Доктор Крюк 5 (СИ)

Голограмма Вежи сделала едва заметное движение, словно приглашая меня сесть, хотя я и так сидел. Впрочем, это могла быть просто игра света на ее полупрозрачной фигуре. Я старался держать лицо, не показывать своего смятения, хотя внутри все колотилось, как у мальчишки перед первым свиданием. Только вот свидание это обещало быть куда более судьбоносным и, возможно, опасным.
— Да, Николай, твоя последняя… кампания, как ты это называешь, принесла системе значительные дивиденды, — продолжила она своим ровным, мелодичным, но абсолютно безэмоциональным голосом. Казалось, она говорит о биржевых котировках или о результатах какого-то научного эксперимента, а не о захваченном городе и десятках, если не сотнях, загубленных жизней. Для нее это были лишь цифры, единицы информации, прибавляющиеся к моему «счету». — Твоя теория относительно принципа работы карты Дрейка также заслуживает внимания. Она не лишена логики и, с высокой долей вероятности, верна. Дрейк действительно использовал комбинацию географических ориентиров и астрономических явлений для шифровки своего пути. Это был сложный, многоуровневый ключ, рассчитанный на то, чтобы отсеять случайных искателей.
  
Я слушал, не перебивая. Итак, моя догадка подтвердилась. Это уже было кое-что. Но я прекрасно понимал, что Вежа явилась не для того, чтобы похвалить меня за сообразительность. Сейчас начнется самое интересное — торг.
— Однако, — в ее голосе не появилось никаких новых ноток, но я почувствовал, как невидимая петля начинает затягиваться, — простого понимания принципа недостаточно. Тебе нужны точные данные. Координаты. Расчеты времени. Имена конкретных географических объектов, которые Дрейк использовал в качестве реперных точек. Без этого твоя экспедиция обречена на провал. Ты будешь блуждать по джунглям и горам месяцами, если не годами, и, скорее всего, погибнешь, так и не приблизившись к цели.
Она сделала паузу, давая мне возможность в полной мере осознать безрадостную перспективу. И она была права, черт возьми. Одно дело — предположить, что нужно искать отражение солнца в озере между тремя пиками, и совсем другое — найти это единственное озеро и эти три пика среди бескрайних просторов Южной Америки. Это как искать иголку не просто в стоге сена, а в целом поле стогов.
— Я могу предоставить тебе эту информацию, Николай, — продолжила Вежа, и ее голубые глаза, казалось, заглянули мне прямо в душу, если она вообще знала, что такое душа. — Я могу проанализировать все доступные данные, сопоставить их с картой Дрейка, провести необходимые расчеты и указать тебе точное местоположение Эльдорадо. И не только местоположение, но и оптимальный маршрут, учитывая все известные опасности и препятствия. Я могу провести тебя туда за руку, образно выражаясь.
Соблазнительно. Чертовски соблазнительно. Получить все и сразу, без долгих и мучительных поисков, без риска заблудиться и сгинуть в неизвестности. Но я знал, что у всего есть цена. И цена за услуги Вежи, особенно за такие эксклюзивные, всегда была высока.
— Но, как ты понимаешь, знание имеет свою цену, — подтвердила мои мысли голограмма. Ее губы снова изогнулись в той едва заметной, почти нечеловеческой улыбке. — И в данном случае цена будет максимальной.
Вот оно. Кульминация. Я напрягся, ожидая услышать условия.
— Я заберу все твои накопленные очки влияния, Николай, — произнесла она совершенно спокойно, словно речь шла о какой-то мелочи. — Все до единого. До последней сотой. Твой счет будет обнулен. Это моя цена за величайшую тайну этого мира. За ключ к Эльдорадо.
Я невольно сглотнул. Все? Подчистую? Астрономическую сумму, которую я только что осознал, — и все отдать? Это был удар под дых. Очки влияния — это не просто цифры. Это моя страховка, моя возможность к регенерации, к омоложению, к получению новых знаний и навыков. Это, в каком-то смысле, моя жизнь здесь, в этом враждебном прошлом. Лишиться их всех разом — это означало стать уязвимым, смертным, как любой другой обыватель XVII века. Это означало, что любая серьезная рана, любая болезнь могла стать для меня последней. А впереди — опаснейшая экспедиция в неизведанные земли. Риск был колоссальным.
