Убить Избранных (СИ)

Вены засветились, создавая узкую в локоть шириной тропинку, висящую над полом. Инга не хотела пробить ногу гвоздём. Казалось, кроме плесени, крыс и насекомых никого нет, но это не так. Она чувствовала из темноты взгляды. Неожиданно заметила лестницу. Ступеньки выглядели хлипко, поэтому Инга потянула мост поверх.
На втором этаже обстановка немного приятнее. У стены дремало несколько человек, завернувшись в грязные одеяла, кто-то похрапывал. Инга протянула свою парящую дорожку в дальний конец коридора, но замерла у первой закрытой двери. Внутри кричали.
Похоже на семейную ссору. Судя по тонам, на почве ревности. Женщина ругала мужчину за то, что позволил увезти «его». Инга прервала контроль дорожки, опустилась на пол и толкнула дверь.
Внутри очень много всего. Сама комната небольшая, но на ней невероятным образом выстроили два уровня и на каждом сантиметре пространства что-то было. Книжные полки, гвоздики, на которых висели ложки, поварёшки, мешочки, травы. Инга сперва не поняла, кто говорил, но после разглядела среди вещей карликов. Человек шесть, пятеро из которых мужчины, виновато склонивших головы перед тучной женщиной. Ей и принадлежал голос. Заметив появление Инги, она сперва вскинула подбородок и раздула ноздри, всё ещё разгорячённая спором. Увидев, кто пожаловал, мотнула головой и спешно оправила засаленный передник.
— Я ищу мужчину, который прошлой ночью помог дотащить телегу с грузом до этого здания, — обозначила присутствие Инга.
— Какой мужчина, милая, — рассмеялась прокуренным голосом женщина. — Все, кто сюда входил, перед тобой — выбирай.
Карлики гаденько захихикали, демонстрируя прогнившие зубы.
— Мне нужен примерно вдвое выше, тёмные волосы, зелёные глаза, шрам на лбу слева, — Инга вежливо улыбнулась, для контраста. — Его потеряла очаровательная жена, а дома грустит дочка.
Хозяйка приложила пухлую руку к груди и покачала головой.
— Ай-яй-яй, несчастье-то какое. Из дэвианов тоже, да, милочка? Детские слёзы — оставляют особый след на нашей земле. Помогу, чем смогу. Может, покупатель, — она обернулась к одному из карликов. — Джебидая, захаживал такой? Кстати, милая, зелья-травы для успеха в работе и даже…, — она смерила Ингу взглядом. — Любви не желаешь?
— Да, кажется, я припоминаю такого, — закивал Джебидая. — Захаживал, что-то покупал. Если б не шрам и не запомнил бы, непримечательная внешность.
— Возможно, — кивнула Инга. — Что купил? Когда? Куда пошёл?
— Порошки для исцеления хвори… ну… мужской, — хмыкнул Джебидая. — Когда не скажу, уж прости. Куда, тоже не знаю.
— Какая жалость, — вздохнула Инга и повернулась к двери, коснулась ручки и вдруг подняла голову. — А есть пороховое масло? В Воладор тащиться лень, тут никто не продаёт…
— Вроде оставалось, — почесал макушку один из карликов. — Но дорого.
— Главное, чтобы масло было настоящим, а не палью, — шевельнула плечом Инга и подошла ближе, приняв одну из конструкций между ними за прилавок.
Те переглянулись и тот, кто вспомнил про масло отправился на нижний уровень комнаты, скрывшись за тёмной занавеской на крупных кольцах.
— Странно на самом деле, — задумчиво сказала Инга, смахивая со столешницы крошки. — У парня, которого ищу, не было проблем по этой части.
— Мужчины это не афишируют, — авторитетно кивнул Джебидая. — Особенно девушкам, если только не…
Инга заинтересованно подняла брови, но услышать продолжение было не суждено. Вернулся тот, что с маслом. Она коротко сверкнула венами, пузырёк выпал из руки Карлика и со звоном расплескался по полу.
Женщина забыла про вежливый образ в присутствии потенциального покупателя и выдала настолько сложную ругательную конструкцию, что уши Давида свернулись бы в рогалики.
— Что ж ты, делаешь, Арса?! Последние деньги отымаешь, — всплеснула она руками после этого.
— Если настоящее, я заплачу. А проверить легко, — она подалась вперёд. — Глянь мне в глаза и попробуй угадать предрасположенность. Потом вспомни удивительное свойство паров этого масла и подумай, что случится, если я… просто представлю что-нибудь.
   
