Бог наказал любовью всех, чтоб в муках верить научились (СИ)

— Ты понесла дитя от высокородного господина, а у него в роду или у самого могла быть магическая сила. Он же смог открыть портал в Лес Троллей. Так же твои родители, о которых я ничего не смог толком разузнать. Они дали тебе образование, а значит, тоже не бедствовали. У тебя хорошие манеры и воспитание, — Вергату претила эта ежедневная ложь, его Темного Колдуна, как ни странно, но мучили муки совести. Он понятия не имел, как признаться Джанате в содеянном злодействе. Она — то совсем не виновата в смерти Лорены, а несет непомерное наказание. Да и он сам страдает, когда видит ее прекрасные синие глаза затуманенные заклинанием. Еще немного и ее разум померкнет, а глаза остекленеют.
— Пусть подрастет малыш, потом разберемся с этим вопросом, — уговаривал и успокаивал свою совесть Колдун, заглушая непомерную вину крепкими напитками, — Кристан давно понял свою ошибку и ищет сбежавшую от страха наказания супругу. Ее личная камеристка Элиста поведала о беременности госпожи, и Князь просто обезумел от горя. Он нанял лучших лазутчиков, Магистров и ищеек Империи, но они оказались бессильны. Это и понятно, — печально усмехнулся мужчина, — мы сейчас в другом Мире. Мой «друг» и помыслить не может, что его супруга смогла открыть такой запретный портал. Без особого разрешения и помощи Магистрата никто не сможет открыть такой переход, а мне нужное заклинание подвластно. Это великая тайна, а ее знают только мои собратья, тайные агенты. Я дал понять своему бывшему хозяину, что Джаната у меня, и он ее никогда не увидит, как и я Лорену. Он и сам это понял, когда его новый Маг все же со временем смог проследить, куда исчезла его молодая супруга. Лес Троллей и могила Лорены навела его на нужные мысли. Как он там кричал, молил о пощаде, но я тогда еще не насладился местью. Теперь Князь знает, что у него родился наследник, но уже не молит о пощаде. Странно. Наверное, что — то надумал предпринять. Он никогда не сдается. Что ж, пусть найдет свою семью, но сможет ли вернуть прежние чувства. Я все осквернил, погубил и возрождения не будет.
  
Глава 5
 
Прошло еще несколько лет. Вергат стал часто и помногу пить. Джаната в один из таких вечеров, когда сын уже спал в их комнате, не выдержала гнетущего настроения Колдуна и попыталась урезонить хозяина и любовника.
— Ты должна уйти. Больше не могу тебя видеть, — дико закричал Колдун, и у него началась настоящая истерика со слезами и раскаянием. — Латану уже четыре года и ты сможешь с ним путешествовать даже по Мирам. Вернись в реальность, пока твой разум совсем не повредился и найди настоящее не иллюзорное счастье.
Девушка вся сжалась от страха и зажмурилась. Таким Вергата она никогда не видела. Его черные глаза походили на проклятую бездну, в которую он затягивал ее душу. Сердце бешено стучало в груди, руки дрожали, глаза жгли слезы, и молодая женщина почувствовала приближение чего — то жуткого и скверного.
- Возьми зелье с пятью травами из горных холмов Габратар. Ты его готовила для графа Уроллана. Выпей сама и память к тебе вернется. Потом отвечу на твои вопросы. Одно скажу, что ты сама захочешь уйти. Я тебя не гоню, но обманывать больше не могу и не хочу. Моя месть зашла слишком далеко. Получается, что глядя на тебя и вашего сына, сам себя наказываю.
— Хорошо. Успокойся. Мне страшно, когда ты так сердишься. От тебя идет темная энергетика. Она подавляет и гнетет. Я все сделаю, как ты просишь, — Джаната сходила на кухню, нашла небольшой пузырек с алой жидкостью и задумалась, не решаясь сделать глоток. Время шло, а девушка набиралась храбрости. Она уже привыкла к этой жизни и ничего не хотела менять. Опять начнутся испытания и тревоги, а у нее сейчас на руках сын. Вергат сказал, что не гонит ее. Значит, бояться не стоит. Очень хочется все узнать о своей семье и почему она оказалась одна в проклятом Лесу в таком положении. Чтобы не случилось, но Колдун спас ее и сына. Если ей не понравится прошлое, она постарается его забыть и не станет ничего менять. Джаната решительно пригубила зелье и выпила. Прошла минута и голова закружилась, ноги ослабли. Девушка присела на лавку, пузырек с неприятным стуком упал на пол. Тело горело огнем, сердцебиение опять участилось. Все это неприятное действо продолжалось минут пятнадцать. Потом память ураганом ворвалась в разум княжны, и она болезненно застонала, оцепенение сковало тело, а нервный спазм в голе не давал вздохнуть. Джаната не помнила, сколько времени так просидела, обдумывая как ей сейчас поступить. Нужно было не забывать о сыне, что может вообще остаться сиротой на чужих землях. Устраивать разборки с Колдуном, когда она не восстановила силы, было, по меньшей мере, глупо. Он не даст себя убить и победит в любом раскладе. Теперь не помешает больше узнать о супруге и, что вообще происходит в княжествах. Когда она неуверенной походкой вошла в залу, Вергат сидел с закрытыми глазами, откинувшись на спинку кресла. Даже на расстоянии она почувствовала его напряжение и тревогу. Темная энергетика так и витала в комнате.
 
