Загадка графа Сторна (СИ)
— А? — Наташа откровенно растерялась. На ее взгляд рисунок был хоть и не совсем на любительском уровне, но… смешно же сравнивать с картинами настоящих художников!
— Удивлена? Просто знаешь… вот посмотрел на твою картину и понял, что не хватало в тех… жизни… души… Величайшее мастерство… за которым просто в правильном порядке размазаны по холсту краски. Услада для глаз, не более. С другой стороны, твоя картина… Много ошибок, но… я их стал замечать только после того, как сумел оторваться от полотна. Твоя картина полна жизни… Спасибо, Наташа. Этот подарок для меня намного ценнее всех тех шахмат из драгоценных камней и металлов…
— Ох… я боялась, что вам не понравится… Альда вообще говорит, что этим подарком я нарушила четыре правила этикета.
— Знаешь… А пошел этот этикет в ж…
Шокированная Наташа уставилась на смеющегося императора, который вдруг разом превратился не в могущественного правителя великой империи, а озорного мальчишку. Моргнула. Для верности протерла уши, чем вызвала новый взрыв смеха императора.
— Все-таки жаль, что ты уезжаешь. Без тебя будет так скучно. И дети будут скучать. Но… не буду просить тебя остаться хотя бы ради тебя. Здесь тебя либо сожрут, либо превратят в подобие тех гиен, что постоянно кружат возле трона. И знаешь, что я сделаю? — Император еще раз глянул на картину. — Приглашу лучших художников и заставлю их сделать с нее копии. Полные. И лучшую из них повешу в гостевых покоях. А вот твоя картина исключительно для моего личного кабинета… Да, там ей самое место… Когда будет тяжело, буду смотреть на нее и заряжаться этой теплотой от нее… Еще раз спасибо.
— Ну… да… вы же понимаете, что я не…
— Идем, Призванная, — усмехнулся император. — Меня не простят, если эту последнюю ночь в империи ты не расскажешь детям еще одну историю своего мира. И да, пошлю сюда гвардейца, пусть охраняют картину…
Скоро затихли звуки шагов, в зале установилась тишина… Осталось незакрытой полотно на мольберте… В центре картины стоял император… без короны, но поза, взгляд… даже на картине ощущалось это величие и одновременно тяжесть власти, слева от императора стоял Арест, который полностью копировал позу отца, но… если от императора ощущалось величие, то Арест был… забавным. Не смешным, а именно забавным, как любой ребенок, подражающий взрослому. Горделивый взгляд, отлет руки, грудь колесом, но все немного… чересчур. Чуть позади старшего брата, скрестив руки на груди, крайне неодобрительно смотрел на него Дориан, казалось, еще миг и можно будет услышать его голос: «Опять этот выпендривается, ну когда же он станет серьезным?» Леора стояла с другой стороны отца, чуть повернувшись боком, она правой рукой что-то старательно прятала за спиной, явно опасаясь, что отец заметит эту вещь, но предательски выглядывающая из-за ее плеча рукоять то ли короткого меча, то ли длинного кинжала выдавала проказницу с головой. В глазах бесенята от предвкушения чего-то занятного, радостного или интересного. При этом за ухо у нее было воткнуто потрепанное перо, под мышкой другой руки зажата книга, на обложке которой явственно можно было разглядеть очертания рыцаря. Так, обычно иллюстрировали рыцарские романы.
Императрица располагалась чуть в стороне в кресле за небольшим столом, на котором были отложены пяльцы с вышиванием. Сейчас же она, сложив руки на коленях, с умилением и некоторой гордостью разглядывала семейство, которые словно позировали неизвестному художнику. Только тот, вопреки всем обычаям и канонам, не заставил их принимать определенные позы и застывать в них. Художник словно поймал мгновение, когда каждый на портрете был самим собой и это мгновение запечатлел. А потом собрал всех вместе… одной семьей… счастливой семьей.
[1] Англичане Орлеан не взяли, но Наташа так помнит. Ну или решили немного драматизировать историю