Шоу драконов. Прислуга (СИ)
Он с отдаленной грустью вгляделся в зверя. Я покраснела. Надо же было так опростодракониться! Да что за день такой сегодня?
Но внутренний голос шептал: «Самый удивительный день в твоей жизни». Тело приятно холодило небывалой красоты платье, а руку жгла карточка с новым местом работы.
— Я и не знала, что такие бывают.
Тим ловко провел нас сквозь толпу, и мы вышли аккурат к остановке. Шикарной остановке с расписанием аэробасов, которые ходили каждые пять минут! И уже совсем скоро должен был прийти наш. Я с облегчением выдохнула.
Парень внимательно осмотрел меня:
— Странная ты! Неужели в обсервации не изучали виды драконов? Это же легенда!
Я покосилась на него. Что-то он подозрительно много знает о жизни за счет правящих.
— Изучали, но про этого не упоминали. Даже не могу себе представить почему. А ты откуда знаешь столько про обсервацию и ее порядки?
Я испытующе на него посмотрела. Парень лишь отмахнулся:
— Долгая история, как-нибудь потом я тебе…
Тут нас прервал крик. Почему-то сразу поняла, что обращаются к нам. Повернув голову в том направлении, откуда доносились звуки, увидела, как со ступенек черного здания, прямо от центрального входа, в нашу сторону бежит немолодой мужчина.
— Вер Бекойн, вер Бекойн! Постойте! Подождите! Выслушайте меня!
Я открыла рот от удивления, а новый знакомый смачно выругался. Он схватил меня за локоть и буквально впихнул и подошедший аэробас, который совершенно не заметила.
Мы плюхнулись на свободные кресла, и только тогда спросила:
— Ты кто такой вообще?
Глава 5. Эва
Я смотрела в светло-карие глаза парня, который делал вид, что не расслышал мой вопрос. Аэробас монотонно покачивался, скользя на воздушной подушке над поверхностью земли.
Очевидно, рассмотреть красоты центра и района жизни мне снова не удастся. Я вся была поглощена упрямцем напротив. Тим теперь казался мне загадкой номер один.
Он много знает об обсервации, имеет наглость отказываться от классных предложений по работе и прекрасно ориентируется в самом крутом районе полиса. Хотя, судя по тому, что его знал работающий в здании правления, третий пункт можно вычеркивать.
— Не делай вид, что не слышишь меня. Я задала вопрос!
Он лениво раскинулся на кресле, бросая в мою сторону раздраженные взгляды. Я начинала закипать. Если не хочет говорить, то и я с ним разговаривать не стану!
Надулась, откинувшись в противоположном кресле. Оно оказалось мягким и удобным. Этот аэробас явно не предназначался для простых смертных как я.
Взгляд сам собой зацепился за черный хвост дракона на черном здании. Он мелькнул среди белого великолепия и пропал. Скорее всего, проезжаем магистраль.
Движение в полисе было организовано в три уровня: общественный, обыденный, сверхзвуковой. На первом ходил только общественный транспорт, такой как аэробасы и аэроскаи. Пробок здесь никогда не было, так как первые парили по расписанию, а вторые — задорого.
На втором уровне, в пяти метрах от первого, была драконова куча. Там в три строя летали скаеры. Сначала, конечно, был один строй, но уже через пару лет пришлось расширять — всем места не хватало. Вот и пусть потом говорят, как дорого покупать личный транспорт.
Третий уровень был для военных и правящих. Исключительно.
Тем временем мы проехали центр и въехали в район жизни. Здесь находились самые крутые жилые комплексы в полисе. Собственно, именно тут и располагалась большая часть населения Солитдара.
Кафешки, магазинчики, образовательные центры для богатеньких и тех, кто вскоре ими станет. До сегодняшнего дня я ни разу тут не была. Маршрут другого аэробаса практически сразу покидал центр и нес нас через район рабочих. А там смотреть было не на что. Одни заводы да производства.
Здесь же все утопало в зелени. И это в полисе, на самой границе с пустыней! Мои глаза возбужденно загорелись при виде такого великолепия.
— Первый раз в районе жизни? Верно?
