Восхождение (СИ)

— Прошу прощения за наше вторжение, господин страж. Я не смею отнимать слишком
много вашего времени, просто прошу разрешения забрать этого ребенка, чтобы отнести в безопасное место, а затем продолжить мое испытание.
Рыцарь повернулся ко мне, вновь усилив давление аурой. Наверное, он ожидал очередного нападения, но я всего лишь стоял около мальчика, почтительно глядя в пол.
— Ты хорошо воспитан, отпрыск рода Вышнецких, — пророкотал стражник. — Я позволю тебе уйти, если ты поможешь мне вернуть этих смутьянов обратно в клетки.
Не смотря на внешнее миролюбие давление ауры усилилось, буквально пригибая к полу.
Я вжал голову в плечи, лихорадочно соображая, как выкрутится из ситуации. Зачем вообще было лезть в эти разборки, Крис ни за что бы не подверг опасности ребенка, ради которого был готов рисковать собственной жизнью, отключая вакуум.
Последнее, что было нужно мне сейчас, ссорится с одним из могущественных мобов, который может подпортить немало крови в будущем, а то и вовсе помешать восхождению. Интересно, как отреагирует златоносный, если узнает, что именно я помог этим «смутьянам» сбежать. Стоило пригнуться и спрятаться, как советовала Вероника. Теперь же отступление могло вызвать гнев стражника.
Впрочем молчание тоже пришлось ему не по вкусу, рыцарь начал все больше хмурится, перехватив рукоятку зачарованного клинка. Ситуация разворачивалась по самому худшему сценарию, сомневаюсь, что переживу хотя бы один удар этого оружия.
Жаль, что я просто не мог отступить, ведь позади меня ждала честь рода, которую нельзя было так просто разменять, пусть даже и на собственную жизнь. Вышенецкие не бегут от драки, если хоть одна душа узнает, что наследник рода уклонился от битвы, отец уже не сможет отмыться от позора.
Покосившись на Веронику я нашарил рукоять дуэльной трости. Женщина сверкнула глазами, отчаянно замотав головой. Ответом ей был лишь глубокий вздох. Самой выгодной позицией показалась площадка возле левой двери, которая была свободна от лишней мебели и украшений.
Я вскинул свое оружие, встав в защитную стойку. Понятие не имею, какая тактика сработает против воплощения воли башни, но сближаться с ним стоит в последнюю очередь. Мы с Крисом оказались по разные стороны от рыцаря, чтобы не стоять на одной линии удара, а кроме того, отсюда было рукой подать до одной из колонн, которая сможет послужить хорошим прикрытием.
Теперь осталось надеяться, что Крису не взбредет в голову ополчится на меня, из-за того, что страж знал фамилию рода. Кстати, интересно, откуда у золотого истукана такая информация.
Я с тоской глянул на дверь, но было совершенно не понятно, можно ли ее открыть обычными методами. Проверить это было не возможно, не разозлив рыцаря еще больше.
Поймав мой взгляд Крис кивнул, сверкнув очками. По видимому это означало благодарность. От сердца немного отлегло, ведь мужчина сумел пережить как минимум одну атаку стражника. Иметь такого человека в союзниках чего-то да стоило. Бывший пленник был ужасающе силен, один из немногих, кто поднял уровень выше стандартных двух трех раз.
Однако, кто знает, насколько прокачан сам стражник. Создание башни, он мог сочетать в себе все доступные навыки, дарованные ему, чтобы усмирять непокорных авантюристов. Ученые так и не пришли к общему выводу о том, каков потолок развития. Но по самым приблизительным подсчетам, человек мог подняться до пятидесятого уровня.
Каждый из них открывал доступ к широкому спектру способностей, в которые можно было вложить очки. А если человек выбирал одно единственное направление, каждое вложение в навык увеличивало его эффективность в несколько раз.
Поэтому воин, несколько раз прокачавший защиту, мог с легкостью выдержать попадание пули и крупнокалиберной винтовки, или даже пережить взрыв.
Что происходит с телом на пятидесятом уровне?
Говорят один такой вот стражник и уничтожил армию рода Соколовых, за один день истребив несколько десятков прокачанных воинов.
Внезапно рыцарь отсалютовал мне мечом, перестав злобно давить аурой.
