Попал! Том 6 (СИ)

...В просторной столовой штаба собирался народ. Большинство кланов уже умылись и ожидали завтрак. Утром Астафьевы приняли эстафету кухарства и заканчивали приготовление каши.
— Когда там уже задание придёт? — зевал Муромов, сидя на стуле и пялясь на монитор.
— Сказали же: в восемь утра, — проворчал Жуков.
— А сейчас сколько?
— Семь — сорок пять.
— И мы ещё не ели! Чем там заняты Астафьевы?! — возмутился Муромов, поглядев в сторону окна выдачи. От туда доносился вполне съедобный запах, гремела посуда. Повара явно торопились.
Многие спортсмены закивали, поддерживая возмущение. Действительно, пора бы уже позавтракать.
В гостиную прошёл Томи со своей командой.
— А вот и Романов, — негромко произнёс Муромов, взглянув на Калашникова.
Владимир перевёл взгляд на Томаса, а после продолжил разговор с Александром Грозным. Рядом с ними расположилась Воронина. Она украдкой бросила взгляд на Томи и так же продолжила участие в дискуссии. Катерина Долгорукая, в это время, общалась со своей телохранительницей Алиной. Заметив Томаса, тут же отвернулась, чтобы не встретиться с ним глазами.
— Привет, Томас, — поздоровался Злобин. Скромный мужчина сорока лет. Каштановые кудрявые волосы, невысокого роста, около ста семидесяти трёх. Рядом с ним сидела та самая девушка, что остановила Томи в коридоре и просила убить Муромова.
— Привет, — ответил Романов и остановился со своей командой возле одного из свободных столов.
— Говорит Астафьев, — прозвучало из динамиков. — Прошу кланы к завтраку!
— Ну наконец-то! — хмыкнул Муромов. — Чур, мы первые! Я занял очередь с самого утра! — поспешил он за подносом и тарелками к окну выдачи.
Остальные только пожали плечами, мол молодой и энергичный, пусть бежит...
...Завтрак прошёл достаточно быстро. Спортсмены спешили поглотить кашу, всё-таки задание должно вот-вот придти. Многим не терпелось узнать: что за состязание впереди, адреналин так и пылал! Если будет нечто похожее со вчерашним днём, то будет непросто.
Когда на часах было без одной минуты восемь, спортсмены покинули столовую и разошлись по кубрикам. Толпиться всем девяносто людям было шумно, а хотелось обсудить подробности предстоящего соревнования. Но после обсуждения Томас, как и остальные главы кланов, решили собраться вновь в кабинете переговорной.
— Господин, пленники готовы, — указал Сергей на построенных у стены кубрика Шульц и британца с бразильцем.
Томи итак лично видел, как их отвязали от кроватей и подвели к стенке.
— Кто хочет участвовать в переговорах? — задал он вопрос гвардейцам.
— Я!
— Я!
Подняли руки Казбек и Сергей.
— Давайте, кто-нибудь из новеньких, — отклонил их кандидатуры Томи. — Нужно и молодым птенцам опериться. — он оглядел молодняк. — Ну же, смелее.
— Разрешите, господин, — поднял руку Фомичёв.
— Я бы тоже поучаствовала, — скромно произнесла Быстрова.
— Отлично! — кивнул Томи. — Быстрова, отправься к штабу бразильцев и сообщи о пленнике. Пусть будут готовы через двадцать минут на разговор.
— Есть! — энергично выкрикнула девчонка, затем вдруг сдвинула брови. — Но... как мне найти их штаб среди десяти...
— Знамя Бразилии на флагштоке, — пояснил Томи, почесав щеку. — У каждой страны своё знамя, забыла?
— Точно! Простите! — чуть покраснела девчонка от своей глупости.
Томас понял, что, видимо, Вика слишком переживала. Может, стоило вместо неё отправить кого-то другого? Нет. Пускай пробьёт эту стену самостоятельно.
— Фомичёв, отправишься к британцам.
— Есть!
— Алён, если имеешь желание прогуляться, то Германия ждёт, — взглянул Томи на Баринову.
— Я только за, — кивнула тренерша, щёлкнув шеей.
— Только не устраивай там поединки. Мне ещё переговаривать с ними.
— Конечно, господин, можете не сомневаться в исполнении задания, — кивнула Алёна.
