Багеры (СИ)

— Да кто его знает? — пожимал плечами Джон. — Все, что угодно!
— Может ее только начали разрабатывать, и она не совсем готова, все ж это почти уже у самых Диких неосвоенных звезд? — предполагал Алекс.
— Да вроде я слышал, так никогда не делают! В смысле, неотработанные локации в общую структуру сеттинга не вносят… — сомневался в такой версии умник.
— Да и неосвоенные звезды отсюда будут еще прыжках в пяти, — подбавлял в общее недоумение сомнительных аргументов Кир.
Мы с Эйсом и, естественно, Гариком в эти замудреные разговоры не лезли — ждали к чему придут в результате «умные» люди… тем более, что и они гадали, что называется, по кофейной гуще и тыкали пальцем в небо.
Когда мы вывалились из под пространства, перед нами висел один из Титанов, а вот странной планеты видно не было.
— Ну что, сходим к ней? — спросил всех Алекс.
— Да можно, — протянул Кир, — а может мы там, где и заночевать остановимся? До Диких территорий еще идти и идти… хотелось бы это оставить на завтра. Все ж в реале уже к девяти вечера подходит.
В общем-то, я с ним была согласна, а потому, когда капитан предложил проголосовать, поддержала предложение нашего навигатора. Джон, конечно, пытался протестовать, но, похоже, даже Алексу уже хотелось домой. А потому итор наших препирательств был таков — смотрим на странную планету, пристраиваем где-то там «Без Башни» невидимкой и отчаливаем на выход. А далекие и неосвоенные звезды и без нас как-нибудь в своей глуши еще денек проживут прекрасно.
Дий выглядел с орбиты вполне терраподобным, его спутник и того более напоминал Луну, а потому ничего интересного мы так и не увидели. И к разгадке его тайны, как были далеки у маяка, так и остались, хотя по сути считай и уткнулись в него носом.
  
Глава 35
 
Будильник звякнул в восемь, успокойка, согласная с ним, отключилась, и я, прислушавшись к их мнению, сладко потянулась, открывая глаза. Маруся, и руководившая этой парочкой в общем-то, раздвинула шторы в спальне. Солнечный свет, по-осеннему еще неявный, но уже достаточно яркий, дал понять, что день обещает быть неплохим.
Может мне сегодня сказаться больной и в игру не ходить? Съезжу к маме, потом где-нибудь с Эммкой попьем кофейку, пройдемся по торговому центру…
Нет, нельзя, там сейчас такая напряженка…
Да и как бросить моих железных парней… да и парней вполне обычных… и Алекса?
Тут я осознала, что вся моя утренняя ипохондрия и нежелание идти в игру, как раз с ним то и связаны, вернее с его вчерашним выговором мне. Теперь-то я знала точно, что никакой особой симпатии у него ко мне нет, мы только соратники, члены одного экипажа, что даже не друзья, а так — попутчики на время сессии. Печально…
Но, тем не менее, из-под одеяла я себя выдернула и, подпихнув моральным пинком, отправила в душ и далее по заданному маршруту. Любит, не любит, обнимет, поцелует… пора заканчивать уже с этими гаданиями — осень на дворе, ромашки все завяли, зима скоро — да здравствуют душевная стойкость и холодный разум!
Большая кружка кофия, сваренного, конечно же, не машиной, а собственноручно в турке, поддержала настрой быть здравомыслящей дамой, придав бодрости телу и способности соображать мозгам.
Тренькнул гэдж, напомнив, что давно переполнен непринятыми вызовами. Ну, думается, сейчас самое время разобраться в них, а то опять вернусь домой под самую ночь и он у меня, насобирав еще, вдруг решит, что с него хватит и треснет. Там, в его закромах, оказалось штук десять звонков от Максика и один от мамы. Чему я крайне удивилась, так это отсутствию, как звонков, так и сообщений из полиции. Неужели правда пронесет и меня не вызовут на разбирательство к следователю?
«— А, ладно!» — отмахнулась я от этих мыслей, не трогают и хорошо — мне проблем меньше.
И набрала номер маман.
Она ответила сразу. После буквально второго звонка на голопроекции проявилась кухня родительского дома и сама мамулька, которая, так же, как и я, сидела за столом и пила из большой кружки. Вот только, скорее всего, там в ней не кофе, а какой нибудь чаек с травками.
 