Тим нагло делал вид, что ничего не произошло. Неужели этот самодовольный человек считает, что спущу ему это с рук? Поэтому продолжала гордо молчать, сверля взглядом окно аэробаса.
Пейзажи перестали быть такими привлекательными. Но все равно старалась отвлечься и просто заставляла себя рассматривать все эти лужайки и бассейны.
— Эва, брось! У всех есть свои тайны. Мы с тобой пару часов знакомы. Я не готов выложить тебе всю информацию про себя. Иначе мне придется на тебе жениться!
Не удержавшись, я фыркнула. Жениться! Тоже мне шутка. Но Тим не отставал:
— Расскажу тебе о себе, познакомлю с друзьями, и мы пойдем играть красивую свадьбу в квартале увеселений. Снимем там милый отельчик и будем зажигать всю брачную неделю!
Нет, он издевается! Я развернулась и зло бросила:
— Ты прекрасно знаешь, что все это мне не светит. Засунь свои фантазии в драконью задницу!
Я повысила голос, и несколько человек, что сидели в аэробасе, удивленно встрепенулись. Не хватало еще привлечь к себе ненужное внимание. Стражи порядка тогда тут же доложат в обсервацию, и меня туда тогда точно не впустят.
— Давай договоримся. Брачный возраст у нас с двадцати пяти лет, это еще три года. Потом дам тебе еще три, сойдет? Если ты ни в кого не влюбишься, то я женюсь на тебе.
Он внезапно достал свою карточку с работой, положил на нее руку и озвучил:
— Обещаю жениться на Эве Овайо по достижении той двадцати восьми лет, если она не найдет себе более подходящего мужа.
Уже после первых слов попыталась выдернуть его карту из рук. Но тщетно. Он успел записать обещание и внести его в реестр. Вот драконова задница!
— Ты совсем сдурел! Ты что наделал? Хоть представляешь, что тебя теперь могут выгнать с работы без права на восстановление? Зачем давать такие обещания?
Люди вокруг откровенно и удивленно пялились на нас. Мысленно молила, чтобы никто не догадался вызвать охрану порядка. Наше поведение начинало переходить все допустимые рамки. И все из-за этого сумасбродного парня!
Я была в бешенстве. Карта с места работы являлась строго персонифицированным документом, подтверждающим твою личность. На нее поступала зарплата, с нее же ее можно было и списывать. Оригинал ее хранился у твоего работодателя, а ты пользовался слепком.
А еще у нее имелся десяток странных функций, и неоспоримое обещание — одна из них. Если ты нарушал его, то данные обнулялись без права восстановления.
Говоря проще, твоя личность навсегда стиралась. Путь после такого был один — в район сточных канав.
Поэтому искренне не понимала парня, который сидел рядом. Он же радостно улыбался и показал мне карту, на дисплее которой появилось уведомление о создании неоспоримого обещания.
Нет. Ну точно чокнутый!
— Тим, ты же сам сказал, что знаешь меня всего пару часов. Да и дальше наши пути расходятся. Я не понимаю…
Он приложил палец к моим губам, и этот жест показался мне слишком интимным. Да, я снова покраснела. И тут же отстранилась. За окном аэробаса зеленые пейзажи сменились унылыми серыми улицами. Район выживания.
— Эва, а кто сказал, что пути расходятся? Ты такая невнимательная. Я же уже говорил, что мы коллеги.
И он протянул мне свою карточку. Я взяла ее и повернула к себе панелью с электронными чернилами.
Место работы: помощник наездника в Срединном цирке «Бейли». Я несколько раз моргнула. Но надпись не менялась. Но как такое возможно?
— Они же не предлагают работу по желанию? Как у тебя получилось? И почему именно Срединный цирк?
Я удивленно уставилась в смеющиеся светло-карие глаза. Тим ни капли не смущался. В отличие от меня.
— Скажем так, мне сегодня просто крупно повезло! Вытащил счастливую карточку.
Он выхватил ее у меня из рук и поместил в нагрудный карман.
— Так что, Эва, мы с тобой теперь коллеги. А я уверен, что лет через десять смогу стать настоящим наездником. А когда им все-таки стану, то возьму тебя в помощницы.