Бойся своих желаний (СИ)

Я лишь пожал плечами.
— Лежали на холмике, смотрели как работают другие, а потом разговор зашёл о методах исследования земель. Тут я нечаянно вспомнил о рассуждениях однажды встреченного мага и рассказал об этом магине. Что она поняла из этого и как решила это использовать — это её дело. Какой артефакт она решила сделать, на каких принципах он работает, я понятия не имею.
— Она поняла всё очень хорошо, и маги экспедиции сделали уже три варианта нового артефакта для поиска пятен.
— И что это принципиально меняет?
Первый зло поджал губы.
— Маги провели первые испытания и смогли очень точно обнаруживать ближнее пятно!
Я снова пожал плечами.
— Я видел. Но что это меняет? Даже если академия создаст идеальный артефакт, который будет находить всё-всё, что изменится? Ну, смогут пройти чуть дальше. Лет за двадцать-тридцать найдут и приберут к рукам всё более-менее ценное. И что? Мёртвые земли как были местом смертельного риска для людей, так и останутся. С артефактом ходить будет быстрее и удобнее, но пятна останутся, и ни о каком использовании земель речи не будет. Зашли, поковырялись и ушли. А когда находки закончатся, поток желающих попасть туда вообще прекратится, и можно будет убрать крепости, как никому не нужные. Хотя, как пограничные их всё равно придётся оставить. Так что вам не нравится?
Маг мрачно смотрел на меня.
— Как только просочится хоть одно сообщение о принципах таких артефактов, сразу найдутся десятки умников, которые сделают такие же, а может и лучше. И сразу тысячи человек бросятся в земли за мифическими сокровищами, о которых столько рассказов.
— Вам жалко, что часть возможных сокровищ пройдёт мимо вас?
Маг был по-прежнему мрачен.
— Погибнут сотни, тысячи людей, но жалко не их, не возможных сокровищ, а… По старым документам, на решающую битву были призваны лучшие маги, и они брали с собой самые сильные боевые артефакты, принципы работы которых были утеряны после войны. Я боюсь, что такие артефакты попадут к людям не с самыми честными и хорошими мыслями.
Ах вот он чём. Что-то такое и почти слово в слово говорила и Горгона, когда просила провести её магов в земли.
— Я могу понять ваше беспокойство, но границы земель не перекрыть при всём желании, а ходить по ним могут даже обычные смертники. Да и принцип работы артефакта настолько прост, что додуматься до этого может в любой момент любой маг, хоть немного разбирающийся в теории магии. Единственное, чем я могу вам хоть немного помочь — это пообещать, что и сам не буду делать такой артефакт, и никому никогда больше не скажу о возможности создания такого артефакта.
Маг кивнул.
— Ну хоть что-то. Я уже поговорил с руководителем экспедиции, и он согласен, что все материалы экспедиции надо засекречивать. Для магов академии это прозвучит вполне понятно. У них это случается часто, когда результаты исследований получаются очень уж… важными и неоднозначными.
Маг со вздохом встал, разминая затёкшие ноги.
— Завтра выезжаем с утра пораньше, будьте готовы.
А я остался у костра, и мысли снова были невесёлые. Нельзя мне появляться рядом с землями, нельзя! Всего лишь размышления вслух, простейшая идея, которая могла бы чуть приоткрыть завесу тайны над природой пятен, а в итоге получаем новую проблему. И ведь Феран по-своему прав. Как только люди узнают о появлении магического миноискателя, сюда бросятся толпы местных «чёрных копателей», и никто не даст гарантий, что они оттуда принесут просто железо. Может мешок с деньгами или красивый нож, а ведь могут и ящики с магическими гранатами, а может вообще магоядерную боеголовку. Вот этого я и боюсь больше всего — нечаянным словом или действием нарушить хрупкий баланс сил и интересов, завязанных на Мёртвые земли. И это не считая цветной магии и тайны управляющих камней пятен. Сам же нарушил своё слово, когда неожиданно нашёл сразу трёх цветных магов, но видно боги вмешались и показали чем всё может закончиться, если сила и власть попадут не в те руки.
Надо попробовать вспомнить разговор с магиней — мог я тогда что-то сказать, ничего, по сути, не говоря и не объясняя? Надо как-то тренироваться в этом. Все разговоры о землях надо максимально корректно переводить в пустой бессмысленный трёп, но тогда меня могут быстро заподозрить, что я знаю что-то очень важное, но скрываю это. Так как же мне тогда говорить, ничего не говоря? Начинать прикидываться немым?
  
