Бумажный цветочек (СИ)
«День первый! Мы прибыли. Ура!»
Фил и Терри вскоре успокоились и тоже включились в трудовой процесс. Они оказались такими же азартными трудоголиками. Первое время ребята не реагировали на призывы Яна по громкой связи, и ему пришлось приносить им еду на рабочие места. Он подсовывал им тарелки с разогретой едой и бутерброды. Он быстро научился по маркировке на банках разбираться, что именно в них находится. Оказывается, самой большой головной болью на станции были запахи. Фильтры чистили воздух, но полностью запахи не устранялись и беспрепятственно летали по общему коридору. Поэтому вскоре Ян был вынужден открыть и пересортировать достаточно большую часть продуктов. Теперь у всех из тарелок пахло одинаково.
На тридцатый день Ян понял, что сыт по горло этими разогретыми консервами и, психанув, испек большой пирог с начинкой из сухофруктов. Его научили печь в цирке. Своя выпечка была намного дешевле покупной и поэтому для труппы каждый день что-нибудь пекли. К тому времени, когда готовый пирог уже «отдыхал» под полотенчиком, все собрались на кухне. Первыми, как ни странно, прибежали омеги, и только потом альфы.
Ян заявил, что никто не получит ни кусочка пирога, пока нормально не позавтракает. Но пока он делал всем омлет, ребята достали свои планшеты и начали рассказывать друг другу о том, что сделали за этот месяц. А поскольку информации у каждого за месяц собралось предостаточно, то и разговор затянулся. Они совершенно незаметно проглотили омлет и сок, а когда Ян дал каждому по куску пирога, то и его они сжевали совершенно незаметно во время совместного «мозгового штурма». А потом они разбрелись по своим местам, занятые каждый своими мыслями. И только Инсар, поцеловав Яна в щеку, поблагодарил за вкусный завтрак.
У них за этот месяц сложились очень странные отношения. Они были вместе и в то же время каждый сам по себе. Еще в первую ночь Ян понял, что спать одному здесь очень холодно. Несмотря на все тепловые панели, станция, была, на удивление холодным местечком с постоянными сквозняками. От холодного ветерка, который сквозил то по ногам, то по голове, было совершенно неуютно. Поэтому в первую же ночь, поворочавшись в своей кровати, он завернулся в одеяло и отправился к Инсару. Тот хоть и зевал, но старался что-то разглядеть на мониторе. Увидев, как на его кровати устраивается Ян, он плюнул на работу и лег рядом. Вдвоем они быстро согрелись и уснули.
Но дальше совместного сна в одной постели их отношения не продвигались. За это время Ян понял, что уже привык иметь секс, хоть и не очень регулярный. Да и Инсар теперь уже вызывал не панику, как в самом начале, а определенный интерес. Да и излишек свободного времени, который вдруг появился у омеги, вызывал у него разные мысли и желания. Он уже успел исследовать всю станцию и разобраться, что где лежит. Помимо медотсека, оказывается, на станции были три лаборатории с различными видами оборудования, скафандры для выхода в космос и даже большой запас термобелья, который надевался под эти самые скафандры.
Белье было теплым и приятным на ощупь, и Ян подумав немного, натянул его на себя. Сразу стало гораздо теплее. Наконец, перестав мерзнуть, Ян смог взглянуть на Инсара не как на грелку, а как на предполагаемого партнера по сексу.
Выяснив предпочтения членов команды в еде, Ян смог просчитать запасы продуктов. И теперь он, перестав бояться, что их не хватит, принялся более активно готовить. Он уже знал, что Терри оставляет мясо, но съедает все овощи, а Фил, наоборот, выберет все мясо, а овощи оставит на тарелке. Поэтому, чтобы зря не переводить продукты, он накладывал в тарелки только то, что ребята точно съедали. В своем блокноте он записывал, кто что съел, а от чего отказался.
Когда эти записи случайно попали на глаза Сэмми, то омега неожиданно закатил истерику и кричал, что он не давал разрешения делать из себя подопытную мышь, которую кормят по нормам. Но вот остальных подобные наблюдения скорее позабавили. Терри посоветовал свести все в таблицу, а после этого они с Филом даже взвесились, «для контрольного замера». Инсар и Рэй тоже взвесились, а Сэмми убежал, обидевшись на всех.
