Ведьма и эльф (СИ)
Я взглянула на мужчину и поразилась той смеси страха и облегчения, что прочитала на его лице. Запоздало, я поняла, насколько давило на него осознание краткости человеческой жизни.
— Значит, всё, что он говорил мне, пока находится в твоём теле, было лишь испытанием, — с горечью и болью признал он. — Он с самого начала собирался помочь нам. Но прежде хотел знать наверняка, что я буду любить тебя и без детей, и седую. Что, несмотря на боль, что может ждать впереди, готов оставить прошлое.
Тепло благодарности зародилось внутри меня. А с ним и сожаление, что я полукровку знала не долго, и познакомились мы с ним не при самых радостных обстоятельствах.
— Он был хорошим другом.
— Да. Мне будет его не хватать, — эльф сказал это, глядя на лучи утреннего солнца, пробивающиеся сквозь зелёную листву. И тут я увидела то, чего никак не ожидала — слёзы, бегущие по щекам Альвэйра.
***
Мы обнаружили преследователей примерно через полдня пути. Вернее, это сделал Альвэйр, который по неведомым мне причинам почувствовал неладное.
Скинув заплечный мешок, он улёгся прямо в траву и замер безмолвный и недвижимый. Я чувствовала слабое послевкусие магии, исходящее от эльфа. Оно не было чарами в прямом смысле этого слова, скорее, намёком на них. Не удержавшись, я приблизилась к мужчине и попыталась разгадать, что он делает. Лёгкие токи магии уходили к земле. Трава вокруг эльфа едва уловимо колыхалась, будто лаская тело мужчины.
Земля, как бы странно это не звучало, любила и приветствовала Альвэйра. Будто он был плоть от плоти её.
Глаза воина распахнулись и на мгновение мне показалось, что чернота его радужек сменилась зеленью, но это ощущение тут же пропало.
— За нами идут люди. И с ними Луистер.
— Как ты узнал?
Эльф поднялся и кратко объяснил.
— На людей лес реагирует не так, как на эльфов. Но в этот раз есть что-то такое, что до безумия не нравится лесным жителям в тех, кто преследует нас. Подобного я никогда не чувствовал.
На мгновение мужчина замер, а затем принялся перебирать содержимое мешка.
— Дальше тебе придётся идти одной, — я, уже понимая, что он задумал, хотела было возразить, но он не дал мне заговорить. — Если ты пойдёшь вдоль гряды, то примерно через день пути найдёшь наш дальний фортпост. Там тебе помогут, когда увидят знак.
Его взгляд скользнул к моему вороту. И только тут я поняла, что до сих в спешке сборов не взглянула на рисунок на шее. Я ослабила шнуровку, и изящное дерево, оплетённое плющом, блеснуло серебром в солнечном свете.
Дерево — жизнь. И плющ, значащий почти то же самое, что лоза. Защита, связь и пленение. Но, если моя лоза обвивала древко стрелы деликатно и почти несмело, то дерево было всё покрыто упругими побегами.
Альвэйр обхватил ладонями моё лицо и признал:
— Я гораздо более жаден, чем ты. Наверное, со мной будет не так уж легко.
— Со мной тоже, — я положила ладони поверх его. — Потому что я не собираюсь отпускать тебя одного.
Альвэйр тяжело вздохнул, будто ему предстояло бороться с капризным ребёнком, но я была уверена в своей правоте.
— Я не буду ввязываться в прямое столкновение. Сделаю несколько ловушек, постараюсь разделить их и убить по одному.
— Альвэйр, с ними Луистер, а может быть и другие маги. Тебе не одолеть их всех.
— Ты бы удивилась, узнав, сколько мёртвых магов думали также, — не без иронии заметил он. — У меня достаточно артефактов, чтобы расправиться с ними. И Тиндваэ — не обычный клинок. Её удар не в силах отвести защитные заклинания.
Мой взгляд скользнул к мечу, покоившемуся в ножнах. Должно быть, чары на верную спутницу Альвэйра наложили ещё в плавильне, иначе сложно представить, почему они не заметны даже магу.
— Я знаю, что ты опытный воин. Но Луистер не обычный маг. Даже я не знаю, в чём заключается природа его сил. Могу только догадываться, что он заставил кого-то провести ритуал покорения дикой магии для себя. И преобразовал силу, что получил, в ту, что позволяет ему самому порабощать дикое волшебство без привычных ритуалов. Это значит, что он мог накопить невероятную мощь.
