Все меняется (СИ)

После жарких ночей, оргазмов, удовольствия «чистокровный» волшебник на следующий день целенаправленно подчеркивал равнодушие по отношению к мужу. По прошествии почти двух месяцев супружеской жизни, как бы тяжело не было это признавать, Драко понял: Фрея права, он в любом случае подчинится наследию. Связь крепнет с каждым разом. Покидать партнера после близости становится труднее, и Малфой, пока оставаясь в трезвом уме, хотел как можно дальше отсрочить это подчинение.
За прошедший срок супруги не сблизились даже на чуть-чуть. Только четверги, только сексуальная связь, только обязанности по контракту.
А вот с кем сблизился новый жилец Гриммо 12, так это с мисс Грейнджер.
Парочка проводила уйму времени вместе. Оба прекрасно эрудированные, дотошные в мелочах, они дополняли друг друга и понимали с полуслова.
Со стороны казалось, что Драко Малфой стал мужем Гермионы Грейнджер, а не Гарри Поттера. Особенно если учесть, что на всех светских приемах молодого лорда сопровождала эта знаменитая молодая мисс. Люциус Малфой несколько раз высказывал своё недовольство, но Драко объяснял отсутствие Гарри занятостью и усталостью после тяжёлого дня в аврорате. К слову, он ни разу не пригласил супруга, считая это лишним. Ведь с Поттером он не мог ни расслабиться до конца, ни чувствовать себя не ущемленным в правах. И ему не хотелось объяснять значимость приёмов и вечеров.
А вот с заучкой-Грейнджер, или, как он теперь её звал, Кучеряшкой, мог спорить, мог высказывать, не боясь свои мысли, смеяться над собой и над ней и делать слегка язвительные замечания.
Единственное, что не любил Малфой-младший, это затрагивание темы о «любимом» супруге. Гермиона часто высказывалась о примирении, но услышана не была ни одним из парней.
Последние две недели сдружившаяся пара бывших недругов искала подарок для героя магического мира на день рождения.
Неугомонная подруга уговорила Гарри для этого мероприятия снять ночной клуб, куда пригласили друзей по школе и коллег по работе. Молодежь. Вечер должен быть отпадным. Приглашения разосланы совами.
Подарком Драко стал оберегающий амулет, одобренный Гермионой. А сама девушка выбрала очередную полезную книгу.
Тридцать первое июля в этом году был, как ни странно, в четверг.
И уже с утра на кухне Гриммо Гермиона, Рон, Драко и небольшой именинный тортик, приготовленный заранее подругой, ждали Гарри.
— С днём рождения, — первая закричала девушка, обнимая виновника торжества, она поцеловала его несколько раз и напомнила о своей любви. Гарри для неё как брат.
— Дружище, с днюхой, — подошел Рон и сжал обоих сильными ручищами, — я тебя тоже типа люблю и все дела.
Драко застыл, наблюдая единство этой троицы. Гарри обнимал друзей, но вид говорил сам за себя. Он ждал ещё одного поздравления.
— С днём рождения, муж, — Драко медленно приближался, Поттер отпустил друзей и рванул на себя супруга.
— Прям настоящий праздник, — тихо выдохнул в ухо, прикусив мочку, — может, и подарок подаришь?
— Может, и подарю… Любишь подарки? — Драко стало уютно от возникшего тепла рук партнера.
— Смотря какие, — улыбнулся Гарри, не выпуская из объятий Малфоя.
Гермиона разрезала сладкое угощение, довольный Рон с восторгом поглощал его, нахваливая подругу. Уж сильно хороша она была во многом. Но когда девушка указала на раковину, предлагая вымыть за собой посуду, Уизли помрачнел. Молодая супружеская пара не двигалась, так и застыла в объятьях друг друга, наслаждаясь моментом, даже дышала в унисон.
— Гарри, Рон, сегодня вы приходите к трём часам и приводите себя в порядок. К пяти мы будем на месте. А сейчас можете идти, — Гермиона инструктировала о предстоящих действиях, — мне тоже нужно кое-что доделать.
— Раскомандовалась, — заворчал Рон, исчезая из кухни вслед за подругой, — пойдём, Гарри.
— Сейчас, Рон, — Гарри сильнее прижал Драко и, дождавшись, когда они останутся наедине, потерся носом о висок. — Я хочу попросить тебя.
— Да, — Драко не сделал попытки улизнуть из объятий, а только подставил Поттеру шею.
  
— Сегодня четверг, — Малфой согласно кивнул, — и день рождения… У меня есть желание. Даже целых два.
