ЧОП «ЗАРЯ». Книга вторая

Мэйн выдохся, в голове даже не форточку, а зимнее проветривание открыли, через которое вытекал фобос. Пара секунд – и я тяжело опустился на землю, а снежинки, летящие с неба, стали казаться мне пудовыми гирями – так сильно прижало. Еще и мерзнуть начал.
Я умылся снегом. Пришлось из-под машины зачерпнуть, чтобы зеленых пятен не было. Стало холоднее, но чуть отпустило. Глаза, по крайней мере, стало проще держать открытыми.
Дрожащими пальцами я полез в карман за огневиком. Где-то еще затаился третий. Надо скорее изгнать деймоса, глядишь, на нем приход словлю.
На дороге послышался гул моторки. Прям родной – я «буханку» уже начал по звуку узнавать. По мне мазнул свет фары, послышался скрип снега и хлопнула дверь.
– Матвей, ты как? – Тощий силуэт Захара размывался, в руках у него было ружье. – Еще есть кто?
– Одна где-то бродит, – бросил я. Чиркнул зажигалкой и поднес пламя к разорванному деймосу, а дальше говорить толком не смог. – Херасе, сколько ж в нем дури…
Жесть! Вот это заряд бодрости! Показалось, что я сейчас без лыж до Пердехляя добегу, выпью там и вернусь обратно, а Захар даже до моего места не успеет дойти.
– Матвей! Быстрее! Он за фургоном! – закричал железный человек и бахнул дуплетом куда-то в сторону. – Тикай сюда!
Захар начал пятиться и снова бросил мне ружье. И снова криво. И снова без патронов, разряженное. Но в этот раз я хотя бы успел ухватиться за приклад и даже развернуться, когда прямо над ухом раздалось хлопанье крыльев.
Тварь гавкнула и залилась лающим смехом, но я уже был под колесами «полуторки». И сейчас недавний заряд скорости мне дико мешал. Я рассыпал почти все патроны, что были в кармане. Дрожащей рукой в отблесках догорающего деймоса ворошил скрипящий снег в поисках тех самых «светлячков». Как назло, попадались только зажигательные.
Тварь ко мне не полезла. Может, затаила обиду на Захара, а может, запах полыни из огня изгнания не понравился.
– Матвей! Чего ты возишься? – крикнул Захар, и я понял, что тот точно так же залег под «буханкой».
– Секундочку! Ща-ща-ща! Есть! Иди к папочке, «светляк», тебе светить надо, а не в кустах сидеть!
Я нашел аж четыре нужных патрона! Лежа, на весу с трудом переломил двустволку, зарядил и взвел курки.
Высунулся из-под колеса, прицелился в крылатую спину и выстрелил под лопатку, в место с бугристым горбом, из которого росло крыло. Попал! Целиком не отстрелил, но сломал точно – левое крыло опало и стало волочиться по снегу.
Взревев, деймос развернулся и дернулся в мою сторону, я выстрелил второй раз. Целил в голову, рассчитывая попасть в то место, где будет морда. И опять в яблочко – в лоб, так что жгучий фальшфейер начал брызгать белыми искрами в глаза монстру.
Я перекатился глубже под кузов, стараясь прижаться как можно ближе к сгоревшему и вонявшему полынью монстру. И начал перезаряжаться.
Краем глаза видел, что ко мне движется монстр, ревет и тащит за спиной крыло, как раскрывшийся парашют.
– Захар! По лапам теперь!
– О-ох! Говорила бабка, за двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь! Матвей, откатись!
Управляющий, похоже, вошел во вкус, выполз из-под машины и по одному разрядил стволы по правому ряду паучьих лап.
Монстр подломился и завалился набок. Заревел уже не так уверенно, а потом стал крутиться по земле, будто не просто не мог встать, а решал, кто из нас опасней.
Пока он думал, я перезарядился и выстрелил по передним лапам, оторвав одну полностью и надломив еще две. Селенопс уже не пытался встать, вертелся на обломанных лапах, шипел и махал целым крылом. Похоже, отбегался.
А мы с Захаром уже спокойно и прицельно расстреляли искалеченную тварь и сожгли. Для верности железный человек всадил контрольный в обледеневшего и только после этого мы позволили себе нормально осмотреться.
Четыре фургона с логотипами неизвестной мне мануфактуры – «Колькич и сыновья». Шесть тел вокруг, одна обмусоленная рука и кровавые следы, уводившие в лес.
– Захар, а должен же где-то разрыв быть? – спросил я. Посветил фонарем на кровавую тропинку, но даже с учетом того, что снег наконец-то перестал сыпать, видимость была нулевая. – Его же надо закрыть?
 
