Сын болотной ведьмы (СИ)

От ее слов повеяло ледяным холодом. Интересно, знал ли об этом принц, соглашаясь на мою просьбу?
- Спасибо, Мия, - я нашла ее руку и сжала пальцы. – Спасибо, что предупредила. Но ведь я могу и отказаться, если она потребует чего-то… неприемлемого, разве нет?
- Не знаю, госпожа, - вздохнула она. – Хорошо, если так.
Дверца кареты закрылась, возничий щелкнул кнутом, и лошади тронулись. Гергис ехал впереди верхом: топот копыт его коня вплетался в поступь двойки сложным ритмом. Вместе с плавным покачиванием это навевало дремоту, особенно после бессонной ночи. В голову лезли мрачные мысли, и я пыталась отгонять их, думая о чем-то приятном. О Марилле, например. О том, что, возможно, скоро я смогу ее увидеть. Даже если придется дорого заплатить за это.
Вскоре карета выбралась на мощеную булыжником дорогу, и трясти начало уже основательно. Нетрудно было догадаться, что подъезжаем к деревне. Остановка там получилась продолжительной: видимо, проводника Гергису удалось найти не сразу. Когда мы поехали дальше, мелодия конского шага стала более замысловатой – добавился еще один музыкант.
Сколько прошло времени в пути – час или два? Когда ничего не происходит, определить это довольно сложно. Хотелось выйти, размять затекшие ноги. Словно в ответ на эти мысли карета остановилась, дверца со скрипом распахнулась, Гергис нашел мою руку.
- Выходите, Лери. Дальше пешком. А ты, - это наверняка адресовалось проводнику, - останешься здесь стеречь карету и лошадей.
- Да, господин, - пришепетывая, ответил мужской голос. – Никуда не сворачивайте с тропы, вокруг топи.
Мы шли молча. Гергис крепко сжимал мои пальцы, время от времени подсказывая: левее, правее. Под ногами хлюпало, тонкие башмаки скоро промокли. Да и вообще, несмотря на теплый плащ, было холодно и промозгло. Пахло мхом и гниющей травой.
- Стой! – внезапно приказал Гергис. – Дальше так идти нельзя, тропа слишком узкая. Пойдешь за мной следом. Держись крепко.
Я не сразу сообразила, что он снова обратился ко мне на ты, как в ту ночь, когда пришел ко мне в спальню. Интересно, что это должно было означать? Вцепившись в его руку, я шла за ним, попадая в следы, остающиеся на раскисшей тропе.
- Скажи… - я сама не ожидала от себя такой смелости. – Почему ты согласился?
Рука Гергиса дрогнула.
- Согласился на что? – уточнил он тем же преувеличенно спокойным тоном, как и вчера в саду.
- Чтобы я пошла к ведьме. Да еще решил сам сопровождать меня.
- Ты задаешь слишком много вопросов, Лери. Если я отвечу, что хотел бы помочь тебе, ты удовлетворишься? Или не поверишь?
- Не знаю, - я поскользнулась и наверняка упала бы, если бы Гергис, молниеносно обернувшись, не подхватил меня.
- Ничего другого, дорогая, не могу вам сказать.
«Лучше замолчи!» - стояло за этой фразой, и я вынуждена была подчиниться.
Шли мы еще долго, пока внезапно под ногами не оказалась твердая почва. Гергис остановился, и я услышала стук по дереву – в дверь? Нет, похоже, в калитку ограды: кто-то приближался к нам с той стороны.
- Я принц Гергис, это моя жена, принцесса Эллерия. Мы пришли к тебе просить о помощи.
- Я знаю, кто вы, господин, - отозвался низкий женский голос. – Вам придется остаться здесь. Пойдемте со мной, госпожа.
Ведьма взяла меня за руку и повела к дому.
Рука ведьмы была холодной, как лед. Платье шуршало, словно сухая трава, по которой ползет змея. Душный запах ядовитых болотных цветов окутывал ее облаком. Вспомнились слова Мии: «Не от светлых сил ее дар… вы затеяли опасное дело».
- Я слышала, что случилось с вами, принцесса, - бархатный голос ведьмы обволакивал так же, как и ее запах. – И могу помочь вам. Но только в одном: вернуть память или зрение. Или то, или другое. И это будет дорого стоить.
- Мой муж наследник правителя, вряд ли он поскупится.
- О нет, дело не в деньгах, - рассмеялась ведьма, подтвердив слова Мии. И шепнула прямо мне в ухо: - Если я исцелю тебя, ты поможешь моему сыну получить принадлежащее ему по праву. Иначе ослепнешь снова. И не только ты, но и твоя дочь. И все твои дети будут рождаться слепыми, как кроты. Едва ты скажешь «да», обратного пути уже не будет.
 
