Ведьма и эльф (СИ)
Обычно высокородные старались не замечать меня, но сегодня их привычная тактика рассыпалась в прах. Всему виной, как ни странно, в значительной степени моё облачение. Я дала знать остроухим, что желаю быть частью их излюбленной игры, состоящей из переплетения символов, намёков и негласных правил. И теперь они будут оценивать меня также, как оценивают друг друга. Ждать, когда я оступлюсь, чтобы изящно, в присущей лишь им манере высмеять.
При этом завуалированной насмешки я могу и не заметить вовсе, потому что пока всё равно, что слепой котёнок в изощрённом эльфийском этикете. Однако, если бы я не заявила о себе сейчас, в вечер моего представления ко двору, потеряла бы шанс сделать это когда-нибудь вовсе.
И пусть теперь меня ждёт множество неприятностей, мне необходимо пройти это испытание, чтобы занять среди эльфов какое-либо место.
Не меньше моей самоуверенной, с точки зрения высокородных, выходки на интерес дворян повлиял и обряд именования, закончившейся странным заявлением жреца.
Почти все их них вспоминали предсказание древа:
«Тысячи лет или только год. Когда крылья твои осветит луна, и преследователь встанет на след, ты сможешь выбрать сама».
Теперь заинтригованные взгляды лордов и леди скользили по моему лицу — жаба на их глазах обернулась неведомым зверьком. А привкус тайны дразнил любопытство эльфов даже больше, чем вступление человека в придворную игру.
По сияющим древним глазам, привычное спокойствие и скука в которых рассеялись от предвкушения загадки, я уже предвидела, что после бала ко мне потянется толпа праздных визитёров. Придётся постараться, чтобы не ударить лицом в грязь и при этом не выдать своей тайны.
Как к развернувшемуся представлению относился Альвэйр, угадать было нельзя. После того, как план военачальника и короля провалился, он погрузился в свои думы и, кажется, едва сдерживался, чтобы тотчас же не покинуть тронный зал.
Ольмирьяр, хотя всё ещё казался прекрасной незыблемой статуей, восседающей на троне, не менее моего мужа сгорал от нетерпения. Я угадывала это по трепету кончиков пальцев короля и едва уловимому движению уголков губ.
Им хотелось сейчас же отдать распоряжения, чтобы узнать тайну моего имени, подловить меня на лжи.
Вот только я сказала правду, ни в одной из книг в отцовской библиотеке я не нашла даже намёка на цветок эльрис.
***
К моему удивлению принцессы Килтис не оказалось среди присутствующих эльфов. Я гадала, появится ли она вовсе, или же это столь явное выражение пренебрежения ко мне?
Но нет, не в её это духе. Такие как она предпочитают поддерживать безупречный облик в глазах других, значит, Килтис непременно придёт, придумав своему опозданию какое-нибудь оправдание. Любопытно будет в этот миг посмотреть, как воспримут её выходку эльфы.
Одной из первых к нам подошла леди Глорейла — первая дева плодородия, возглавляющая касту вот уже несколько веков.
Мне показалось, будто по моей коже пронёсся лёгкий ветерок. Внезапно я каждым дюймом своего тела ощутила дразнящее прикосновение складок платья и истому внизу живота. Я вернула на место щиты и сильнее сжала бёдра, силясь унять разгорающееся волнение. Но от этого простого движения мелкая дрожь лишь сильнее охватила моё тело.
Ногти пальцев левой руки больно впились в кожу ладони. Чуть-чуть, но всё же это помогло вернуть способность думать и задавить в себе почти безумное желание прикоснуться к Альвэйру. Скользнуть ладонью в ворот его камзола и ласкать каждый сантиметр кожи подушечками пальцев.
До сих пор я ни разу не ощущала откровенной похоти, исходящей от эльфов. Это заставило меня считать, что они устроены как-то иначе, но Глорейла казалась течной кошкой, способной думать лишь о спаривании с самцом.
И самцом этим был мой муж.
Внезапно меня посетило неприятное озарение. Я вспоминала, чувства Килтис к лорду Дома вереска, чувства некоторых эльфиек, что тоже были неравнодушны к высокому темноволосому мужчине.
Они все неистово желали его пусть и в разных смыслах по той же причине, по какой потоком хлынут в мой дом.