Вежа молчала, давая мне время на размышление. Ее светящаяся фигура неподвижно застыла посреди кабинета, и только легкое мерцание выдавало ее неземную природу. Она ждала моего решения. И я понимал, что это предложение из тех, от которых не отказываются. Или, по крайней мере, от которых очень трудно отказаться, когда цель так близка. Но и цена была запредельной. Это был настоящий ва-банк.
Колебался ли я? Если честно, то да. На какую-то долю секунды, не больше. В голове пронеслись все те моменты, когда очки влияния спасали мне жизнь, вытаскивали из таких передряг, из которых обычно не выбираются. Кораблекрушение, пиратские стычки, эпидемии, дуэли… Вежа, с ее протоколами регенерации и подсказками, была моим ангелом-хранителем, пусть и весьма своекорыстным. Отдать все это разом, добровольно лишиться такой мощной поддержки — решение не из легких.
Но потом я посмотрел на карту, лежащую на столе. На этот пожелтевший пергамент, обещавший не просто золото, а нечто гораздо большее. Тайну, способную изменить мир, или, по крайней мере, мою собственную судьбу в нем. Эльдорадо. Это слово стало для меня не просто целью, а каким-то наваждением, идеей фикс. Ради этого я прошел через огонь, воду и медные трубы, если можно так выразиться, оказавшись в этом безумном XVII веке. И сейчас, когда ответ был так близко, когда оставалось лишь протянуть руку, — отступить? Сказать «нет, спасибо, я лучше сохраню свои очки, а Эльдорадо пусть и дальше остается легендой»? Это было бы не просто глупо, это было бы предательством по отношению к самому себе, ко всему, через что я прошел.
К тому же, что толку от этих очков, какими бы астрономическими они ни были, если я так и не смогу достичь главной цели? Сидеть на мешке с золотом, зная, что где-то там, за непроходимыми джунглями, скрывается нечто несоизмеримо более ценное? Нет, это не по мне. Я всегда был игроком, готовым поставить на кон все, если ставка того стоила. А эта ставка стоила всего.
— Я согласен, Вежа, — произнес я твердо, глядя прямо в светящиеся глаза голограммы. Голос мой не дрогнул, хотя внутри все еще присутствовала некоторая… нервозность, скажем так. — Забирай очки. Все до последнего. Давай мне ключ к Эльдорадо.
Голограмма никак не отреагировала на мои слова внешне. Ни одобрительного кивка, ни победной ухмылки. Все та же холодная, отстраненная красота. Но я почувствовал, как что-то изменилось. Внутренний «счетчик» очков влияния, который я всегда ощущал где-то на периферии сознания, стремительно обнулился. Словно из меня выкачали какую-то жизненную энергию. Не то чтобы я стал слабее физически, нет. Но пропало это ощущение… неуязвимости, что ли. Той самой подушки безопасности, которая всегда была при мне. Теперь я был один на один с этим миром, со всеми его опасностями. Ну, почти один. Команда у меня все-таки была.
Одновременно с этим обнулением в мою голову хлынул поток информации. Это было нечто невероятное. Не просто слова или картинки. Это был целый информационный пакет, интегрированный непосредственно в мое сознание. Я увидел карту Дрейка как бы изнутри, наложенную на трехмерную модель рельефа. Вежа показывала мне, как именно символы гор на карте соотносятся с конкретными пиками Анд, как изгибы рек совпадают с реальными водотоками. Она показала то самое озеро, затерянное в высокогорной долине, и объяснила, в какой именно день года и в какое время суток нужно находиться в определенной точке на его берегу, чтобы увидеть, как солнце, проходя между двумя конкретными вершинами, создает на водной глади отражение — «золотой путь», который и укажет на скрытый проход в долину Эльдорадо.
  
Это было гениально и дьявольски сложно. Дрейк использовал не просто один ориентир, а целую систему, каскад подсказок, где каждая предыдущая вела к следующей. И только обладая всеми фрагментами карты и зная точную последовательность астрономических и географических «совпадений», можно было пройти этот путь. Теперь я понимал, почему никто до сих пор не смог найти Эльдорадо. Это было все равно что пытаться открыть сложнейший сейф, не зная комбинации.