Лорд блуждающих земель (СИ)

— Я бы скалы поискал, но за границей поляны всё слишком быстро меняется. А вот поляна на удивление до сих пор держится, — проговорил он, оглядываясь вокруг.
Я проследил за его взглядом. Могло показаться, что вокруг всё тот же лес, что был и вчера, когда мы приехали. Но опытный взгляд архитектора видел глобальные изменения. Другое соотношение различных деревьев, иные построения стволов в перспективе. Даже запахи иногда изменялись.
— А как вы делаете плато? — поинтересовался я, уже видя, что они начали от вала и вели его углом к центру. — Треугольником?
— Ну да, — Горный прищурился, понимая, что я спрашиваю не просто так. — Что-то не так?
— Смотрите, — проговорил я, думая о прочности конструкции, — если прямо сейчас посередине нашей поляны пройдёт возмущение, и эти половинки разъедутся в разные стороны, мы ничего сделать не сможем, так?
— Да, — согласился старый маг земли. — Мы надеемся, что три дня, включая сегодняшний, ничего подобного не произойдёт.
— В землях, где ландшафт меняется по несколько раз в день? — спросил я, не скрывая иронии.
— Да, надежды мало, — согласился со мной Арсений Олегович. — Но какие у нас есть варианты?
— Смотри, — я полностью сосредоточился на Горном, он объяснит другим, если они что-то не поймут. — Сейчас целостность поляны держат только связанные между собой внедорожники. Даже если половина поедет в одну сторону, а вторая в другую, то мы останемся в круге машин. А что, если каменное плато начать выкладывать кругом. Прямо под автомобилями?
Пожилой маг земли смотрел на меня, словно на пророка. Будто он всю жизнь был слеп, и я ему только что открыл глаза.
— Конечно же! — он даже стукнул себя ладонью по лбу. — Как же я раньше не догадался⁈ Мы придадим устойчивость всей поляне, укрепив её по периметру, а уже потом станем заполнять камнем середину. Лорд, да вы гений!
— Бросьте, — сказал я без тени улыбки. — Работайте, маги. И давай девушкам отдохнуть.
На обратном пути я подошёл к Насте, сидевшей на полене, и явно нуждавшейся в более существенном отдыхе.
— Хорошо поработали, — сказал я, стараясь её хоть как-нибудь поддержать, несмотря на то, что я видел, насколько плохо она работает с камнями.
Мне казалось, что поощряющие слова поднимут её боевой дух. Но вместо того, чтобы как-нибудь поблагодарить меня, она вся поджалась и, нахмурив брови, смотрела на меня, словно я её только что пнул от всей души.
— Лорд, — проговорила она холодно, стараясь изгнать усталость из своего голоса, — если вы полагаете, что меня можно соблазнить красивыми словами, и после них я побегу к вам в постель, — она презрительно усмехнулась, — то вы глубоко ошибаетесь!
Во дела! Если меня что-то смогло сегодня удивить, то это была реакция Насти на мою попытку её подбодрить. Я вообще не имел в виду то, что она тут себе навыдумывала.
— Ты видишь намёки там, где их нет, — спокойно ответил я. — Я всего лишь похвалил тебя за тяжёлую работу.
— Ага-ага, — девушка явно не собиралась сдаваться, считая собственные мысли и предположения куда выше моих. — Я слишком хорошо вас знаю, мистер «пойдём-там-темнее». Так что сделайте одолжение и направьте своё внимание на других девушек. Которые только и мечтают о вашем ч… покровительстве. А я как-нибудь сама!
В этот момент ударил колокол. Членов общины созывали на обед. Только тут я понял, что ужасно проголодался, и сейчас готов съесть всё, что угодно. Не задумываясь, протянул руку Насте, чтобы помочь ей подняться.
Она демонстративно проигнорировала мой жест, встала сама и направилась в сторону нашей полевой кухни, где была оборудована и столовая. Я хмыкнул, пожал плечами и отправился вслед за ней. Изгаженная репутация тела, в которое я попал, начинала мне действовать на нервы.
А вот с обедом получился ещё больший облом. Когда я пришёл, то обнаружил лишь две ёмкости с чем-то не особо съедобным на вид и запах, и ещё одну с компотом.
— Это что? — спросил я подвернувшегося мне Тимофея с тарелкой в руках.
— Это супец, — со странным полубрезгливым выражением лица ответил мне помощник. — Дарья сварганила из того, что было.