А еще Ян рассчитал, что один раз в десять дней он может печь пироги. И когда Инсар после очередного пирога решил поцеловать Яна, то он вывернулся и подставил ему вместо щеки губы. Инсар, не успев остановится, чмокнул Яна в губы и настороженно замер. Омега же, приобняв альфу, похлопал ресничками в знак того, что совсем не против повторить эксперимент. Эксперимент повторили с большим энтузиазмом, Ян начал соображать, как же намекнуть Инсару о том, что пора бы перейти от кухонного этапа к следующему и продолжить его уже лежа.
Пока Ян подавал задумчивому Инсару невербальные сигналы в виде поглаживаний по спине и подмигиваний, на центральный пульт станции пришел сигнал от военных, которые хотели удостовериться, что на станции все в порядке. Альфы сразу сорвались с места, чтобы пообщаться с себе подобными. А Ян в сердцах пнул ближайший стул. Ну, ничего, ничего будет еще пирог! Никуда Инсар от него не денется!
========== Часть 6 ==========
Как-то незаметно закрепилась традиция совместных завтраков. Всех по утрам привлекали запахи блинчиков или каши с сухофруктами. Ян поил всех растворимым кофе. Ребята собирались с мыслями, обменивались последними находками. Потихоньку начинала складываться общая картина состояния планеты. После таких утренних посиделок работа двигалась более слаженно, потому что была видна вся картина целиком, а не отдельно взятые кусочки.
С контрактом все шло хорошо. А вот отношения Яна с Инсаром как-то не задались. Нет, в прошлый раз, когда пришла пора для очередного пирога, Инсар уже сам облизывался и примеривался больше к Яну, чем к выпечке. У омеги все внутри обмирало от предвкушения. Расшалившаяся от безделья фантазия подкидывала одну картинку соблазнительнее другой. Ян уже сам был готов утянуть альфу за шиворот в кровать. Но вроде тот и сам был не прочь поцеловаться и потискаться.
А вот дальше все пошло наперекосяк. Неожиданно выяснилось, что из термобелья не так просто выбраться. Оно плотно облегало тело, и было сшито в виде комбинезона с застежками в самых неожиданных местах, и поэтому от него избавиться так же просто, как от кофты, не получалось. Пришлось долго выпутываться из теплой засады. А под конец, когда они, уже разомлевлевшие и голые, готовились перейти непосредственно к самому сладкому, Яна угораздило назвать Инсара Роем.
Альфа дернулся, будто его ударили и, собрав вещи с пола, оделся и ушел на другой конец станции. Хотя в круглом помещении другого конца, как такового, в принципе не существовало, да и по кругу далеко не уйдешь, но Инсар, побыв какое-то время у Терри с Филом, вернулся с самым невозмутимым выражением на лице. Ян попытался объясниться с Инсаром, что он вовсе не считает его заменой бывшему мужу. Их вообще нельзя сравнивать. И Ян не знал, как объяснить, почему губы сами шепнули «Рой»! Ведь если он в последнее время сравнивал их, то всегда в пользу Инсара! Просто… просто губы сами сказали то, что всегда говорили в подобных случаях. Они никогда не называли других имен и сказали, скорее, по привычке, чем…
Но Инсар, прослушав весь этот жалкий лепет, хмыкнул и ушел в гости к Сэмми и Рэю. А когда вернулся, они оба постарались сделать вид, что ничего не произошло. У Яна оставалась одна надежда, что у Терри или Сэмми начнется течка и альфья натура Инсара возьмет вверх над разумом и оскорбленным альфьим самолюбием. Но когда Ян узнал, что омеги пьют подавители, то загрустил по-настоящему. Он никогда не был силен в заигрываниях и прочих омежьих хитростях. А уж после такого прокола вообще не знал, как подступиться.
Время шло. Работа делалась. Ян придумывал новые рецепты из надоевших продуктов. Приближалось время заказа продуктов на следующие полгода. Он отнесся к этому заказу с методичностью ученого. Благодаря тому, что подсчитывал съеденное, он сделал прогноз на будущее и при этом постарался сократить количество сухпайков, увеличив за их счет количество обычных продуктов. И при этом постарался выбрать из недорогих продуктов что-то новенькое, чтобы их рацион стал более разнообразным, оставаясь при этом сбалансированным, как сухпайки военных.