Любовь в условия не входит (СИ)

Кто-то аккуратно приобнял её, отвёл в сторону от дверей. Сквозь просветы между пальцами толком не получалось разглядеть. Ваня или досужий Мартин?
– Извини. Я не заметил. Я не хотел.
Ваня.
– Я понимаю, что не хотел. Всё нормально.
А он ухватил за запястья, попытался отвести её руки от лица. Не грубо, не настойчиво, просто аккуратно обозначил стремления, и Полина поддалась. Только вот это уже был Мартин, она ошиблась. Тот едва заметно ухмыляясь, уставился прямо в глаза.
– Ну, ты реально жива?
– Угу, – в очередной раз кивнув, подтвердила Полина, а Ваня повторил с расстроенным и виноватым выражением на лице:
– Извини. 
– Да ладно, – тихо произнесла Полина, дёрнула плечом. – Я же знаю, что ты не нарочно.
– Правда, не нарочно, – согласился Ваня. – Поздно заметил. Не успел среагировать. – И в очередной раз добавил: – Извини.
Он искренне переживал и раскаивался. Даже странно. Мог бы сказать: «Сама виновата. Смотри, куда несёшься». Кто-нибудь слишком самовлюблённый и заносчивый так бы и заявил. Значит, Полина не зря сделала ставку на чувство вины. С Ваней очень даже прокатило.
Программа-минимум выполнена. Вроде бы для первого раза вполне достаточно, но всё-таки хочется, не надеясь на новый шанс, прямо сейчас развить успех. Или хотя бы закрепить. Полина приказала себе: «Думай-думай-думай!»
– А ты зачем туда шла? – неожиданно поинтересовался Мартин. – Все на выход, а ты на вход.
– Я… туда… – растерянно повторила Полина.
Она и не представляла, что её о подобном спросят, заранее не приготовила ответ, а сейчас опять не получалось сходу придумать хоть что-то адекватное. Не называть же истинную причину. Но Мартин расценил её замешательство по-своему.
– Ну всё, Ванёк, ты попал! – воскликнул он многозначительно. – У девушки из-за тебя амнезия. – Теперь ты просто обязан подбросить нас до общаги. Да, Полин?
– Я… не знаю… – пробормотала она, на этот раз неуверенно.
И такое ощущение возникло, что Мартин обо всём знал и решил ей подыграть, помочь. Хотя это всего лишь совпадение. Очень удачное, но вряд ли случайное – провидение тоже за Полину. И Ваня просто не мог ответить по-другому.
– Я и не отказываюсь, – произнёс он. – Идём.
Машина действительно была тёмно-красная, не слишком яркая, но марка Полину по-прежнему не интересовала. Она опять устроилась на заднем сиденье, а Мартин – на переднем, потому что персонажей, особо приближённых к водителю, сейчас не наблюдалось. И, вообще, именно Полина метила теперь на это место.
Наверное, она могла бы опередить Мартина, занять его первой, но пока лучше по-прежнему вести себя скромно и немного отстранённо. Советовали же усиленно игнорировать, вот она и покажет, будто Ваня ей не слишком интересен, и не в таком уж она восторге оттого, что он подкинет её до общежития. 
Только быстро до пункта назначения они не доехали, Мартину пришла в голову новая идея.
– Ванёк, – мечтательно протянул он минут через десять после того, они отъехали от здания университета, – давай куда-нибудь свернём, кофе выпьем. Ты же не против угостить пострадавшую девушку? И меня заодно.
Ваня коротко глянул на него, но не возмутился, не возразил, а Мартин поспешно добавил:
– Ну и сам перекусишь.
Всё-таки удивительно, что он вот так запросто распоряжается, и Ваня не ставит его на место. Он же крутой богатенький парень с собственной машиной, а Мартин – не пойми кто, вечно старается заполучить желаемое за чужой счёт. Что у них общего?
  
14
 
14
Мартин внимательно следил за мелькающим за окнами пейзажем.
– О! Давай сюда, – воскликнул воодушевлённо, разглядев подходящую вывеску.
Ваня послушно свернул к краю тротуара, затормозил. Полина выходить из машины не торопилась.
– Ну ты чего? – удивился Мартин, а Ваня кивнул в сторону кафе.
– Идём, – проговорил спокойно и тихо, Полина не столько услышала, сколько догадалась, прочитала по губам.
Он обошёл машину, сам открыл дверь, наклонился.
– Или ты себя плохо чувствуешь? Может, голова кружится?
 
