижу!
— Боря, не темни. Ты человек умный, — вмешался в разговор и Лорд.
«Откуда-то имя знают, — с удивлением подумал я, но тут же понял, — пестрая Катя сказала».
— Ладно, мужики, — сказал я грубовато. — Я умный, вы умнее, по-умному и разойдемся…
— Ну вот и хорошо, что дошло, — заметил Лорд. — Сам понимаешь, шутить нам не с руки…
Я действительно понимал, что разговор этот — не пустая угроза, а серьезное предупреждение: видимо, я перешел дорогу целой компании, ворочающей крупными делами. Сейчас надо было как-то сохранить лицо и с честью отсюда уйти.
Выручили меня дружки из моей бригады во главе с Петром Кунжиным: они как раз выходили со свертками в руках из примостившегося у подножья будущего универмага продовольственного ларька.
— Привет, Боря! Много ли наловил?
— Братцы! Да у нас сегодня уха!
— Кто тут тебе настроение портит?
Здоровые плечистые парни еще издали учуяли, что у нас тут не очень любезный разговор, и поспешили ко мне на выручку. Лорда и Барбоса с лесов как ветром сдуло, видимо, по принципу: «Чем меньше меня видят, тем меньше узнают…»
Тем не менее я получил самое серьезное предупреждение, еще и в наглядном исполнении: кирпич просвистел мимо моей головы весьма убедительно. Если честно признаться, встреча эта не доставила мне удовольствия. Но и отступать от своего я вовсе не собирался, еще не решив, действовать ли по-прежнему в одиночку или подключить к этому делу своих парней… Конечно, капитан Куликов прав: чем меньше людей знает о таком деле, тем лучше. По известной пословице: «Один человек — тайна, два — полтайны, три — совсем не тайна». И я решил пока ничего никому не говорить.
Магнитное поле
После ссоры с Лялькой, разговора с капитаном Куликовым и встречи с подозрительными парнями прошла суббота, прошло и воскресенье. Я не буду рассказывать, что я пережил за эти два дня.
Дядя Фрол от облепихового масла стал понемногу поправляться, но мои душевные раны не мог бы залечить и самый волшебный бальзам. Слабым утешением оказалось то (хоть я человек и не злорадный), что для Темы эти дни были небось самыми длинными из-за полной неясности, что его ждет в костановском отделении милиции.
Мне все еще казалось преждевременным пойти и заявить на него: трубы — мелочь, оштрафуют, и все. Я чувствовал, что за Темой водятся дела посерьезнее. Чтобы не вспугнуть его раньше времени, приходилось держать себя с этим негодяем «в дипломатически корректных рамках», а это для меня было очень непросто…
Так наступил понедельник — обычный трудовой день на обычной колхозной стройке.
Наш студенческий отряд за это время обжился и уже начал работать, получив задание до сентября месяца сдать в эксплуатацию здание новой школы. Чтобы быть поближе к Ляльке, я устроился, как и она, прямо «на объекте», днюя и ночуя в столярной мастерской, но в этот день, составив себе хитроумный план, с утра пораньше отправился на строительную площадку.
До начала работы мне надо было обязательно повидать нашего командира отряда Юрия Матвеевича, которого все мы называли просто Юрой, и кое о чем с ним договориться.
Хоть он и был в наших глазах солидным женатым человеком, к тому же в прошлом году окончил строительный институт, но в общем-то считался своим, хорошим парнем.
Выбрав позицию в районе временной стройконторы, я очень удачно изловил Юру, когда рядом с ним никого не было, и стал довольно длинно и туманно плести что-то о дружбе и товариществе, о рабочей солидарности и необходимости помогать физически маломощным девичьим коллективам.
Юра оказался на редкость догадливым человеком. Он посмотрел мне в глаза, ухмыльнулся и сказал:
— Все ясно, старик. Пока не подвезли материалы плотникам, пойдешь разнорабочим в бригаду своей Лариски. Доволен? Цени заботу начальства!
«Вот это прораб! Ничего не скажешь: душу рабочего через комбинезон видит!»
Я стоял перед Юрой, «хлопал» глазами и, как говорят в таких случаях, «не имел что сказать».
— Да я не о том… — начал было я.
— И я не о том! — весело согласился Юра, оскалив белые зубы, потряс реденькой бородкой, которую завел для солидности, и громко захохотал. Он хлопнул меня ладонью по плечу и добавил: — Давай, старик, действуй! Удачи тебе!
Не смотря на разоблачение, я был доволен таким разговором с Юрой: чихал я на его догадливость! Человек взрослый, женатый, зря болтать не будет. Но вот не догадались бы девчонки из Лялькиной бригады, почему я к ним разнорабочим иду? Именно этого я очень даже серьезно опасался.
На строительную площадку уже шли парни в рабочих штанах и ковбойках, девчата в легких кофточках с длинными рукавами и заляпанных известковым раствором, комбинезонах. В это время я увидел Тему, прогуливавшегося у дома, где размещались почта и костановское отделение милиции. Выглядел он неважно: после передряги с трубами он наверняка плохо спал ночами, сочинял оправдательные речи, придумывал и отвергал всякие алиби. Ну и поделом ему! Что тут придумаешь, когда трубы все равно краденые! Мне страшно захотелось узнать, что же он будет врать в милиции.
Тема сам облегчил мне задачу, подметив меня издали и сделав знак подойти к нему.
— Куда ты пропал? Я тебя два дня уже ищу! Просил же узнать насчет шофера!
— Отделение было закрыто в пятницу и в субботу, — ответил я безразличным тоном, — а в воскресенье никакой «белой козой» там и не пахло.
Тема хотел было что-то сказать, но в это время увидел, что к дому, где размещалась костановская милиция, уже подходил капитан Куликов.
Неторопливо сделав несколько шагов ему навстречу, Тема солидно приложил два пальца к козырьку фуражки и спросил: