В предчувствии атаки (СИ)

− Эй, притормози! Сначала нужно заехать к Логиновым. Оставить вещи и… Мне нужно поговорить ещё раз с Ольгой. Возможно, она всё-таки даст мне хотя бы подсказку, что могло вывести твоего брата из себя.
− Хорошо! Но я поеду с тобой. Меня охрана впустит, иначе я их… Короче, они знают, что меня лучше не злить.
− Не хотелось бы тебя беспокоить, боюсь, узнав о твоём присутствии он не захочет говорить.
− Я буду тихой, словно мышка. — Лиза состроила честнейшее лицо, мне осталось только вздохнуть. К сожалению, без неё проникнуть на территорию охотничьего домика мне не удастся.
С Ольгой ничего не вышло. Она предпочла по-прежнему хранить молчание. Только намекнула, настолько тонко, что я с трудом понял эту подсказку. Дело было в чём-то личном. В том, что Дима взял слишком близко к сердцу. Я понимал, что в первую очередь, в нашей ситуации вина была моя, но… Блин, не только же у меня имеются весьма большие скелеты в шкафу! Кто не сказал мне, что он видящий, а? Ему можно скрытничать, а мне нельзя! Мои доводы звучали даже для меня самого немного по-детски, но что поделать? Все мы ведём себя немного как дети, особенно когда не понимаем, в чём провинились. Поездка к Логиновым, разговор с Ольгой… На самом деле я тянул время, пытаясь собраться с мыслями, пытаясь найти ту ниточку, дёрнув за которую, я смогу вызвать Дмитрия на откровенность. Ещё на балу я понял, что он закрылся от меня. Закрылся толстой бронированной дверью. И теперь я просто должен её вышибить.
Короче говоря, к охотничьему домику мы добрались уже ближе к вечеру. Я захватил с собой бутылку коллекционного вина из запасов Игната Даниловича. Прокрутил в голове план разговора, пока Лиза строила охрану. Они не особо сопротивлялись, явно не желая встревать между братом и сестрой, которые оба имели равное право отдавать им приказы. Никаких приказов свыше телохранители, как я понял, не получали, ибо мудрый император предпочёл постоять в сторонке, ожидая пока эмоциональное состояние сына придёт в норму.
− Всё в порядке, − выдохнула облегчённо Лиза, вновь занимая место рядом со мной. Машина, заурчав тихо мотором, двинулась вглубь лесного убежища. — Я поговорила с начальником смены телохранителей. Дима засел в гостиной, в полумраке и с очередной бутылкой вина. Пока почти трезв, ибо полдня отсыпался.
− Понятно, − вздохнул я, понимая, насколько трудная задача меня ждёт. — Тебе лучше пока не обнаруживать своего присутствия. Дай мне попытаться наладить с ним контакт.
− Угу.
Я шёл по выложенной камнями дорожке, стараясь ступать тихо, как кот. Где-то высоко сверкали звёзды, напоминая тот вечер, когда мы с Димой сидели у костра и вели неспешный разговор. И вроде бы не так уж давно это было, всего лишь ранней осенью, но на фоне нашей последующей размолвки казалось, что прошли уже годы. Крадучись, как ночной вор, я оказался у приоткрытых высоких дверей гостиной. Знакомое место. Деревянные блестящие лаком полы, оружие на стенах, удобная мебель из дорогих пород дерева, меховые шкуры на полу. Обманчиво простая обстановка, созданная с любовью к уюту и неброской роскоши. В полумраке я нашёл фигуру друга. Дима сидел на мягкой шкуре, расстеленной у выложенного из дикого камня камина. В его длинных пальцах находился бокал с вином, рядом стояла начатая бутылка из тёмного стекла. Отблески горящих поленьев освещали его уставшее немного осунувшееся лицо, вызывая в моей душе сожаление и чувство вины.
− Хм, − вдруг в тишине раздался немного хрипловатый голос Дмитрия. Даже не повернув головы, он добавил насмешливо: − Входи уже, раз пришёл.
  