– Нет, – поспешно возразила Полина.
– Тогда, идём. Не стесняйся.
Будто с ребёнком разговаривал.
– Я и не стесняюсь, – возмутилась Полина, выбираясь из машины. Выпрямилась, добавила без особой значимости, как бы между прочим: – Просто не люблю навязываться.
– А я люблю навязываться! – тут же вклинился Мартин, улыбнулся широко и самодовольно. – И не считаю, что это плохо. Да со мной же в сто раз лучше, чем без меня.
Полина подумала, что сейчас он, ни капли не смущаясь, закажет себе полный обед, но Мартин ограничился большой чашкой капучино. Они все трое, не сговариваясь, выбрали себе этот напиток, и больше ничего, хотя блюда на фотографиях в меню выглядели очень привлекательно и аппетитно, особенно десерты.
Мягкая молочная пенка приятно щекотала губы, Полина пила кофе и смотрела в окно. Мартин периодически пытался втянуть её в беседу, она кивала или коротко отвечала, но особо не откровенничала. Не хотела ляпнуть ничего лишнего, попасть впросак и выставиться глупой провинциалкой, как тогда, на вечеринке. Ваня тоже был не особо разговорчив, зато Мартин трепался вдохновенно, легко перескакивая с темы на тему, но Полина даже не пыталась запоминать, о чём он говорит. Да какое ей дело до Мартина? Вот если бы о себе рассказал Ваня. Лишняя информация ей бы не помешала.
Она опять повернулась к окну, посмотрела на отражение в стекле, довольно чёткое, позволяющее разглядеть даже мелочи.
Причёска у Вани довольная небрежная, но почему-то кажется, что это продуманная небрежность, не как у Мартина: встал с кровати, провёл по шевелюре растопыренной пятернёй – и готово. И одет он вполне обычно, в тёмно-синий, почти под цвет глаз, джемпер с круглым вырезом. Не плотно по горлу, а чуть шире, так что хорошо видны выступающие ключицы и впадины над ними, которые почему-то рождают ощущение непонятной хрупкости, и трогательности, и…
У Мартина заорал мобильник. Парень торопливо выудил его из кармана куртки, загадочно дёрнул бровью, бросив короткий взгляд на экран, поднёс телефон к уху.
– А! Да! – произнёс, привычно растянув губы в умильной улыбке. – Привет. Особо ничем не занят. Конечно. Можно было и не спрашивать. А ты где? Надо же! Я как раз рядом. Знаешь такое? – Мартин назвал кафе. – Ага, жду.
Потом он постоянно поглядывал в окно, ничего не объясняя, и вообще болтал уже не столько активно, больше налегал на кофе, а минут через пять резко подскочил со стула, произнёс с церемонным видом: 
– Извините. Вынужден откланяться.
Сам же улыбнулся собственному остроумию и торопливо направился к дверям. Выйдя на улицу, Мартин зашагал к краю тротуара, поперёк движения, не обращая внимания на прохожих, подошёл к стоящей напротив кафе большой машине. Кроссоверу или внедорожнику – Полина не особо разбиралась, – открыл переднюю дверь, скрылся внутри салона, загородив водителя. Но Полина успела разглядеть его раньше. Точнее, её.
Молодая женщина, лет, наверное, тридцати.
Интересно, кто она Мартину? Ни по телефонному разговору, ни по их встрече точно не определишь. Мартин просто уселся в кресло, никаких лишних жестов. Но предположение напрашивалось само собой, весьма своеобразное. Мартин бы точно похихикал, услышав его от Полины, и наверняка бы не признался: правда или нет. 
Или признался? Его подобные вещи не смущают. А вот узнавать что-то по этому поводу у Вани вряд ли стоит, тот и не думал наблюдать за передвижениями приятеля. И вообще, он смотрел на Полину, с любопытством. Но не с тем, с которым бы хотелось. скорее, как на подопытного зверька.
Неужели ожидал, спросит она про Мартина или нет? Типа теста. Например, на то, не любит ли она совать нос в чужие дела и собирать горячие сплетни.
Не любит. Ну… по-разному. Но сейчас точно не станет демонстрировать свой интерес.
Полина подхватила чашку, поднесла к губам. Не очень удачная затея: остатки пенки висели по краям, а на дне плескалась одна гуща, и пришлось делать вид, что там есть, что пить.