Между добром и злом. 3 том (СИ)

Вербовщик выложил всё это на одном духу и даже, как показалось Кондрату, сделал это на одном вдохе, ни разу не выдохнув.
— Кто заказчик? — Кондрат перешёл к главному вопросу.
— Я не знаю, — ответил вербовщик и тут же поспешил добавить. — Но я могу описать того, кто ко мне обращался, и кого я сам подозреваю. Но это лишь мои догадки, так как такие, как я и нужны, чтобы скрыть заказчика. Но всё равно мы же тоже не слепые и…
  
— Кого ты подозреваешь? — прервал его оправдания Кондрат.
— Это кто-то из богачей нашего города!
— Ну это и так было понятно. Больше тебе сказать нечего?
— Нет! Погодите! Вы не понимаете! К нам пришёл щёголь какой-то и сказал, что его хозяин хочет людей здесь и сейчас. Тех, кто умеет молчать, кто умеет убивать, и от кого не жалко в случае необходимости избавиться. Это дорогое удовольствие, так как такие контракты подрывают доверие к нам, вербовщикам, а он не скупился на деньги и…
— Ближе к теме, — поторопил он его.
— Мне пообещали, что если всё пройдёт чисто, то мне уже об этом беспокоиться не придётся. Что любые мои проблемы не станут проблемами и всё у меня будет в золоте. Но если оплошаю — из-под земли достанут.
— Это тебе тот человек передал? — уточнил Кондрат.
— Да! — закивал тот головой.
— И как он выглядел?
— Как… худой, богатый, лицо скрыто было шарфом! У него странная шляпа, слегка загнутая по бокам была. Но он явно из тех, кто работает или на графа, или на компанию.
— С чего ты решил? — поинтересовался он.
— Посредники! Если кому-то нужно, они сами приходят, ведь есть мы, посредники! Мы обеспечивает ту анонимность между клиентом и исполнителями. А тут послали кого-то, кто должен скрыть настоящую личность заказчика. То есть ещё раз перестраховались. Да тут и ослу понятно, что тут либо граф, либо компания! — с жаром закончил он.
Ну… его слова звучали логично. Если он утверждает, что обычно люди связываются напрямую с ним, а тут кто-то решил использовать ещё одного посредника, то речь явно о влиятельных людях. Они не любят лично светиться и оставлять собственные отпечатки. И плевать, что весь мир будет знать, кто за всем стоит. Их лично никто не видел, а значит доказательств нет, а власть и деньги защитят от того, что грозило бы обычному человеку. Кондрат знал эту схему ещё со своего мира.
— Где найти мне этого посредника? — спросил Кондрат.
— Я не знаю. Даже не представляю. Он… он просто приходит, когда необходимо, и так же уходит. Его знают те, кому нужно, и…
— А кому это нужно?
— Ну… тем, кто держит бизнес… — промямлил вербовщик. — Кто так или иначе зависит от сильнейших мира сего… Он к ним заглядывает, но они вряд ли знают, где он живёт…
— Кто должен будет сообщить информацию о том, что миссия выполнена? — решил зайти с другой стороны Кондрат.
— Я не знаю. Этого мне не сообщили. Скорее всего, с ним кто-то поехал из их людей.
— Плохо, очень плохо… — вздохнул Кондрат, вставая…
И в это же мгновение вербовщик неожиданно задёргался, как будто по нему пустили ток. Глаза закатились, из рта потекла кровь. Жуткое зрелище заставило Феликса и Кондрата отступить назад в то время, как ведьма даже глазом не повела. И только когда из-под него потекла кровь, Феликс наконец понял, что стряслась.
— Ты совсем охренела⁈ — зашипел он.
— Что? Он нам больше не нужен, — пожала она плечами.
— В смысле не нужен⁈ Он был важным свидетелем!
— Он бы выдал нас.
— Не выдал, если бы ты его запрятала туда же, куда и Нутико!
— А что произошло? — Кондрат оказался единственным, кто не понял, что произошло.
— Эта ведьма надела его на кол, вот что произошло! — тыкнул он в неё пальцем, а та лишь фыркнула. — Она убила единственного, кто мог опознать посредника!
— Я убрала проблему с нашего пути, — ответила она невозмутимо.
­— Нельзя просто так налево и направо убивать людей, — внимательно посмотрел на неё Кондрат.
