Доля Пути: Лето (СИ)

Когда я спросил: «На кой столько крови? И не сдохну ли я ещё до начала Обряда от кровопотери?», меня даже палочкой не ударили, что уже удивительно. — «Ты должен отдать столько крови, чтобы только оставаться в сознании. Чем больше отдашь, тем меньше сил останется у тела, чтобы помешать разуму и душе пробудить Волю».
На самом деле, Обряд начался для меня уже вчера. Помимо шестнадцати узоров для Круга, я выучил ещё четыре. Их я вчера "нарисовал" на себе. Остро заточил нож, лёг в ванну и вырезал — на плечах и на животе, а четвёртую здесь "набью". Сам бы я конечно не смог, но Сила опять помогла, хотя она в последнее время не часто проявляет себя. Было больно до одури и страшно, но я не заорал даже тогда, когда До́мник, по моей просьбе, принёс второй нож, который "грелся" на плите, и я своей рукой прижёг раны, чтобы кровь остановить.
Что говорить? Похоже, восхождение по ступеням силы возможно только через страх и боль.
Наставник мне всё терпеливо объяснял и, казалось, даже нервничал. Чёрт, никак не могу заставить себя относиться к нему, как к программе — слишком он настоящий. В общем, для мандража есть причины — я ведь у него, хех, последний ученик. До меня, у него уже были две попытки. Первый кандидат был очень талантливым, смелым, схватывал на лету, почти сразу принял свою новую суть, торопился силу набрать и... сгинул. Отправился в какую-то глушь за добычей и связь с ним оборвалась. А во вторую волну, Наставнику достался фанат РПГ игр, ох он и радовался. Не Наставник, конечно. Короче, парнишка тот не пережил Обряд, к которому я сейчас готовлюсь. Я, стало быть, третий и, скорее всего, последний, ибо времени у Наставника на нового кандидата не останется. Если я сегодня не справлюсь, «великое наследие Суэна эн-Шамаш уйдёт в небытие».
Зачем я на это иду?
Последние четыре дня я провёл, как в тумане — и назад уже некуда, и вперёд не хочется. В таком состоянии я бы, наверное, сдрейфил... Да точно бы сдрейфил, тем более, что Сила не может меня заставить пройти Обряд — так Наставник сказал. Но...
Вчера, я звонил сестре. Точнее, сначала, она прислала мне голосовое, чего раньше никогда не делала. Я прослушал. Наш общий папка умер и она голосом, уставшим плакать, сообщала мне об этом. Я его не видел никогда, бог ему судья и царствие небесное, но сестра... Короче, позвонил ей. Успокаивал, сочувствовал, обещал — больше не пропадать.
Вот, сижу. Смотрю на речку, на поля в дали, на синее небо, без единого облачка, а перед глазами вся жизнь проходит. И не было у меня в этой жизни, по сути, ничего сто́ящего, лишь намёки на счастье. А сестра, которая меня ни разу не видела, уверена, что я хороший человек, что нам непременно нужно когда-нибудь увидеться. В конце даже, кажется, улыбнулась сквозь слёзы, когда я ей сказал, что отвезу её на море — плавать с дельфинами. Когда-то в юности, я и бабушке это обещал... Н-да.
Я закончил наносить узоры маркером, так потом будет легче — кровью обведу и всё. В стороне от дерева выложил Круг, прокопал канавки, засыпал их солью.
Солнце печёт нещадно.
Теперь четвертый узор — его на лбу нужно вырезать.
С**а!!!
Зеркальце ходуном ходит, кровь глаза заливает. Спасибо Силе — не даёт отрубиться и руке с ножом дрогнуть. Нагрел нож, прижёг — чуть зубы не раскрошил. Сила помогает, но боль не глушит. Умылся водой из речки. Пора будить Антона.
***
— На, выпей.
— Что это?
— Эликсир выносливости, хе-хе.
— Нельзя. Наставник про это отдельно сказал: «И ведун пусть не заливает в тебя зелья свои, только хуже сделает.».
— Ладно, пойду удочки соберу.
— Зачем?
— Вдруг нам валить нужно будет быстро.
— До рассвета не придётся. Мне точно. Что бы не было, в Круг не входи, меня не трогай.