— Я не джин, Гарри.
— Не джин, конечно, но выполнить можешь только ты.
— И?
— Хочу касаться тебя весь день столько, сколько хочу, беспрепятственно. И хочу иметь ночью возможность говорить.
Возникла пауза, Малфой напрягся, обдумывал.
— Хорошо, при условии, что ночью не будет никаких признаний и высказываний «Какой ты красивый, прекрасный, великолепный». Терпеть не могу, когда мне об этом говорят.
— Вообще-то люди любят, когда им говорят такие слова, — Гарри не понимал.
— Вообще-то, я не человек, а злобная Малфовейла, — затрясся от смеха в руках героя Драко.
— Драко, Рон пошутил, — защищая друга, возразил Поттер. И когда это Малфой подслушал?
— Ладно, иди уже, опоздаете ведь, встретимся в пять в клубе, — Гарри вместо ответа поймал мягкие губы, благодарно осознавая, что может это делать сколько захочет, и жалея, что согласился сегодня идти в аврорат и в клуб тоже. Никуда не хотелось…
В аврорате Гарри поздравляли все. Все, кого он встречал. Поттер устал слушать поздравления. Ему всё желали и желали. Счастья, здоровья, любви и так далее. А ещё сотрудники аврората объявили тридцать первое июля личным праздником. Затащили героев в конференц-зал, где накрыли праздничный стол, произнеслись тосты, распились первые бокалы с шампанским… Веселье началось с утра, после чего всех курсантов и начинающих авроров отпустили по домам. Вот такой праздник. Рону понравилось такое внимание. А Гарри был слегка раздражён назойливостью некоторых поклонников-стажеров из академии. Ему, не стесняясь, предложило несколько человек переспать в честь дня рождения. И Гарри неохотно признавался себе, что если бы не четверг, то, возможно, он и не устоял пред соблазном. Все бывшие любовники выглядели как модели. А некоторые — как модели из порножурналов.
От алкоголя кружилась голова, и от своей значимости тоже. Но все мысли вытеснила одна ночь. Ночь с мужем, ночь со своей вейлой. Ночь…. Гарри предвкушал, видел Драко в своих руках. Сегодня он хотел послушного во всём мужа. И на это получил разрешение. А ещё Поттер тоже заметил, что Драко если и не сдаёт свои позиции, то становится мягче, не так фыркает, а иногда рассматривает Гарри. Возможно ли, что сам Малфой уже не так воинственно настроен? И если да, то грех этим не воспользоваться. Эта мысль грела душу.
Домой герои вернулись рано, мужа, к сожалению, нигде не было, поэтому Поттер завалился спать. В пятом часу вернулась Гермиона, собрала и забрала Гарри и Рона в «Круговорот» — так называлось место, где ждали приглашенные героического именинника.
Заведение одно из новых. Просторное. Высокие потолки, огромные окна, стильное украшение зала. Зеркала, расширяющие пространство. Практически ничего магического, так, несколько акцентов, но заведение пользовалось спросом. И прошло отбор среди других кандидатов, отбракованных Гермионой.
Трио победоносно появилось у входа. Шквал аплодисментов, радостный крик и вой сопроводили появление именинника. Сдержать улыбку от вида друзей, поющих магловскую песню «С днём рожденья тебя», не получалось. По одну сторону Рон, по другую Гермиона. Создавалось впечатление, что день рождения ни у Гарри Поттера, а у золотого трио.
Гостей было много. Очень много, по мнению Гарри. Радовало, что все знакомые, и неловкости от такого количества людей никто не испытывал.
Поттер быстро отыскал среди присутствующих того, о ком думал весь день. Муж! Стоял не в первых рядах, а на задворках. С Джинни Уизли. Да что же это такое! Что они липнут все к его Малфою! Гарри пообещал себе не обращать на это внимание, держать в руках, всего-то нужно подойти и обнять супруга при всех.
Однако пройти оказалось не так просто. Навязчивые друзья просто сошли с ума, не давая ступить и шагу. Пока Гарри не переобнимался и не пожал руку всем желающим, его не пропускали. А Драко, видя это, только улыбался одним уголком рта, но вроде как сочувственно. А Джинни положила голову на плечо Малфою, Панси с другой стороны шептала на ухо что-то. И троица заливисто смеялась. Гарри обнимали друзья — Драко обнимали подруги. Гарри жали руку — Драко целовали в щеку. Терпение заканчивалось. Даже если учесть, что супругов связывают только четверги и брачный контракт, то, по мнению Поттера, Малфоя мог целовать только он один. Раз и навсегда! Так решила магия.