Глава пятнадцатая
 
Я молча вошёл в просторную комнату, слегка прогретую горящими и тихо потрескивающими поленьями, источающими тонкий древесный аромат. Дмитрий не повернул головы и всё также сидел, пристально глядя на огонь. Тонкая синяя рубашка была расстёгнута, рукава закатаны, открывая по-аристократически изящные, но крепкие и сильные запястья. Длинные ноги, обтянутые такими же тёмными брюками, были согнуты в коленях. Босые ступни притягивали взгляд какой-то… беззащитностью. Весь силуэт моего друга был наполнен мрачностью и одиночеством. Несмотря на позднюю осень, с первым срывающимся снегом, прохлада, которая крадучись как кошка, проникала через приоткрытые высокие застеклённые двери, вовсе не тревожила так легко одетого парня. Ему, впрочем, как и мне, или Лизе, не было холодно. Нас грело наше сродство с пламенной стихией. Даже в сильный мороз мы могли разгуливать в лёгком пальто и тонких туфлях вместо валенок и шуб.
− Что за бунт ты устроил?
− Бунт? Я просто расслабляюсь, − Димка, по-прежнему не отводя взгляда от огня в камине, нехотя ответил. — Знаешь, а я тебя не звал.
− Я твой друг, меня особо приглашать не надо. Сам припрусь, ещё и выпивку прихвачу!
− Вино? — Димка всё же обратил на меня внимание, окинул немного затуманенным взглядом, который остановился точно на бутылке коллекционного вина в моей руке. — Это хорошо! А то мои запасы уже на исходе, а ключ от основного погреба Меньшиков забрал. Жлоб!
− Хм, − вырвался у меня смешок после наречения таким словцом начальника всех императорских телохранителей. Сбросив куртку и туфли куда-то в угол, я сделал несколько шагов и уселся рядом с Димкой. — Ещё один бокал есть… или так? Прямо с горла по-гусарски?
− Голову подними, − кивнул царевич головой в сторону каминной полки. — Там второй бокал и штопор.
− Какой предусмотрительный, − фыркнул я, легко поднимаясь и доставая искомое. Секунду подумал, отставил в сторонку свой презент и наполнил бокал из уже початой бутылки. Погонял терпкий напиток по рту, немного согрел и медленно проглотил, смакую букет. — Неплохо. Французское?
− Угу, − усмехнулся Димка. — Венценосный родственник каждый год презентует по несколько ящиков лучшего вина. Этому лет… десять уже!
− Сойдёт, − небрежно бросил я, тут же услышав смешок со стороны друга. Ну, не сибарит я и не особый гурман. Для меня вино, каким бы дорогим оно не было, всего лишь напиток, способный развеять тоску и немного поднять настроение. Да пью редко. Вздохнув, я спросил: − Поговорим?
− А у меня есть выбор? — Димкина густая, красиво изогнутая бровь, скептически поднялась вверх. Потом он тихо проворчал, настолько тихо, что я едва расслышал. — От тебя же нигде не скрыться… Даже во сне.
− Поверь мне, я на самом деле думал рассказать тебе правду о себе. Просто всё никак не мог найти нужный момент. Скрывать до последнего я не собирался. Глупо вышло…
− Знаешь, дело даже не в том, что ты скрыл от меня свою личность. В какой-то степени я могу это понять. Просто… я доверял тебе больше, чем кому бы то ни было. И твои тайны…
− Чья бы корова мычала, друг мой. Сильнейший видящий в императорском роду нынешнего поколения? Твой скелет в шкафу не менее значимый, чем мой.
− Лиза, − сердито рыкнул Димка. — Что ещё она наболтала?
− Ничего особенного, − пожал я плечами. — Просто сказала, что у твоих родных было подозрение о возможности того, являюсь ли я твоим избранным. Пришлось разочаровать твою сестру, рассказав про Ольгу. Кстати, меня твоё поведение тоже, как и других, немного тревожит. Да, я виноват, но так реагировать…
− Это мои проблемы, Кот. Я сам с ними справлюсь!
− Вижу, − согласился я, вложив в свой голос тонну сарказма. — Прекрасно справляешься!
− Кот, вот кто ты такой? Почему ты… Как заноза в заднице, − фыркнул Димка, выливая остатки из бутылки в свой бокал. Хватило только на половину. С досадой отставив бутылку в сторону, он сделал глоток. Потом добавил: − И когда Константин Разумовский явит миру свою личность?
− Скоро, − нехотя произнёс я. — Ещё не всё готово. Подстраховаться нужно.
− Целью того нападения ведь был ты, − не спрашивая, констатировал царевич. — Я чувствовал это, знал, что ты юлишь.
− Мне интересно откуда? Ты всегда появлялся вовремя. Одно время я даже допускал, что это Ольга вызывала тебя на помощь.
− Возможно, я удовлетворю твоё любопытство. Сразу же, как только ты поведаешь мне остальные свои тайны.