— Да знаю я. Просто, подготовка у вашего Обряда... Жестковато, короче.
— Лишь бы кто из местных не заявился сюда.
  
— Я «отвод», «мо́рок» и «пугача» раскидал, никто не подойдёт.
Солнце приближалось к горизонту. До заката оставалось пол часа. Скинув одежду около границы Круга, я полоснул ладонь ножом, подставив под неё алюминиевую чашку из дома. Сила и тут помогла — чашка наполнилась быстро. В голове зашумело, в глазах померк свет. Прижёг порез на руке, боли почти не почувствовал. На ватных ногах побрёл, стараясь не задевать линии, и начал наносить узоры. Сила двигала рукой, мне нужно было только перемещаться и не закрывать глаза. Остатки крови постарался равномерно разлить по канавкам.
Солнце почти коснулось края земли.
***
Я стоял в центре Круга и смотрел на запад. Всё было сделано так, как научил меня Наставник. В голове стоял белый шум, меня качало, я вспоминал как маленьким гуляю с бабушкой в парке. Там было много деревьев...
Солнце скрылось и последний его луч был особенно ярким. Или показалось?
Деревья... Какие деревья? Эти деревья не правильные — в парке были совсем другие... В каком парке? Это — лес. Никогда не видел настоящего леса, но этот... Или видел?
Страх!!! Почему так страшно? Где я видел этот лес? Надо бежать! Страх приближается. Скорее!!!
Я бежал сквозь лес и разум покидал меня. Я не знал, как попал сюда, не помнил кто я, но точно знал — если Страх догонит, это будет хуже, чем смерть. Нога зацепилась за корень дерева и я кубарем покатился по земле, усеянной прелыми листьями и опавшими ветками.
«Илья, вставай!»
Кто-то окликнул... Меня?
Значит, я Илья? А чей это был голос? Мне стало невероятно важно найти ответ.
Я лежал на земле. Вверху сходились вершины деревьев. Страх догонял, но я должен был понять — кто меня позвал. — Голос. Молодой, совсем юный. Девушка. Может она здесь?
Я поднялся. Почему-то очень трудно было это сделать, как будто я ослаб или потерял много крови... Кровь...
Он сказал: «...больше крови». Кто он? И кто она? И что за Страх преследует меня? И почему я от него бегу? Он ведь повсюду, так какой смысл бежать? Некуда бежать. Нечего терять. Кроме сестры.
Сестра!!!
Это была сестра!!! Ха-ха!! Нужно её найти, она где-то здесь. Откуда был голос? Кажется, оттуда.
Я шёл через лес. Страх приближался, он был уже рядом и я остановился. Идти тоже нет смысла — из этого леса не уйти. И от Страха не убежать. И сестру мне не найти. Остаётся просто ждать.
Он вышел из-за деревьев как-то сразу и близко ко мне. Или это она? — Капюшон, бесформенная накидка, штаны, сапоги — скрывали лицо и фигуру обычного роста и, казалось, обычного телосложения. За спиной огромный меч — такой не вытащишь сразу, он для решительного сражения. А для внезапной, скоротечной схватки есть нож, который висит спереди, рядом с книгой в чехле, который также приторочен к поясу. Да и посох в руке — тоже оружие в умелых руках. И воин, и знахарь, и колдун — он мог быть любым из нас.
Нас? Кто это мы?
Он или она остановилась прямо передо мной и Страх окружил нас непроницаемой стеной. Из под капюшона я мог видеть только край подбородка, но был уверен, что он смотрит мне в глаза, а через них — в душу.
Картины ворвались в моё сознание и стали мелькать одна за другой. Я видел людей. Разных. В разных одеждах и в разных городах, деревнях, в горах и на равнинах, лесах и полях. Они... учились... Они собирали растения, чертили знаки на оружии, на земле, на домах... Они управляли стихиями, животными и растениями, говорили с духами и тенями... Они познавали свои новые возможности.
Я видел, как ТЕ люди становились сильнее. Они уже не прятались от других людей и становились всё более заметными фигурами в своих странах. Они лечили, строили, сражались, изобретали, уничтожали чудовищ... Некоторые сами становились монстрами, от которых города защищали те, кто сохранил разум.