"Фантастика 2025-16". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)
Вика узнала, что Фролов был вместе с коллегой на вокзале, заходил в пиццерию поздравить племянника другого коллеги с днём рождения, а ещё ходил в музей со своим племянником.
Но ни спортивных соревнований, ни костюмированных балов, ни тематических вечеринок — никаких мероприятий, где можно было бы встретить группу грустных людей в зелёном.
Видимо, он заразился уже после того, как матка «ушных червей» мутировала, так что придётся пройти по всем местам, где был Фролов в течение недели до проявления признаков заражения. А ещё на всякий случай надо будет осмотреть маршрутки и прочий общественный транспорт.
Когда Егор, Вика и Аз вышли из дома жертвы и сели в машину, старший сверился с картой и отдал распоряжения:
— Перепроверять придётся всё. Аз, тебе медцентр, местное почтовое отделение и «Китай». Вика, тебе окрестные магазины и кафе. Макс и Эд пойдут проверять «Планету». Мне банк и кинотеатр. Вопросы есть? Если нет, то ты, Вика, остаёшься тут. Аз, тебя я закину к медцентру — он в соседнем квартале. Закончите — звоните. После обеда будем общественный транспорт осматривать, если никто ничего не найдёт.
В медцентре всё оказалось чисто. На почте тоже. Вокруг «Китая» шастали голодунцы, но их Аз без проблем отманил на крошки от купленной в ближайшем киоске булки и изгнал типовой связкой. Потом проверил заведение: чисто во всех отношениях и пахнет потрясающе заманчиво, пообедал и позвонил Егору.
— У меня всё чисто. А у вас есть что?
— Нет, ничего подозрительного.
— Ни у кого?
— Увы.
— В отдел или сразу в трамвайное депо?
— Туда я Макса и Эда отправил. Вику послал проверять троллейбусы. А мы с тобой будем осматривать маршрутки. Ты сейчас где?
— В «Китае»... Может, ещё раз Фролова допросим?
— А смысл? Сам знаешь, что его состояние не улучшится.
— Эх. Ладно, ты прав.
Однако поехать в больницу им всё равно пришлось: как только Аз сел в машину, Егору позвонили. Оказалось, в диспансер привезли агрессивную женщину, пытавшуюся силой заставить пожилых соседей слушать «прекрасную вечную музыку».
— Так, хорошо, мы сейчас приедем, — старший спрятал телефон и пояснил:
— Для оформления документов нас двоих хватит. Остальные пусть продолжают проверять.
Аз не возражал.
Гражданка Притыкина когда-то — возможно, ещё неделю назад —выглядела роскошно: дорогая одежда, туфли на высоченных каблуках, красивый оттенок пепельных волос, стильные украшения. И совершенно безумный взгляд диковатых голубых глаз. Умело подтянутое опытным хирургом лицо искажено гримасой, а криво накрашенные губы повторяют раз за разом:
— «Но от песни той не спрятаться, не скрыться! Дружно руки вверх и будем веселиться!»
Её «ушной червь» тоже оказался совершенно обычным мутантом.
В прошлый раз, лет пять назад, до того, как матку обнаружили в ирландском баре, в диспансер попало пять человек. А сколько не попало, Азамат старался даже не думать. Кто-то под воздействием сверхсильного «ушного червя» не выдерживал и накладывал на себя руки. Кто-то спивался. Кто-то уходил из дома и бесцельно бродил, слушая музыку в своей голове.
Надо поймать матку как можно скорее.
Увы, все возможные подсказки от Фролова так и не вывели на логово существа. А Притыкина вообще не собиралась ничего подсказывать.
Что же могло объединять этих двоих? Он работает в рекламном агентстве, живёт в сравнительно недорогом ЖК. Она вдова, тратит деньги покойного мужа-бизнесмена, полгода проводит в роскошной квартире в центре города, полгода — за границей.
Так что же у них общего?
По пути к автобусному парку Азамат напряжённо думал. Вряд ли рассадником мутантов стал общественный транспорт: во-первых, тогда заражённых уже было бы больше. А во-вторых, Притыкина вообще вряд ли им пользовалась.