— Привет, детка, — улыбнулась мне она. — Совсем куда-то пропала!
Конечно со стороны такое обращение одной молодой женщины к другой, которая выглядит практически так же, наверное, смотрится смешно. Да, мама родила меня совсем рано, и наша в двадцать с небольшим лет разница делает нас, считай ровесницами теперь, когда я уже тоже по всем показателям человек взрослый. Но, мама, есть мама, и для нее даже такая великовозрастная деваха, как я, всегда будет маленькой и любимой девочкой.
— Привет, мамуль, да вот, играю… ну, ты же знаешь.
— Знаю. Не очень одобряю, конечно, такое твое времяпрепровождение, но ты у меня девочка уже большая и я понимаю… — мама вздохнула тяжело, — что запретить тебе не могу это.
Но очень хотелось бы, как Максику…
— Ты что набирала меня? Вот, увидела твой вызов и перезваниваю.
— Вообще-то, я звонила еще позавчера.
Упс, что-то я время ее входящего не посмотрела…
— Но, собственно, звонила я без причины, просто давно не видела, не слышала тебя, — продолжала меж тем мама, — как у тебя дела?
— Да все нормально. А как у вас?
— И нас тоже все хорошо.
— Привет Лили! — на экране рядом с мамой нарисовался брат и помахал мне рукой.
Потом подключился к вызову, и образовался уже отдельно от мамы — на втором экране, в режиме конференции.
— Слушай, мам, вы ж уже поговорили, видишь, у нее все хорошо, так что ты можешь быть спокойна. А нам надо с Лилькой поговорить!
Мама покачала головой, улыбнулась, послала мне воздушный поцелуй и отключилась. А меня уже на единственном активном экране «понесли» на выход из кухни.
— Пошли, на улице поговорим, а то здесь… — Макс отклонился, заглядывая за угол холла, — ушей лишних много.
Я, впрочем, не увидела, кто там у нас лишний, Майкл или Кари, но спорить с братом не стала. Не нужно быть провидцем, чтобы знать наверняка, что разговор пойдет об игре и любимом Гарике, а такая тема, действительно, третьего автоматом записывала в лишние.
«Мы» вышли из дома, спустились с крыльца и вот тут уже Максика прорвало:
— Я тебе звоню, звоню, а ты не отвечаешь! Хорошо тебе, ты там играешь, а мне даже просто в нанем заглянуть не позволяют!
— Что, даже с гэджа не можешь?! — удивилась я.
— Ну-у, в сеть могу, — протянул брат растроено, — все ж иногда по учебе надо. Но вот все, что выводит на игры, блокируется автоматически, я даже в чаты не могу попасть, и посмотреть гайды!
— Круто за тебя взялись, — пожалела я брата, — бедненький. Что говорят, когда арест закончится?
— Когда нормально закрою первое полугодие… — продолжал жаловаться Макс, — а это еще целых четыре месяца!
— Ну, немножко меньше, — попыталась я утешить его, все ж сентябрь уже вовсю продвигался к своей середине.
— Ой, чё там меньше?! Тебе легко говорить!
Ну — да, мне легко говорить… для меня-то эти неполные две недели, что я в игре, по насыщенности не сравнятся и с иным годом. Так что брата я понимала вполне, наверное, для него это время воспринимается наоборот, как год без всяких происшествий. Нудный такой, тягомотный…
— Но я все же лазейку нашел! Я смотрю все, что происходит в Звездном мире, потом, у Сэма в записи! — похвалился мне Макс своей сообразительностью.
Сэм, если что, это его наилучший друг с самого детства. Вон их дом мне сейчас даже в гэдж видно за плечом брата. А Сэмчик у нас — ничего, молодец парниша, раз еще не доигрался до ручки и его, в отличие от нашего Максика, от геймплея пока не отлучили.
 
— Я видел тот бой! — в это время восторженно разорялся Макс, — Гарик — зверь, красава! Слушай, ты вместе с ним то ухо жрала?! Как оно?! Я в нем ни разу…
— Макс! — рявкнула я, — Еще слово об этом и я отключусь!
— Ладно, — сник брат, — скучная ты. Я чё еще хотел спросить. Там это, пару раз вроде, в камеру на первом ряду попадала твоя слави! Как так могло получиться, если ты была в тот момент в Гарике на ринге?