Шоу драконов. Прислуга (СИ)

Она сделала очень глубокую и долгую затяжку. Ее лицо стало еще бледнее, чем было.
— Спи с ним, спи с кем хочешь, но никогда не позволяй себе влюбляться. Как только впустишь кого-нибудь в сердце, ты труп. Живой труп. Твоя жизнь будет разрушена до основания, а тело используют как драконов инкубатор!
На этом она развернулась и неровной походкой пошла по пустынному коридору, призывно покачивая идеальными бедрами. Я смотрела ей вслед и не могла сдвинуться с места.
Несмотря на вчерашнее, мне было ее жаль. И что она имела в виду, говоря об инкубаторе? Неужели она… Но дурман-трава и прочее… закрыла глаза и досчитала до десяти.
Не стоило брать это в голову, но почему-то ее слова вызвали странный отклик: она говорила искренне. С горечью, болью и злобой, но честно. Да, даже такие эмоции отзывались в человеческой душе…
Собравшись с силами, кое-как добралась до своего временного убежища. Руки были заняты чемоданом, у которого на последних метрах заклинило колесо.
Поэтому взяла его в руки и задом толкнула дверь, практически ввалившись в комнату. Повернулась и едва не уронила свою ношу. Прямо возле окна стоял Коул Перей в одном полотенце, небрежно накинутом на бедра.
  
Глава 29. Коул
 
Почувствовал как она вошла. Драконова женщина, целый день сводившая с ума! И что в ней было такого? Обычная. Самая обычная безродная прислуга, которыми полны обсервации любого из шести полисов.
Но я не мог оторвать глаз. Целый день ходил как привороженный. Сначала девушка казалась напряженной, хмурой. Постоянно морщила изящный лоб. А я ловил каждое движение.
Да что со мной? Это всего лишь молодая женщина. Да, довольно приятной наружности, но с той же Надирой и рядом не стояла. В ней не было лоска, стати и всего того, к чему привык.
И этот зов… Чувствовал в ней что-то странное, что-то чужеродное. Словно внутри заключена загадка. И самое страшное, что, сколько бы ни пытался прочитать ее эмоции, больше не мог.
Нет, улавливал кое-что, но это крохи от того, что прислуга чувствовала, потому что все написано на лице: смущение, страх, нерешительность.
А потом ее словно подменили. Неуверенность сменилась интересом и глухой настороженностью. Лоб морщился, но уже явно по другой причине. Движения стали плавнее, спокойнее.
Не мог дождаться вечера. И тут Дир рассказал, что нашел ее маленькое убежище в нашем цирке. Любопытная информация, в данных обстоятельствах заслуживающая внимания, поэтому пошел взглянуть на него.
Это оказалась одна из старых драконами забытых гримерок. Она была уютной и чистой, хоть и немного захламленной. Осмотрев, не обнаружил ничего интересного за исключением дырявого пола. Но и это вряд ли стоило внимания.
Надо было уходить, но до девяти часов еще была уйма времени, а я не хотел ждать, поэтому разделся и принял душ, откопав какую-то древнюю, но довольно чистую тряпку в шкафу вместо полотенца.
Отвернулся от двери и стал рассматривать полис. Очень жаль, что отсюда было плохо видно. Практически все пространство окна заслоняли деревья. А потом услышал глухой стук, повернулся и впился взглядом в аппетитный зад, затянутый в светлые брючки, который толкал входную дверь.
Предвкушение было настолько сильным, что моментально возбудился. Она растерялась и едва не уронила свою ношу — драконов древний чемодан, который таскала за собой по пятам весь день.
Сделал шаг к ней, а девушка попятилась. От нее шел едва уловимый аромат сладких каштанов и страха. А вот лицо рассказывало, что Эва в ужасе от такого сюрприза.
Еще раз осмотрел ее с ног до головы. Наряд безусловно хорош, но я больше не желал церемониться.
— Раздевайся.
Ее лицо вытянулось, а глаза гневно сверкнули. Я мог читать смену ее эмоций с филигранной точностью. Сначала это были страх и сомнение, затем — смущение и негодование.
Теперь же чистый гнев. Не нужно иметь никакого дара, чтобы распознавать такое.
— Давайте сначала поговорим.
К драконам разговоры! Шагнул к ней и выдернул из рук чемодан. Тот внезапно оказался весьма увесистым. Поставил его и потянул ее за руку.
 