3.4
 
— Да, что ты творишь?! Что творишь?! — заголосила женщина. — Люди, что ж это делается? Вламываются в дом, пожарами угрожают! Да, когда ж на вас управа найдётся, окаянные! Да с чего ты взяла, что видели мы вашего элисёнка?!
— Я не говорила, что он Элис, но с радостью послушаю.
Крик разом прекратился.
— Элис? Я тоже не говорила про Элис, — торопливо забормотала женщина. — Оговорилась просто. Хотела сказать — котёнка, да.
— Ты знаешь, по запаху настоящее, — Инга махнула ладонью, подгоняя воздух к лицу. — Но точно можно убедиться лишь… — вены коротко сверкнули, немного прогревая комнату. Мужчины заголосили.
— Да что ты хочешь? Сама сказала — твой потерянный непримечательный ничем. Посмотришь и забудешь, — возмутилась женщина. — А у нас был…, — она резко замолчала и, кажется, даже выругалась про себя.
— Ну меня вы нескоро забудете, а я ни разу не Элис, — ухмыльнулась Инга, делая комнату теплее, чтобы карлики тоже ощущали. — Выкладывай, я уже поняла, он здесь был и что вы говорили. Мне интересно две вещи: что случилось, и где он сейчас. Чем больше подробностей я услышу, тем проще будет контролировать себя. Здесь же хватит и искры…
— Было-было, каюсь, — внезапно загалдели все разом, но женщина говорила громче. — Помог вещи нести. Милый, добрый, не чета вам! А ладный какой! Глаз не оторвать и вообще… не оторваться. Мы… он с нами должен был остаться да. Но дэвиан украл! Вы верните его, хорошо. Нам!
— Зачем?
— Милочка! — женщина всплеснула руками, а после наклонилась, обдав тяжёлым запахом дешёвого табака. — Да кроме него и не нужен никто. Дотронешься раз и расставаться не захочешь. Он…
— Идеальный, — пискнули в стороне.
— Поэтому верни. Майер отобрал. Сглупили мы, надо было себе оставить!
— Э-э-э… а ничего что он человек со своим мнением и желаниями? — Инга нахмурилась. — Чем вы его накачали? Признавайтесь, иначе спалю к хренам всё до фундамента.
— Хлороф, мак и сонные таблетки. В воду фруктовую добавили, — нехотя сообщила женщина. — Уйма целая ушла. Всё не падал.
— Даже пришлось кое-чего запретного добавить, но оно того стоило, а Майер взял и забрал готовое. Себе. Для себя! Делиться нужно!
Внезапно женщина ухмыльнулась.
— Что ж вы элисёнка из дому-то выпустили? Чай, не знали, что враз схватят да украдут? Сама, видать, знаешь, насколько хорошо. Не для жёнушки ищешь, для себя. Чтобы тело его чувствовать беспрестанно.
— Э-э-э… Слушай, а может вам пару эликсиров для любви и от мужской хвори списать да использовать? — не сдержалась Инга. — У вас… странное влечение к… ну, красивому мужику, да.
— Ты не понимаешь, да? — женщина покачала головой. — Жёнушка не рассказала? Ну, ясно-ясно. Не виню её. Если найдёшь элисёнка, потрогай его. Ну, или… не стоит. Иначе потеряешь ты покой на веки вечные.
Инга решила, что ей лучше выяснять это у более адекватных рассказчиков.
— Ладно. Куда потащил его Майер?
— Знамо куда, в Серефеан. Для себя оставить хочет. Рубашку уже здесь снял с него, — карлик облизнул губы.
— Ох, а красавчик какой. И Элисы позавидуют, да. Кто ж родил прелесть-то такую?
— Я так понимаю, вы все его потрогали?
— О, да. Как же не трогать-то? Чем дольше касаешься, тем сильнее удовольствие.
— Приятнее, чем, например, котиков гладить? — в Инге проснулся исследователь.
— Представь себе свой лучший секс, умножь на десять и прибавь ощущения от потрясающей выпивки и приятного массажа — и это будет лишь половина того, что приносит касание к нему, — женщина прикрыла глаза. — Ах, какой же он сла-а-адкий.
 
Дэвианка моргнула, а потом решила, что хрен с ними. Достав кошелёк, вытащила сотню и положила на столешницу. Себестоимость масла точно покроет.
— Стой! — за руку схватила женщина. — Слушай, милая, радость, сердце наше! А может ты… ну… не жёнушки его приведёшь, а нам?