Все меняется (СИ)

— Только посмей ещё раз надругаться над моим телом, и это последнее, что ты сделаешь в своей жизни, — после чего глаза, источаемые ненависть, закрылись, а сам отключился.
Фрея принялась быстро водить волшебной палочкой над лежащим и произносить неизвестные заклинания. Через несколько минут она обратилась к Гарри, стоящему в дверном проходе и завороженно наблюдавшему за её действиями. Вид при этом у героя был такой, будто это над ним сейчас надругаются, а то и того хуже.
— Мистер Поттер, нужно поговорить, вернёмся в кабинет, — на ходу сказала Фрея, исчезая за дверью. Тот не заставил себя ждать.
Оказавшись в кабинете, он плюхнулся на первый попавшийся стул.
— Мистер Поттер, с вами всё в порядке? — поинтересовались миссис Эртон.
— Гарри, зовите меня Гарри. Обращайтесь ко мне на «ты».
— Хорошо, Гарри, перейдём на «ты». Зови меня по имени, так проще общаться. Так с тобой всё в порядке? — ещё раз уточнила волшебница.
— Нет, я не знаю… Вы уверены, что Малфоя можно оставлять одного? Выглядит он печально.
Фрея неодобрительно фыркнула.
— В том, что Драко в таком печальном состоянии, виноват ты… Видишь ли, он отрицает свою зависимость от партнера. И старается как можно дольше отсрочить неизбежную близость, поэтому принимает зелье.
— Какое?
— Которое на короткий срок усыпляет наследие. Драко сам его приготовил, это простое зелье, но настаивается около недели. Он узнал о нём, перечитывая соответствующую литературу. Особенностью этого настоя является то, что в первые три дня эффект противоположный — напиток вызывает сильное возбуждение. Пока вы ругались и выясняли отношения, я спустилась в лабораторию и взяла двухдневный настой — у педантичного Драко подписана каждая скляночка, — а затем обменяла его на зелье, оставленное в кабинете. Когда упрямец выпил содержимое стакана, одно зелье нейтрализовало действие второго. Это было сделано специально по двум причинам. Первая: показать тебе, что будет испытывать и как будет мучиться твой будущий муж без тебя и твоей близости. И вторая: дать почувствовать Драко обязательную связь, вернее, отсутствие таковой, и заставить его прекратить упрямиться.
Фрея сделала паузу, обдумывая следующую фразу. Гарри старался внимательно слушать, но, понимая, к чему идёт дело, всё больше поддавался панике. Женщина протянула ему стакан воды и продолжила:
— Я не знаю и не хочу знать подробностей, как так получилось, что магическим партнером Драко стал ты. В том, что у тебя высокий магический потенциал, никто и не сомневался, в противном случае без оказания быстрой помощи наступила бы мучительная смерть. Но ситуация очень серьёзная. У вейлы один партнер на всю жизнь, и другого не будет. До Драко никто теперь не сможет дотронуться, испытывая больше, чем дружеские чувства. Это магия. Твоя, смешанная с его магией. Связь будет крепнуть. Теперь только ты сможешь к нему прикасаться, испытывая сексуальное возбуждение. И не только можешь, но и обязан это делать, чтобы не ставить под угрозу жизнь и здоровье своей второй половины. Вопросы?
— И мы… то есть, я… сегодня… должен… — почти заикаясь и подбирая нужные слова, не мог всё никак сформулировать свою мысль Гарри, но женщина его прекрасно поняла.
— Да, ты и он, вы вместе сегодня проведёте ночь, — закончила она мысль. — Поэтому я попросила ваших друзей покинуть мэнор.
Поттер издал глубокий стон. Это будет ужасное завершение дня. И, скорее всего, это его последний день — завтра Малфой его убьёт. Хоть не нужно будет жениться, грустно улыбнулся Гарри. Словно прочитав мысли Поттера, Фрея добавила:
— Гарри, сегодня полноценной близости не будет, иначе завтра будет два трупа, а я умирать не хочу. Достаточно просто переночевать в одной кровати, Нарцисса принесёт вам пижамы. Хотя я бы посоветовала спать нагишом, уж совсем Драко плохо. Тебе всего-то нужно лечь рядом и по возможности обнять его…
— Всего-то! Мы не выносим друг друга, — вскричал Гарри.