Феран ушёл, а я остался со странным чувством вины. Вроде, немного помог магам, чтобы их меньше гибло. Заработал немного очков перед начальницей Тайной стражи. А потом пришёл Феран, который посмотрел чуть дальше, чем на ближайшие месяц-год, и оказывается, что я самый настоящий злыдень, который всё портит. Но в этом можно обвинить любого изобретателя, в том числе и создателя кухонного ножа. Если не ошибаюсь, по статистике именно от него больше всего и гибнет людей.
И ещё меня резанула одинаковость слов с теми, что говорила Горгона. Но если тогда я понял их как намёк на некие страшные артефакты цветных магов, то слова Ферана прозвучали так, словно это самое «страшное» принесли в земли как раз людские маги, а нынешние власти очень боятся, что это «страшное» могут принести обратно и использовать в очень нехороших целях. Знать бы ещё, есть ли это «страшное» в реальности, кто его создал и где его искать. Чисто из моего опыта хождений по землям, цветных боевых артефактов я ни разу не находил, если не считать трёх колец на острове и управляющие камни пятен. Если речь о них, то вещь, действительно, страшная. Бросить один такой камень в центре города (самый простой, медленный, с жёлтой энергией), включить, и через несколько дней половина жителей умрёт, а половина разбежится. Но сделать это сможет только белый маг. Других я пока не знаю, а сам делать подобное никогда не стану. Тогда что, маги и власти боятся магии земель по привычке, или всё-таки они сами притащили в земли нечто страшное и теперь боятся, как бы это не принесли обратно?
Наверное, с час я ещё мусолил этот вариант, а потом плюнул. Если что и было, то явно под такой секретностью, что теперь б этом знают разве что королевы, начальники тайных служб и академий. Да и то совсем не обязательно. А мне вообще в ближайшее время в земли нельзя, чтобы не вызвать ещё больших подозрений. Ну а с обычными артефактами маги сами пускай разбираются. Откровенных дураков среди них крайне мало, так что сами-сами. Жили тут без меня и потом проживут. А задуматься о магоискателе мог любой маг, оказавшийся на границе Мёртвых земель, так что нечего вину за всё плохое на меня вешать, у меня и своих проблем хватает.
  
Бесконечная дорога
 
Наша «инспекция» всё-таки закончилась. Целых двадцать четыре дня потерянного времени и восемнадцать найденный «помеченных» камней! А если прибавить две недели от столицы до Марнуна, а потом неделю от Марнуна до границы, то получается более полутора месяцев бездарно потерянного времени. И это ещё не считая ещё минимум пары недель, чтобы мне вернуться обратно в Марнун. То есть вообще больше двух месяцев! На полном обеспечении, но эта поездка мне даром не была нужна, и если бы не откровенные слова Тинелы, хрен бы я на такую поездку согласился.
Всего и работы — едешь от камня к камню, смотришь по сторонам, но лично мне эта поездка ничего не дала. Ничего нового не узнал, ничего не заработал, да ещё и эти постоянные взгляды от «попутчиков». Ни единой грубости, но я привык быть вольной птицей, поэтому и бродило в душе подспудное недовольство. Наверное, умный человек не стал бы терять времени даром и стал налаживать отношения с магами, да и с обычными спутниками, создавая хорошее мнение о себе. Только вот вряд ли мы ещё когда-нибудь увидимся, а разговор он ведь обоюдоострый, и не только я буду узнавать людей, но и они могут поглубже заглянуть в меня. Это ведь не случайные люди с улицы, а спецы, которых специально готовят разгадывать тайные замыслы других.
Так что я снова стал молчаливым и тихим. Терпел пока мы ехали до границы с Зенхардом, потом пока повернул в сторону столицы, но на первом же перекрёстке, где был указатель на Марнун, сразу остановил лошадь.