  
— Так, я вчера тебе дал задание проинспектировать запасы! — я вдруг осознал, что совсем забыл об этом, а Тимофей сам не озаботился мне доложить. — Я должен несколько раз распоряжаться?
— А! — помощник моментально побледнел и приложил руку к сердцу. — Вот! — на самом деле не к сердцу, а к карману, где лежал сложенный лист бумаги. — Только доделал!
Я глянул в список, и мои брови полезли на лоб.
— Ну вот же, — ногтем я отчёркивал позиции на листе. — Тушёнка — две тысячи банок, сайра — пять тысяч банок, гречка — одна и две тонны. Тонны! — я потряс листком перед вспотевшим носом Тимофея. — А мы что едим? Похлёбку из опавшей листвы⁈
— Это кому не нравится моя похлёбка⁈ — раздался громовой женский голос, и тут же в зоне моей видимости появилась дородная дама в косынке, которую я уже видел сегодня утром. И она меня тоже узнала. — Ой, простите, — залепетала она. — Я думала…
— Это кто? — шёпотом спросил я Тимофея, склонив к нему голову.
— Дарья Андреевна, повариха наша, — таким же шёпотом ответил он.
— Вы-то мне и нужны, Дарья Андреевна, — твёрдым голосом проговорил я, подошёл к ней и взял под руку. — Пойдёмте, поговорим.
Мне показалось, что несколько первых шагов дались ей с трудом. Ей приходилось заставлять свои ноги двигаться.
— Скажите мне, пожалуйста, — весьма холодным тоном проговорил я. — По какой причине мы едим вот это варево, не хочу никого оскорблять, когда у нас вполне хватает продуктов?
— Ну как хватает, — подобравшись и бросая на меня виноватые взгляды, проговорила повариха. — Да, продукты пока есть, но, понимаете, подвоза же… подвоза не будет! — она заглянула мне в глаза, и я прочитал в её взгляде неприкрытый ужас. — Это всё, что у нас есть. Вот Дмитрий Егорович и распорядился экономить.
— Дмитрий Егорович, — повторил я задумчиво, припоминая, что уже слышал это имя. — Артефактор.
— Да-да, — спохватилась Дарья Андреевна. — Он, конечно, приказал экономить. Но не со зла. А чтобы растянуть, понимаете⁈ Не наказывайте его и не изгоняйте!
— Послушайте, — я поднял руку, чтобы остановить поток причитаний, которые начали из неё изливаться. — Никого я наказывать и изгонять не собираюсь, понятно? По крайней мере пока, — я кивнул ей, чтобы завладеть вниманием. — А сейчас мне нужно понять, что делать с продуктовой безопасностью.
Я расправил лист со списком припасов перед лицом поварихи.
— Вы подтверждаете, что всё это присутствует на складе? — спросил я уже мягче, потому что понял, она начинает нервничать от одного только тона.
Дарья Андреевна быстро пробежала список глазами.
— Всё так, — она быстро и мелко закивала. — Ну только кроме нескольких килограммов перловки, ушедших на обед.
— Нескольких килограммов? — переспросил я, прищурившись. — На четыреста человек?
— Триста девяносто, — одними губами произнесла она.
Я вспомнил, что община «похудела» на четыре человека и снова погрустнел.
— Это же пустая похлёбка! Как такое можно есть⁈ — праведный гнев из меня так и пёр, поэтому дородная женщина сжалась в углу, надеясь, что её он не заденет, пришлось снова останавливать себя. — Сегодня же на ужин вы сделаете самое лучшее, что только возможно. Понятно?
— Но ведь Дмитрий Евгеньевич… — она сглотнула, не договорив.
— Я с ним поговорю, — пообещал я.
— Но ведь продукты… — продолжила она всё тем же несчастным тоном.
— Разберусь, — заявил я. — Ваше дело накормить людей так, чтобы у них были силы. Нам всем предстоит нелёгкий труд. Так хотя бы не морите людей голодом!
— Х-хорошо, — ответила женщина и вдруг добавила: — Слушаюсь.
Следующим я навестил Дмитрия Егоровича Ледяного. Артефактора, экономиста, заведующего за продуктами.
Передо мной предстал сухенький мужичок с горбатым носом и какой-то просто неуёмной энергией. Когда я пожал ему руку, обратил внимание на то, что она очень холодная. Как и взгляд мужичка. Судя по всему, он меня не сильно уважал. Более того, он изо всех сил старался подмять под себя всё, что связано с нуждами общины.