— Кристан знает, что я его не предавала? — княжна еще чувствовала слабость. Она присела к столику, налила себе вина и осушила полный кубок крепкого напитка. Ее душа заледенела, так что плакать или обвинять кого — то в своих бедах не было сил и желания. Это был крах всей ее жизни, но ради сына придется как — то существовать дальше.
— Да. Он это понял после допроса твоего брата и отца. Твое бегство сначала было похоже на признание вины, но потом все разъяснилось, — Колдун был удивлен поведению молодой женщины. Он ждал истерик, проклятий, но понимал, что каждый по своему переносит горе. — Твоего брата Властора настигли на границе княжеств. Артефакт, почувствовав чужака, блокировал его магию и тот не смог открыть портал на свои земли. Хорошо еще не попытался его активировать, а то мог бы погибнуть. Эта опасная «игрушка» подчинялась только потомку рода Лондоров. Иначе уже многие охотники захотели бы иметь такое оружие любой ценой. Не понимаю, почему твой отец или Император решились похитить артефакт. Может, думали просто уничтожить или спрятать, а не пользоваться самим? Лишили бы Князя Кристана силы, а там и самое богатое княжество захватили и поделили между собой.
— Почему он так поступил? Я всегда верила, что брат меня любит, хотя в последнюю нашу встречу он вел себя подозрительно, пытаясь меня настроить против супруга, — голос девушки от сильного волнения хрипел, и она откашлялась.
— Ну, в душу к нему не заглядывал и на допросах не присутствовал, но думаю, что Император Юлиус сделал заманчивое и принудительное предложение твоему брату и отцу, от которого они не могли отказаться. Кристан хотел после разговора с Властором напасть на Клемварское княжество, но Князь Агмар сам пришел к нему с повинной. Связь с Императором по понятным причинам он не подтвердил, но откуп хороший за жизнь сына заплатил. Твой супруг не смог бы их убить ради тебя. Он и сейчас надеется вас с сыном найти. Он знает о рождении наследника и моей мести, — Колдун резко встал и подошел к окну. Ему было бы легче, если бы Джаната устроила скандал, проклинала его и рыдала, но девушка говорила тихо, не выказывая никаких чувств. Это ужасно бесило, и увеличивала его вину.
— Хорошо, что никто из родных не пострадал, но почему так тяжело было нас найти? Он мог бы призвать на поиски Магистров. Столько лет прошло, — княжна печально усмехнулась и тягостно вздохнула.
— Да, слава Богам все живы и здоровы. Я не хотел ничьей смерти и сейчас удовлетворен местью. А, тебя никто и не мог найти. Мы перешли в иной Мир. Если решишь к нему вернуться, то я открою портал в Саргус, — Колдун разговаривал резко и зло, чтобы не показать своей слабости и раскаяния.
 
— Вернуться? Ты шутишь? Как же душевные раны? Их невозможно залечить. Я пусть и не по своей воле, но оказалась грязной скверной изменщицей, а это такое же предательство. Все эти годы я была твоей любовницей, а ты пользовался моей слабостью и безвыходным положением, в которое попала опять же по твоей вине. Все так ужасно произошло. Кристан никогда не увидит своего сына и не сможет найти себе другую супругу. Я сбежала, как моя мама и отец был долгие годы один, — Джаната нервно хохотнула, всхлипнула и уже не смогла удержать рвущуюся наружу истерику. Она смеялась, плакала, громко всхлипывая, кусала до крови губы, икала и стонала, проклиная Колдуна. Бессилие перед врагом сводило с ума. Ей хотелось, как безумной хищнице разорвать грудь Вергата вырвать оттуда холодное и злое сердце мужчины и выбросить на съедение коршунам. А приходилось оставаться здравомыслящей особой, что хочет защитить свое дитя.