– В Пердехляй, тьфу ты, в Перехляй надо возвращаться или дальше ехать, там хутор должен быть со связью, и вызывать местный орденский патруль, – мрачно ответил управляющий. Он наклонился над сгоревшей тушей, ткнул крюком в пасть монстра и, используя его как рычаг, довольно лихо отколол сразу два клыка. – Трофеи сейчас соберем и поедем, нечего геройствовать.
– Фигасе! Да тебе можно Дантисту мастер-классы давать, —улыбнулся я, а сам все думал, что плохо разрыв так оставлять на дороге. – С патронами что у нас, светляки есть еще?
Захар перешел ко второму трупу.
– Три штуки, придется в карьере докупать, но там дороже. Решай, куда едем?
 
ГЛАВА 5
 
– Матвей, мне не нравится, куда ты смотришь, – Захар тронул меня за плечо и потянул к уазику. – Утром патруль разберется.
– А если там живые еще есть? К тому же мы всех положили, разрыв, считай, без защиты?
– Если там есть живые, значит, там есть и тот, кто их забрал.
– Ну и прекрасно! Либо человека спасем, либо разрыв закроем и янтарь получим. Нам же деньги нужны?
Аргумент на Захара подействовал, он заскрипел зубами и буркнул: «Дальше ста метров не пойдем».
Я подошел к обочине, собираясь с мыслями. Не знаю, зачем меня потянуло в лес. Вероятно, бурлила внутри сила трех изгнанных деймосов, да и адреналин еще не выветрился. Аж потряхивало и хотелось продолжения банкета.
Я прислушался к себе, пытаясь понять: не первый ли это звоночек к переходу на темную сторону? Жажда действия и опасности опьяняла. Так себе зависимость вырисовывается. Но нет, было какое-то предчувствие. Что не все еще закончилось, и нужно обязательно закрыть разрыв.
Я провел мысленную инвентаризацию. В двустволке один «светлячок» и один зажигательный, а в нагане все разрывные. Мэйн отдыхает, а Муха вроде встрепенулся в момент изгнания, но каким-то уж совсем бледным подобием той призрачной тени, которую я привык ощущать.
«Брат, я с тобой. Помогу», – объемным звуком прозвучало где-то в затылке.
«Рад, что ты здесь!»
Фух, явился, не запылился! Но я правда был рад и, судя по легким мурашкам, пробежавшим по шее, Муха тоже.
Захар подогнал «буханку», чтобы фара максимально освещала следы, где волокли тела. А потом, вероятно, оценив мою тень, закрывшую всю дорожку, сдал назад. Подошел ко мне и протянул фонарь какой-то хитрой стимпанковской конструкции с возможностью светить как обычным светом, так и святым. Сейчас горела половинка обычного. Но я отмахнулся и достал флакончик с ночным зрением. Не экономно, зато руки свободные.
Прилива сил я не почувствовал: и так под завязку! Причем было ощущение, что это моя «завязка» стала повыше, по сравнению с прошлыми разами. Сейчас мне и мэйна бы хватило на большее количество заклинаний.
Вот теперь вообще хорошо: снега нет, половинка луны пробивается через деревья, фары не слепят – следы с пятнами крови стали четче. Точно волокли кого-то и не одного. Один след рваный, будто кто-то сопротивлялся. Потеки кровавые, видимо, остались от владельца руки, которую мы нашли. Ровные дырочки в снегу – явно от паучьих лап. А второй след – почти прямой, продавленный сапогами. И на деревьях снег сбит четко вдоль дороги, как раз там, где деймосы цеплялись крыльями.
Метров через двадцать цепочка следов завернула и стала петлять между деревьями. Я старался идти тихо, смотрел под ноги, но и снег предательски похрустывал на морозе, и у Захара каждые пять шагов скрипели металлические суставы протезов.
Первым разрыв почувствовал железный человек. Либо опыт сказался, либо свои какие-то локаторы у старика имелись: типа как старые кости ломит на ветренную погоду. А потом уже и я разглядел бледное мерцание на деревьях. За ними открывался вид на поляну, большую часть которой скрывали кусты, но там точно кто-то был. Я слышал отголоски лая, рычание и обрывки человеческой речи.