— Хорошо, — кивнул Томи в ответ. — Тогда у вас семь минут на исполнение. Вкратце обрисуйте ситуацию с пленными. С остальынм я сам разберусь.
— ЕСТЬ! — и гвардейцы отправились на выход из штаба к иностранным командам назначать встречу.
 
— Внимание, участники! — на мониторе, висевшем в кубрике, показался Арсений Крылов.
Не только Романовы устремили взгляд в экран телевизора, но и сотни других спортсменов в своих комнатах. В каждом штабе полигона все внимательно вслушались в слова организатора клановых игрищ.
— Вчерашний день был тяжёлым. Погибло двенадцать спортсменов. В связи с чем организаторы турнира вводят санкции на умышленные убийства. В случае намеренного убийства команда, член который совершил данное деяние, получает штрафное очко. Три штрафных очка, и команда дисквалифицируется с турнира.
Многие задумались о полученной информации. Выходит, организаторы решили рубануть на корню планы отмщения. Ведь немцы горели яростью, чтобы отомстить китайцам, а русские — французам. Те, наоборот, немцам и русским. Помимо этих четырёх соперников, другие команды так же заимели зуб на команду-противницу, участвовавшую вместе на марш-броске.
— Одно очко потратим на того русского аристократа, — произнёс сходу Джамбо Мамоа — капитан команды Центрального Африканского королевства.
— Согласен! Принц желает его крови. Что насчёт второй цели?
— Отомстим японцам. Узкоглазые слишком обнаглели, — хмыкнул Мамоа.
В других штабах так же определяли цели, на которые можно потратить драгоценные штрафные очки.
— Теперь к сегодняшнему состязанию! — продолжал Крылов. — Выберите из каждой команды трёх бойцов. Они могут быть как из одного клана, так и разных. Состязание пройдёт в воде, в буквальном смысле. Учитывайте данный факт. Цель состязания — захват контрольной точки и удержание в течении четырёх минут. Ровно в десять ноль-ноль на нейтральную территорию приедет автобус и заберёт участников, после чего отвезёт на объект, подготовленный для состязания. На этом всё! Удачи, бойцы!
Томи, дослушав объявление, поднялся с койки:
— Ладно. Я на совещание.
— Есть! — ответили гвардейцы.
— А с нами что? — окликнул его молодой бразилец.
— Как приду, тогда и разберёмся.
Томас покинул кубрик и направился по коридору к переговорной. Союзнические кланы ещё находились в своих комнатах, только и слышался отдалённый шум возмущений от штрафных санкций и проклинания французов, которым теперь не выйдет дать по шапке в рамках турнира. Из одной из комнат вышел глава Злобиных и пересёкся с Томасом взглядом.
— Романов, погоди минутку.
— Что такое? — взглянул на него Томи.
— Извини, неправильно было с моей стороны посылать к тебе Марию для обсуждения такого щепетильного вопроса.
— Если ты о своей вражде с Муромовым, я не участвую. — сразу отклонил Томи неприятное предложение.
— Но почему? — удивился Злобин тихим голосом, переживая, чтобы их не услышали. — Против тебя объединились Муромов, Калашников, Воронина. Я протягиваю руку помощи. Помоги разобраться с Муромовым и взамен — я окажу поддержку против Калашникова и Ворониной.
Звучало вполне логично. Да и, ко всему прочему, почему не наладить связь хоть с кем-то из аристократии? Для Томи это был хороший вариант. Однако, ответ его был совсем иной:
— Разбирайся сам со своей ненавистью. И не переживай: наш разговор не дойдёт до чужих ушей. — Томи продолжил путь к комнате совещаний.
Он отказал Злобину из-за ряда причин. Одна из них — неприятие интриг. Если у тебя есть проблема с человеком, то заяви о ней в открытую и реши. Вызови на поединок, в конце-концов. Злобин же решил использовать Томаса в убийстве Муромова. Отомстить чужими руками. Да и в общем, показался мутным типом.
Романов прошёл в кабинет совещаний, понимая, что потенциально у него добавился ещё один противник в лице Злобина. Отказ явно пришёлся тому не по душе и задел самолюбие. Уж слишком "душевнослабоорганизованы" аристократы — обидчивы, словно женщины.
— Приветствую, Томас, — произнесла Воронина, уже сидевшая за столом.