Я задрожала, словно от порыва ледяного ветра.
- Что получить? И что я должна сделать?
- Узнаешь со временем. Да или нет? Если нет, я отведу обратно к принцу. И упаси тебя высшие силы сказать ему хоть слово. Кэрриган все равно добьется своего, и лучше тебе оказаться на нашей стороне.
Наверняка я знала о его намерениях раньше, но сейчас чувствовала себя тем самым слепым кротом. И не только в буквальном смысле. Может, все же попросить вернуть память? Или нет – напротив, лучше ни о чем не знать?
- Хорошо, - решилась я.
- Ну вот и славно, - ведьма открыла дверь и втолкнула меня в дом. – Он ждал тебя. Я дам вам немного времени побыть вдвоем. Пока приготовлю зелье. Но будьте осторожны, не позволяйте себе лишнего. Кто бы мог подумать, что принц Гергис сам придет в болотное логово. Слышишь, Кэрри? Он здесь.
- Да, матушка.
Скрипнул стул или скамья – Кэрриган встал и подошел ко мне. Мужские руки легли на плечи, теплые губы коснулись моих губ, и я снова вздрогнула. От пряного запаха закружилась голова.
- Как я скучал по тебе, Лери. Ты стала еще красивее.
Я отстранилась испуганно.
- Принц и правда здесь, за оградой. Мне кажется, он что-то подозревает, иначе не поехал бы со мной сюда. Возможно, хотел застать нас…
- Не бойся, Лери, - Кэрриган отошел в сторону. – Я у окна. Вижу его у ограды. Матушка права, надо быть осторожнее. Но пока он там, мы можем говорить свободно. И… не только говорить.
- Я ничего не помню…
- Знаю. Я нашел тебя на дороге, принес в замок. Постучал в ворота, оставил рядом и ушел.
- Но тебя видели. Сказали, меня спас какой-то мужчина.
- Возможно, и видели, но издали. Не думаю, что могли узнать. Меня и в деревне-то мало кто знает, а в замке и подавно.
Я прислушивалась к себе, пытаясь понять, что испытываю рядом с ним. Не пробьются ли из темноты беспамятства былые чувства. Но нет. Все то же волнение, смущение, тревога, но… больше ничего.
Неужели я была так сильно влюблена в Гергиса, что пошла на эту связь только от обиды и отчаяния?! Не может быть! Наверняка было что-то еще, о чем я не помню. Возможно, когда увижу его, что-то все же всколыхнется?
- Скажи, о чем говорила твоя мать? Чем я должна заплатить за ее помощь? Что ты должен получить?
Кэрриган рассмеялся.
- Я знаю, что ты не помнишь. Но неужели не догадываешься? Власть, Лери. Правитель Моран тяжело болен, его дни сочтены.
Я слышала разговоры об этом. Говорили, что у правителя сердечный недуг, но мне и в голову не приходило, что все так серьезно. И какое отношение к этому имеет Кэрриган? Ему нужна власть? Сыну болотной ведьмы? Он что, с ума сошел?
Видимо, все это было написано у меня на лице. Подойдя ближе, Кэрриган провел пальцами по моей щеке, под подбородком.
- Лери, Моран – мой отец. Мы с твоим мужем единокровные братья.
- Что?! – я не поверила своим ушам. – Но…
- Видимо, любвеобильность у них в роду, - усмехнулся он. – Матушка рассказывала, что Моран, когда еще был принцем и жил в замке, частенько навещал ее в деревне. Даже когда женился на матери Гергиса. Тайком, но все, разумеется, знали. Можешь представить, что о ней говорили. Будто она приворожила наследника чарами. Когда выяснилось, что должен появиться я, ей пришлось покинуть деревню. Здесь раньше жила ее тетка, тоже ведьма. Мы с принцем родились почти одновременно. И даже, говорят, похожи. По крайней мере, ты это сразу заметила. Когда пришла за отворотным зельем для него.
 
- Но как же ты собираешься занять трон? Убить Гергиса и предъявить сови права? Ведь Моран не признал тебя сыном, так? Иначе ты не жил бы здесь, на болоте. И потом у него есть племянники, которые тоже могут претендовать на власть.
- Лери, надеюсь, когда ты прозреешь и увидишь меня, станешь более догадливой.