 
«Он что, подумал будто я перекрываю выход, чтобы пленники не сбежали?», — пронеслась в голове робкая мысль. Это уже было похоже на шанс, малюсенькую возможность одолеть гиганта.
Вот если бы еще Вероника подключилась к нам. Но женщина лишь покрутила пальцем у виска и продолжила прятаться за колонной, стараясь как можно плотнее слиться с камнем. Ее тревожный взгляд обшаривал зал, выискивая потайные лазы, через которые можно было бы сбежать.
— Может не будем втягивать в наш танец посторонних? — предложил Крис, опустив ладонь на рукоять оружия. — Мы и вовсе могли бы разойтись миром, не применяя бесполезного насилия.
Мужчина все еще старался свести конфликт на нет, и это выглядело бы даже благородно.
Но…кажется он просто выигрывает время. Слишком уж серьезен был его настрой пройти дальше. Согласился бы он отступить, точно зная, что рыцарь сохранит ему жизнь. Наверное нет, ведь для некоторых битва это и есть смысл жизни.
Хотел бы я ошибаться на этот счет.
Стражник покачал головой. Кажется на его лице промелькнула вполне искренняя грусть.
— Поверьте, мне совсем не нужна эта резня. Но ты представляешь слишком большую
опасность для башни, поэтому не ступишь ни шагу дальше.
— Снова клетка, вы придумали материал по прочнее? — скептически приподнял бровь Крис.
— Ничего нет прочнее оков смерти, но можешь не переживать. твой конец будет быстрым, — пророкотал стражник.
Крис опустил голову, подрагивая плечами. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что он не боится, а смеется над высокомерными фразами рыцаря. Когда мужчина снова поднял лицо, губы его разошлись в широкой улыбке.
— Надеюсь, ты не расчитываешь, что это будет легко? — проговорил бывший заключенный. — Присмотри за ребенком, когда мы наконец перейдем к делу.
Эти слова предназначались уже Веронике. Женщина ничего не ответила, лишь
подобралась, как кошка перед броском.
— Она умрет, если вмешается в битву, — проговорил вдруг златоносный.
Черт. Почему стражник не дает убрать ребенка. Сомневаюсь, что ему действительно была
нужна моя помощь в битве. просьба о союзе скорее всего стала лишь предлогом, чтобы отослать меня подальше, но не угрожать расправой. Может быть дело в том, что юнец тоже сидел в клетке. Кто же он такой?
Я вскинул дуэльную трость. Руна все это время исправно тянула энергию по венам, поэтому мышцы начало ломить от нагрузки. Направлять оружие на рыцаря было не благоразумно, поэтому я прицелился между ними, как бы беря фигуру бывшего заключенного на упреждение. Надеюсь Крис все поймет правильно и не возьмется в последний момент кроить меня на…сашими.
В следующее мгновение произошло сразу несколько событий.
Вероника бросилась из-за укрытия, подняв на руки ребенка.
Рыцарь воздел левую руку, выставив ладонь вперед. С его пальцев начал струиться желтоватый свет, образу лучи, потянувшиеся у женщине.
Фигуру Криса размыло в воздухе, движения мужчины окончательно перестали
улавливаться человеческим взглядом.
К моменту, когда золотистое свечение достигло Вероники, на его пути уже возник бывший пленник, небрежно отразив атаку простым взмахом руки. Точно так же, как он ловил флягу. Раскаленное копье пронзило доски пола, подпалив дорогущий ковер.
— Ну вот и ты, нарушил замысел создателя. Согласись, весело же, устраивать бардак, — усмехнулся бывший пленник.
— Как ты смеешь…
— Беги, — перебил Крис рыцаря, подгоняя дропера в укрытие.
Вероника перекинула парнишку через плечо, изо всех сил ринувшись ко мне. Видимо из-за
обостренного восприятия ее движения казались мучительно медленными.
— Тебе никто не позволял… — начал говорить рыцарь, но Крис снова не дал ему закончить.
Авантюрист мгновенно преодолел разделяющее из со стражником расстояние, ударив
открытой ладонью в грудную пластину золотого доспеха. В месте столкновения тут же образовался взрыв, разметавший во все стороны ударную волну.