От неожиданности Эва не удержалась и повалилась на меня, упираясь в стальные мышцы пресса. При этом покраснела до корней каштановых волос.
Развернул ее, толкнул на кровать и навис сверху. Она уперлась в меня руками.
— Нам надо поговорить! Я не хочу спать с вами!
Я усмехнулся.
— Да неужели?
А потом прямо через ткань тончайшей рубашки сжал грудь. Она вздрогнула и дернулась. Этого мне хватило, чтобы ногами раздвинуть бедра и прижаться к губам.
Они были мягкие и теплые. Податливые. Возглас протеста потонул в этих ощущениях, а руки на моем торсе перестали отталкивать. Наслаждался каждой секундой, каждым мгновением, исследуя ее тело по миллиметру.
Даже драконова одежда не мешала нам. Она стала вызовом, острой гранью удовольствия, снять ее еще нужно заслужить.
Задрал вверх ее руки, убрал с поля действия. Протолкнул в нее свой язык и стал терзать, все жестче и жестче.
Наградой стал первый глухой стон, который вырвался против ее воли. Против ее же желания и дрожащие руки запутались в моих волосах, а бедра прижались к моим.
Не существовало ничего и никого вокруг, лишь мое желание. Обладать здесь и сейчас. Поэтому аккуратно стал избавлять ее от одежды. Сначала расстегнул несколько пуговиц рубашки, сжал то, что было скрыто под ней, прошелся пальцем по чувствительной коже.
Ее возбуждение царапало остриями мою грудь, она тихо охнула и попыталась стянуть полы рубашки, но я не дал, снова и снова погружая девушку в свои поцелуи.
И вот уже распахнул ткань полностью, сдвинул, шепча Овайо на ухо, как она прекрасна, совершенна, как хочу ее. Сжимая осиную талию, чувствовал, какая та тонкая, нежная, невесомая.
Начал стягивать штаны, но тут раздался стук в дверь. Она выругалась и попыталась оттолкнуть. Но не для того затеял все это. Точнее, даже немного увлекся, забыв о том, для кого ставил этот спектакль.
Дверь распахнулась, и в комнату зашел Тим. К моему удивлению, скользнул равнодушным взглядом по открывшейся картине и спросил:
— А ты не мог бы сначала закончить со своей шлюхой, а потом звать меня? Между прочим, я домой собирался, ждал как идиот.
Девушка подо мной застыла, а я нахмурился. Что-то здесь не сходится. Эва все-таки выбралась из-под меня, попутно застегивая блузку. С досадой посмотрел на нее. Теперь начинать все заново.
— Я не его шлюха и никогда ею не стану.
Она подошла к чемодану, подняла его и прижала к груди, явно намереваясь сбежать. Ну уж нет, не согласен на подобное! Встал и попытался ее удержать, но она отшатнулась. Тим присвистнул:
— Смотри, братец, эта шлюха с характером, мне вот так и не удалось уломать ее за эти годы.
Она резко развернулась и умудрилась влепить ему звонкую пощечину, при этом почти уронив чемоданчик. А потом посмотрела на меня совершенно новым взглядом — удивленным и с недоверием. Не глядя на брата, заявила:
— Я не собираюсь спать ни с кем из вас. Идите вы все к драконам!
В этот момент Тим схватил ее за волосы и откинул голову назад. Лицо Эвы исказила гримаса боли. Я напрягся.
— Еще рад поднимешь на меня руку — отправишься в район сточных канав, ты поняла?
— Иди к драконам, Тим! Ты мне не указ!
В довершение она попыталась его пнуть, но безуспешно. Мой брат в этот момент замахнулся на нее. Я среагировал моментально:
— Стоять!
Его рука зависла в воздухе, повинуясь моему дару. Лицо стало наливаться кровью, а глаза — вылезать из орбит.
 
— Не лезь, я не давал тебе такого права. В конце концов, это же моя несостоявшаяся невеста.
Так вот оно что. Дракона дери, Дир был прав. Только вот когда эти двое успели испортить свои идеальные отношения? Хотя какая мне разница? Я же этого и добивался.
Правда желание обладать ею меньше не стало. Наоборот, мне словно дали зеленый свет. Стал злиться на самого себя. Перевел взгляд на Тима, который так и стоял как истукан.