— Хочешь сказать, что ты никогда так не делал, Кондрат Брилль? — ответила она насмешливым взглядом.
Потому что Кондрат тоже так делал. И он этого не отрицал. Да только ситуация была другой, там или его жизни что-то угрожало, или жизни его товарища. Если была возможность не убивать, он не убивал. Потому что можно в это очень быстро заиграться, забыв, где заканчивается закон и начинается самосуд.
— Пату, больше не делайте так, — произнёс он спокойно, на что ведьма лишь пожала плечами.
­— Как скажешь, Кондрат Брилль, мне всё равно.
Они смотрели на тело, которое теперь лежало в крови с огромной дырой в пятой точке, заливая снег кровью. Надо было понять, что делать дальше, так как след затерялся.
— К кому мог ещё ходить этот посредник? — спросил Кондрат.
— Если всё коррумпировано, то к начальнику отдела, но у нас нет таких полномочий, — ответил Феликс. ­— Стражи ещё куда не шло, но чем дальше, тем сложнее.
— Можно спросить напрямую у мэра, — предложила Пату.
— Мы не можем спросить у мэра и по совместительству графа этих земель, — раздражённо ответил он. — У них есть иммунитет к нам. Требуется разрешение из центра, чтобы брать таких людей в оборот.
— Значит нужен кто-то пониже. Кто-то не из власти, кто сможет… —­ начал было Кондрат, и Пату тут же предложила свой вариант.
— Глава компании.
— Тебе же сказали, что нет, — повторил Феликс. — У них иммунитет.
— Какой иммунитет?
— Простой иммунитет.
— Какой? — беззаботно повторила ведьма, будто пытаясь довести мага до белого каления.
— Они часть власти, часть системы. Если вот так мы начнём каждого хватать каждого за шею по малейшему подозрению, то, не ровен час, когда остальные почувствуют свою уязвимость. Поймут, что в любую секунду могут стать следующими, и тогда можно лишь догадываться, что будет.
— Империя, построенная на лжи, трусости и корысти.
­— Империя, построенная на законе!
— Вижу, что он на людей, которые и охраняли этот самый закон, не распространяется, как и на любого другого простого человека, — хмыкнула Пату.
— Это другое, — едва сдерживаясь, ответил Феликс. — Приходится идти на компромиссы.
— С собственной совестью?
— Так, хватит, — остановил их Кондрат, встав между ними. — Достаточно. Нам нужно понять, что делать дальше. Есть связной, который точно знает, кто заказчик. Найдём его — найдём виновника. Вопрос лишь в том, кто с ним нас сведёт.
Феликс бросил взгляд обратно в переулок, откуда они пришли.
— В этом случае надо возвращаться обратно в бар. Скорее всего, бармен или хозяин того места будут знать, кто это и где его найти. В крайнем случае, если наниматели занимаются подобными делами, то у них в обязательном порядке должны быть связи в криминальных кругах. Другими словами, местные главари должны знать, как выйти на связанного.
— Тогда начнём сразу с крайнего случая, — решил Кондрат. — Наведаемся и вызнаем информацию у них. Это ведь будет не противозаконно?
— Нет, такое нет.
— Лицемерие… — фыркнула Пату, и Феликс уже собирался ответить, но Кондрат положил ему руку на плечо и покачал головой.
— Сейчас не время выяснять отношения. Есть дела и поважнее, чем друг другу доказывать, кто прав, а кто нет. У меня вопрос лишь в том, как выйти на местный криминал.
— Ну… — Феликс почесал затылок. — Думаю, как раз это будет и не сложно сделать…
  
Глава 29
 
Проституция — самая древня и самая вечная профессия мира, как говорят многие. Сколько она существовала, одному богу известно, и даже когда этого самого бога, как и мира, не станет, всё равно, если будет тот, кто захочет секса, найдётся и та, кто будет готова его дать за определённое вознаграждение.
  
То же самое можно было сказать и про криминал, который всегда крутился рядом с этой профессией. Если её не контролировало государство, то всегда найдутся те, кто захочет взять эту роль на себя, чтобы стрясти с девушек денег.
В империи Ангарии государство проституцию не контролировало.