Ненавижу своего мужа (СИ)

Когда я была почти на пике, он запустил одну руку под меня и начал кругами массировать мою горошинку. Наши стоны наполнили весь дом, я пыталась схватиться за всё, что попадалось мне под руку: одеяло, простыни, и сжать их, так хорошо мне было.
Услышав животный рык Яна, я поняла, он на финишной прямой. Это осознание всегда действовало на меня лучше любого афродизиака и я тут же кончила, до того, как это сделал он.
— Я тебя люблю, Софа.
— Я тоже тебя люблю, Ян.
Мы какое-то время лежали молча, любуясь друг другом и наполняясь нашими чувствами.
— Ну вот, теперь опять придется идти в душ! А я только с утра помылась, итак было не легко.
— Ничего, я тебе помогу, пошли вместе.
Я пошла в душ первая, ожидая, когда муж ко мне присоединиться. Внезапно, меня кое-что насторожило.
— Ян!
  
34 глава
 
Сейчас в моем затуманенном мозгу где-то проскользнула мысль о том, что половой акт может простимулировать роды, но в моменте я вообще об этом не подумала! И чего я так долго терпело, можно было бы давно уже родить!
Когда я пошла в душ, то почувствовала схватку. У меня уже были тренировочные схватки до этого, поэтому я поняла, что это то самое. Ян вбежал с ошалевшими глазами в ванную, почти сразу, как я его позвала.
— Что случилось?
— Кажется, началось…
— Ты точно уверена? Не как в прошлый раз? — в прошлый раз ему пришлось уехать с работы, проехать через весь город за мной, отвезти в больницу просто чтобы узнать, что все в порядке, ничего не происходит.
— Не знаю, давай будем засекать период между схватками, смотреть, одинаковый ли.
— Ой, что это? — я посмотрела туда, куда смотрит Ян, и увидела, что у моей ноги образовалась небольшая лужица.
— Точно началось, видимо, это воды.
Я просто видела, как паника начинает охватывать Яна.
— Поехали срочно в больницу! Одевайся!
— Как я сейчас оденусь, когда тут такое?
Кое как добравшись до больницы, мы сразу отправились к врачу.
— Поздравляю вас, рожаем!
Я хотела позвонить папе, чтобы рассказать ему о радостных новостях, но он не брал трубку, и я начала волноваться.
— Ян, ты можешь, пожалуйста, послать кого-нибудь проведать папу? Он не берет трубку, и я волнуюсь.
— А где Нина?
Нина — это женщина, которую мы наняли папе для помощи, так как ему не желательна была какая-то физическая активность.
— Она попросилась вчера на выходной на один день, у нее сын приехать должен был. Папа убедил меня, что за один день с ним ничего не случиться, и вот, сейчас не берет трубки. Ай! — с каждым часом схватки становились всё сильнее, и я уже просто начинала жить от перерыва между ними к перерыву.
— Ладно, сейчас позвоню кому-нибудь, ты главное не переживай и старайся хоть немного отдохнуть.
Конечно же, отдохнуть не получилось. Во время схваток я не могла думать ни о чём, а между ними всё время пыталась дозвониться до отца.
— Так, Софа, давай! Тужимся!
— Пока стоп, дышим, отдыхаем, на схватку снова начинаем тужиться…
В палате раздался, пожалуй, самый прекрасный звук в мире: плач нашей дочери. Мне положили её на грудь, и мы впервые встретились взглядом. Наверное, этот момент я не забуду никогда. Меня захлестнула такая волна счастья, что мне казалось, что я способна на что угодно.
Для этой только родившейся крошки я была готова свернуть горы, пережить все тяготы мира. Какая она была крошечная и красивая, наша Виталина…
Когда меня перевезли в палату, я только и делала, что смотрела на нашу дочь. Как же мы смогли сотворить такое чудо? Папа так и не ответил на мои звонки и сообщения, а Ян всё не возвращался.
Наконец, раздался стук в дверь палаты и в щель просунулась голова Яна.
— Можно?
— Заходи, папа, знакомься с дочерью. — Ян в белом халате — это мой новый вид визуального удовлетворения. Надо будет взять на заметку, и когда я и моё тело придем в себя, поиграть с ним в доктора и пациента.
— Привет, крошка… — он смотрел на нашу дочь, а в его глазах был весь мир. В них было столько любви, нежности, которую он готов ей подарить, что меня просто разрывало от эмоций и чувств к этим двоим.
 