Где могли оказаться и он, и она? Сравнительно недавно. Место должно быть более-менее людным. Концертный зал? Но жена Фролова наверняка упомянула бы о концерте, если бы муж туда сходил. В личном деле Притыкиной значился номер её секретаря: надо позвонить и уточнить.
— Позвоню секретарю? — спросил Аз у Егора.
Тот кивнул.
— Добрый день, вы секретарь Притыкиной Аллы Павловны? По поводу её госпитализации... Что? А да-да, — девушка решила, что звонят из диспансера, и Аз не стал её разубеждать. — Скажите, ваша работодательница не посещала концерты или другие массовые мероприятия в течение последних двух недель?
Секретарь заверила, что ничего такого не было: ни концертов, ни выставок, ни вечеринок. Разве только день рождения знакомой и годовщина развода лучшей подруги. Аз поинтересовался, где и когда проходили сии знаменательные события и получил полный отчёт. День рождения отмечали в загородном рестобаре «Три ковбоя», а годовщину — в уже проверенном «Китае».
Поездка к рестобару ничего не дала. Многочасовая проверка автобусного парка тоже.
К шести часам все члены Б-пять, дружно собравшиеся в автобусном парке, по-прежнему не имели ни малейшего понятия о том, откуда взялись мутанты.
Аз устало потёр виски и в который уже раз за день вспомнил обоих пострадавших: небедные, нестарые, бывают в центральном районе города — больше ничего общего между ними вроде бы и нет.
Разного пола, возраста, разный социальный статус и образ жизни, разный круг общения. Увлечения и стиль одежды тоже разные.
Что же между ними может быть общего?
Ну, ни у Фролова, ни у Притыкиной нет домашних животных. Нет детей. Да много чего у них нет! А что же есть?
Вот он Фролов. Вот Притыкина.
Думай, Аз, думай!
И вдруг его озарило! Фролов был аккуратно пострижен. У Притыкиной безупречно окрашенные волосы. Весьма вероятно, что оба недавно были в салоне красоты.
— Егор, есть идея! Позвони жене Фролова и спроси, когда он был в парикмахерской!
Егор кивнул и набрал нужный номер.
— Ещё раз здравствуйте. Мы сегодня заходили по поводу вашего мужа. Странный вопрос, но нам нужно знать. Подскажите, когда он был в парикмахерской? Девятнадцатого апреля? А как она называется? Вы не знаете? Жаль... Нет, новостей пока нет. До свидания.
Аз позвонил секретарю Притыкиной и узнал, что Алла Павловна посещает салон «Изумруд» в центре города. В последний раз она ходила на окрашивание двадцатого апреля.
— Едем!
В салоне Егоровой машины сегодня не звучала привычно-странная музыка.
На крыльце салона красоты «Изумруд», спрятавшегося в переулке в самом центре города, стояла девушка, запирающая массивную тёмную дверь.
— Закрыто! — сказала она, заметив идущих к салону потенциальных посетителей.
— Спецотдел, — махнул «корочками» старший и представил всех членов Б-пять.
Девушка ойкнула, но дверь открыла. Кресла, стены и часть пола были оформлены в разные оттенки зелёного. На одном из кресел висела тёмно-зелёная парикмахерская накидка.
— Что-то с Ольгой Михайловной? Или с Никой? Или с Танюшей? С Игорьком?
— Это ваши коллеги?
— Да. У нас в последнее время ужас какой-то творится! Как у Ольги Михайловны сын в аварию попал, так и началось.
— А это когда было?
— Пятнадцатого апреля. Ей из полиции позвонили, она как раз с клиентом закончила. Взяла трубку и вдруг как побледнела вся! Чуть в обморок не упала! Мы такие: что случилось? А она такая: Олег разбился... а он с женой был и сыном! А сын у него совсем маленький, ему три всего! И...
— Сколько человек было в салоне в этот момент?
Девушка удивлённо уставилась на Егора, но ответила:
— Три мастера, Юля на ногтях и три клиента. Все очень-очень переволновались!
— Скажите, а форма у вас зелёная?
— Что? А, ну да... у нас всё зелёное: любимый цвет Риммы Борисовны, владелицы салона... А что?
Пока Егор и Вика забалтывали напуганную девушку, Азамат, Эд и Макс обошли парикмахерскую.
Поиск. Вот сюда, ага. Вот она! Вот матка!