— Да, это проблема. А ещё проблема в том, что Драко испытывает привязанность к Полумне Лавгуд. От чего его душа страдает. Но наследие намного сильнее. Он смирится.
  
— А что, если нет? Что будет, если мы не перестанем ненавидеть друг друга даже со временем?
— Я думаю, такое невозможно. Или партнер отказывается сразу, или создаётся весьма счастливая пара, ещё никто не жаловался. Наоборот, все очень довольны. И партнеры, и вейлы. К тому же, если бы Драко и не был волшебником с вейловской кровью, то поверь, его есть за что любить, ну или хотя бы восхищаться. Он хорош собой, отлично воспитан, — Гарри закатил глаза, а Фрея улыбнулась, — знает несколько языков, играет на некоторых музыкальных инструментах, рисует весьма неплохо. У него отличное чувство юмора. А ещё он отличный стратег и, кстати, манипулятор.
Гарри только кивал головой: не хотелось спорить с Фреей и разубеждать её, рассказывая, какого на самом деле Драко Малфоя знает он. Видно было, что она очень любила своего подопечного и переживала за него. Фрея всё говорила, говорила, а Гарри никак не мог сосредоточиться на её словах, думая про предстоящую ночь. И хотя секса как такового не предвиделось, лежать и обнимать врага совсем не хотелось. Видя, что её не слушают, волшебница постучала по столу.
— Завтра меня не будет, — услышал Гарри и оживился, — придёт моя помощница Изабель, контракт будете обсуждать с ней. Думай, прежде чем соглашаться на предложения Драко, для чего-то ему нужен этот брачный договор. Ну, это всё, мне пора и тебе тоже. Иди к нему.
Женщина исчезла в камине, оставляя Гарри в одиночестве. Некоторое время он сидел неподвижно и убеждал себя встать и сделать первый шаг. Он должен его сделать, только вот ноги не слушались. Тревожные рассуждения прервала вошедшая Нарцисса.
— Мистер Поттер, я принесла вам, вот, — она подала вещи.
Гарри протянул руку и взял аккуратно сложенную одежду. К Нарциссе Малфой он не испытывал негативных чувств, наоборот, из всего семейства Малфоев она была той, кого Поттер уважал и кому был обязан. И теперь это добавляло неловкости и стыда перед ней. Парень взглянул на неё и произнёс:
— Гарри, зовите меня, пожалуйста, по имени.
Нарцисса кивнула, уходя, но в дверях остановилась:
— Гарри, я хочу сказать вам спасибо…
— Пожалуйста, только не вы, миссис Малфой, не надо, — остановил он её. — Вы же сами всё знаете. Я очень виноват…
— Но сейчас вы его спасаете, — перебив теперь Гарри, отозвалась Нарцисса, — для меня важно только это! — тихо добавила она и вышла из комнаты.
— Да, я его спасаю. Я гребанный спасатель. Сначала испортил жизнь, а теперь «спасаю», обрекаю обоих на вынужденное существование.
========== Часть 5 ==========
От лица Гарри
Только что ушла Нарцисса Малфой, смотрела на меня таким взглядом, что хотелось провалиться сразу и навсегда. Лучше бы Люциус меня придушил ещё вчера, меньше мучений, его я не боюсь. Он хоть ещё та тварь, правая рука Волдеморта, но прямолинеен всегда — если ненавидит, то не скрывает этого. А вот Нарцисса — другое дело. Она тоже ненавидит меня, но ни жестом, ни репликой себя не выдала. Лучше бы высказала мне, какая я сволочь и мразь, но нет, поблагодарила. От чего ещё хуже стало. Умеет же взглядом передать то, что и тысячей слов не высказать. Оно и понятно, мать единственного сына. Которого нужно спасти.
Открываю массивную дверь в гостевую комнату. А вот и он, её драгоценное сокровище. Лежит без сознания. Выглядит плохо, зато дышит. Сажусь рядом.
— Эх, Малфой, Малфой. Что мне с тобой делать? — обращаюсь к нему, разглядывая бесчувственное тело. — Как так получилось, что мы опять портим жизнь друг другу?! И нам ведь не по одиннадцать лет. Мы не в школе, где глупое соперничество факультетов, квиддич, баллы… Мерлин! Как же так! Вы ведь знаете, ваше сиятельство, зачем я здесь? Не знаете? Я вам отвечу: спать вместе будем! Голые! Хочу ли я этого? Столько, сколько и ты!