— Хочешь взять на руки?
— А можно? Ничего не будет?
Я помогла ему поднять малышку правильно и просто наблюдала за ними. Не удержавшись, я сделала фото на телефон и отправила папе, посмотрит, когда сможет.
— Ян, что там в итоге с папой? Твой человек дошел до него?
Его лицо застыло в непроницаемой маске. Он аккуратно положил Виталину обратно в кроватку, и присел на мою больничную койку.
— Иди сюда, садись рядом.
— Ты меня пугаешь, что случилось?
— Софа, твой папа умер.
— Что? Нет…Когда?
Может ли один и тот же день, стать самым счастливым и одновременно несчастным в твоей жизни? Сейчас у меня был ответ на этот вопрос.
Слезы покатились из моих глаз, на что Ян просто обнял меня и сидел так со мной, пока я не исчерпала весь свой слезный запас.
Думаю, отец знал или чувствовал что-то. Он умер в своей постели, от остановки сердца, переехав на небеса, куда-то поближе к маме. Его нашел человек, которого послал Ян. В этот день отец отпустил весь персонал, работающий в доме, и был абсолютно один.
Возможно, ему хотелось, чтобы никто не видел его в момент его слабости, но мне было нескончаемо грустно, что в свои последние минуты жизни он был одинок.
Смерть отца меня немного подкосила. Молоко не приходило, видимо, от пережитого стресса. А организация похорон — это совсем не то, чем ты хочешь заниматься в первые дни после родов. Я была в который раз очень благодарна Яну, за то, что он взял на себя все обязанности в это непростое для меня время. Сейчас я даже представить себе не могла, как пережила бы этот период без него.
На похороны отца собралось очень большое количество людей. Это и понятно, ведь он был достаточно известным бизнесменом и просто хорошим человеком.
«Многие знают, что в день, когда умер папа, у меня родилась дочь. Вот так, закон Сансары я увидела вживую. Кто знает, может быть его душа получила новое обличие, в лице моей дочки… Я хотела бы успеть ещё множество раз сказать ему о том, как я сильно его люблю и благодарна за все моменты, которые он мне подарил. Хотела бы, чтобы он успел узнать, что у него родилась внучка, чтобы Виталина увидела, какой у неё замечательный дедушка. Самый лучший. Самый лучший дедушка, и самый лучший папа. Он всегда был моей поддержкой и опорой, я всегда знала, что он меня примет, что бы не случилось, просто вот такой он был человек. Сейчас я плачу от того, что жалею себя, жалею, что больше не смогу никогда к нему прикоснуться, обнять, получить то родительское тепло, которое мне необходимо. Папочка, я тебя так сильно люблю, и мне сейчас так больно, что кажется, будто моё сердце тоже не выдержит и сейчас разорвется. Он был замечательным отцом, отличным тестем и хорошим парнером по бизнесу. Я благодарю, что вы все пришли для того, чтобы проводить его в последний путь. Уверена, для него было бы это важно, и ему было бы приятно знать, что несмотря на то, что он выбрал для себя умереть тихо и в одиночестве, память о нем будет жить вечно в сердцах такого количества людей. Спасибо.»
Я и не думала, что моё сердце способно на такое количество любви. Мне казалось, что моя любовь на максимуме. Я с любовью хранила память о своих родителях, любил Яна, но с появлением Виталины, моё сердце выросло просто до каких-то невероятных размеров и вместило в себя любовь к своему ребенку.
Сейчас я понимала, о чем именно говорил мне папа, понимала, как сильно он меня любил.
Яну после появления дочери немного снесло крышу от чувств. Он покупал просто какое-то невообразимое количество игрушек, хотя они ей были ещё совсем не интересны, одежды, не всегда угадывая с размером. По началу он даже боялся дышать рядом с ней. Но со временем стал более смелым, но не менее тревожным. Стоило только Виталине немного покряхтеть, чихнуть, как мы всем семейством выдвигались в больницу, чтобы убедиться, что ребенок здоров.