Загадка, неприступная тайна, защищённая ото всех. Каждая из них хотела добиться благосклонности воина, чтобы ощутить в полной мере свою исключительность. Он был для них, словно изысканное яство, которое хотелось вкусить просто потому, что другим оно недоступно.
Мои глаза расширились, я поражённо взглянула на мужа.
Альвэйр в ответ посмотрел на меня сверху-вниз с лёгкой иронией в глазах, будто бы догадался о чём я думаю. И я могла бы поклясться, что на губах его мелькнула едва уловимая, призрачная улыбка.
Глорейла удалилась, но я не сомневалась, что с ней ещё предстоит встретиться сегодня, слишком уж прозрачное желание читалось в её глазах. Дева плодородия давно не заключала соглашений и отказывала всем мужчинам, чтобы самой принять Альвэйра, когда тот придёт к девушкам касты за наследником. Я видела это по струйкам едкой обиды и злости, что увивались вслед за эльфийкой, от некоторых мужчин, присутствующих в зале.
Вот только Глорейле не дождаться прихода Альвэйра, как не стать его женой и принцессе, даже если я вдруг исчезну. Удивительно, что они слепо не видели очевидного.
Хотя долг перед народом заставлял эльфа жить дальше, перед глазами Альвэйра всё ещё была его жена. Он не мог соединиться с ней в смерти, оставив своих соотечественников на острие конфликта за Эдринский лес. Но раз он вынужден жить, оставив возлюбленную одну, пусть жизнь его будет невыносимой. Без проблеска солнца и счастья.
А наследник… у Альвэйра в достатке кузенов. Место лорда Дома вереска не будет пустовать никогда.
Поэтому чаяния эльфиек, считавших, что при должном старании, они сумеют если не отогреть омертвевшую душу моего супруга, то хотя бы вернуть ему интерес к плотским удовольствиям, были наивны.
Он скорее убьёт их, чем позволит себе заинтересоваться.
Именно поэтому он выбрал меня. Человеческую женщину, к которой сложно было испытывать что-то, кроме презрения и омерзения.
Я улыбнулась, не столько рыжеволосому недругу Альвэйра, что назвался лордом Гарэна из Дома гроз, сколько своим мыслям. В каком-то смысле мы были идеальной парой. Человек и эльф, которые не хотели быть вместе, но при этом могли сослужить друг другу определённую службу.
Он — моё обещание будущего, раз уж человеческая клятва, которую мужчина дал у алтаря, имела для него значения. Я — ширма от матримониальных планов эльфийских леди, которых слишком уж воодушевил указ короля о повторных браках.
Гарэн окончил свою речь и покинул нас, но я успела заметить острый взгляд, брошенный напоследок. И этот сегодня ещё к нам непременно вернётся.
Затем нас приветствовал Кэлеан и многие другие эльфы. Лишь после этого король извинился перед присутствующими, объявив, что вынужден нас на время покинуть, и исчез в коридорах замка.
Глава 24
Глорейла казалась юной девушкой, как и все эльфийки. Мягкие завитки каштановых волос живописно раскинулись по покатым плечам, зелёные глаза сияли, будто пара драгоценных изумрудов. И всё же гордая стать и едва уловимый отголосок прожитых веков во взгляде давали понять, что дева плодородия гораздо старше Лиэрот или Килтис.
Может быть, поэтому она пыталась опутать Альвэйра совсем иначе, чем другие женщины. И пусть я знала, стоит только опустить щит, как меня снова накроет волна вожделения, внешне нельзя было и предположить, что женщину обуревают столь сильные чувства. Глорейле удавалось создавать иллюзию, что она полна лишь участия и желания наставить упрямца Альвэйра на путь истинный.
Столь покровительственное отношение было почти смешным. Мой муж был в числе тех эльфов, что одними из первых заселили ущелье после гибели драконов. Пусть он в ту пору и был лишь ребёнком, это случилось тысячи лет назад. Достаточный срок, чтобы самому решать, что делать со своей жизнью.
— Надеюсь, лорд Альвэйр, что вы в скором времени посетите нас, — голос женщины был спокойным и размеренным, будто бы мы обсуждали вкус вина, поданного гостям после окончания официальной части. Стоило королю покинуть зал, как всё окружающее пространство заполнили мерные переливы мелодичных голосов, слуги распахнули двери, внося столы с напитками и кушаньями.