После того, как мы вновь стали мужем и женой, то стали связаны ещё прочнее. Не нитью, которую при желании можно было игнорировать, как раньше. Альвэйр был рядом всегда, даже если физически находился на отдалении. Я ощущала его как огромного тёплого зверя, что прижимался ко мне, чтобы согреть. И все его тревоги и сомнения отдавались во мне эхом.
Сейчас я чувствовала, что подсознательно эльф знает, что я права. Но почти животный страх потерять меня, мешает ему принять верное решение.
— Я не переживу, если с тобой что-то случится, — в голосе его была такая неприкрытая боль, что я почти пожалела о своей настойчивости, но отступать было нельзя.
— Как и я. И не только потому, что это разобьёт мне сердце. Как думаешь, через сколько они настигнут меня, если ты умрёшь?
Весь наш путь я прекрасно понимала, что задерживаю эльфа. Он позаботился о том, чтобы я могла передвигаться с максимальным комфортом — защитил мои ноги от веток и камней разорванной на лоскуты тканью, укоротил плащ и рукава рубашки. Но я была слишком слаба для подобной дороги, и оба мы прекрасно это понимали.
— Лучше встретиться с ними вдвоём, чем поодиночке. У нас есть небольшое преимущество. Ментальные маги редки, они не догадываются о моей силе, потому у меня будет шанс застать их врасплох.
Альвэйр колебался, но я уже знала, что победила. Мягко я добавила:
— Я не буду лезть на рожон и вступать в прямое столкновение. Как и положено ментальному магу, буду действовать исподтишка.
— Хорошо, — тяжело вздохнул он, наконец, понимая, что переубедить меня не получится. — Я прислушаюсь к тебе, моя леди. Давай же тогда приготовим для наших врагов достойный приём.
***
Пока Альвэйр занимался подготовкой ловушек, я приметила для себя несколько деревьев, в кронах или корнях которых можно было укрыться от чужих глаз.
Для меня важнее всего было, как можно дольше оставаться неузнанной. Пока враги не подозревают о существовании ментального мага, я смогу делать многое. Но стоит им понять, в чём моя сила, как простые манипуляции с сознанием станут недоступны, только прямая ментальная атака. А мне хотелось сохранить силы для борьбы с магами, у которых будет несомненное преимущество передо мной в прямом столкновении.
Альвэйр ещё несколько раз погружался в транс, чтобы отследить продвижение врага, и благодаря этому узнал, что по нашим пятам шли семеро — пять воинов и два мага. Справиться со всеми — почти невыполнимая задача, но я надеялась, что план сработает. Воин должен был попытаться разделить людей и устранить их по одному. Нам жизненно необходимо было устранить перевес в численности как можно быстрее. Я должна была скрываться столько, сколько могла, влияя на волю и концентрацию магов и воинов.
Одно играло нам на руку — отряд должен был достичь нужного места лишь к сумеркам. Даже если они решат не прекращать путь, темнота заметно замедлит их передвижение, в отличие от Альвэйра. А мне не обязательно хорошо видеть врага, чтобы воздействать на него, — дымка эмоций прекрасно заметна и в непроглядной тьме.
Незадолго до начала выматывающего боя я устроилась в кроне одного из деревьев и принялась колдовать.
Никогда ещё мне не приходилось раскидывать такую большую ментальную сеть. Она была едва уловимой, словно паутинка, и я надеялась, что неприятели не сумеют почувствовать её раньше времени.
Затем настал черёд проверить нашу связь с Альвэйром. Ко мне пришла ответная волна тепла — мужчина давал понять, что почувствовал мой зов. И с помощью образов показал, где находится сейчас. Мы рассчитывали, что возможность общаться хотя бы так тоже станет нашим преимуществом.
Отряд Луистера на наше счастье с наступлением темноты всё же решил сделать привал. Они не особенно торопились и скрывались, рассудив, что раз их добыча передвигается так медленно, должно быть не особенно вынослива и опытна в путешествиях. Принц и предположить не мог, что преследует самого лорда Дома вереска. Скорее всего, стражи людей обнаружили следы нашего присутствия на месте источника дикой магии, и просто двинулись следом.