Клан Борзых: Приемыш (СИ)

— Я городской! — привычно недовольно высказался Манулов, чем вызвал смех от соседних столов.
— Для городского ты слишком часто ошибаешься, — усмехнувшись сказал я и решил присоединиться к десятникам. — Где Михалыч?
— Сержант на посту. Считает каждую перевезённую бочку с квашеной капустой и каждую стальную болванку, — скептически усмехнулся Вася. — Никогда не понимал этой тяги к цифрам. Какая разница, посчитаешь ты или нет? Всё равно кончится.
— Ты и к патронам так же относишься?
— Это другое, — тут же заявил Манулов, поправив патронташ на груди. — патроны счёт любят. А капуста, ну её…
— Ты не прав. Капусточка, да белокочанная, тушёная, да с мясцом… ммм… — протянул Быков. — Объедение!
— Сразу видно — на ферме рос, и мычишь так же, — усмехнулся Васька и привычно отпрянул, когда Иван хотел отвесить ему затрещину. — Ха, ещё и мазила! Без пушки в руках даже с десяти метров мажешь!
— Зато одним залпом бью больше, чем ты за час! — похвалился Быков.
— Хватит, письками мериться в туалете будете. Дайте поесть нормально, — оборвал я спорщиков и, дождавшись, пока они успокоятся, сосредоточился на еде. Пусть блюда были не ресторанными, но после недели на пайках показались пищей богов. Если подумать, нас таким не радовали даже в самом начале Бедствия.
— Хорошо живут второлинейщики, — обгладывая ребро и сыто рыгнув, проговорил Манулов.
— Жили, — поправил его я. — Кстати, я в ваших разборках не силён. Почему заводские с деревенскими не в ладах?
— Да нормально всё, — пожал плечами Быков. — Просто повелось так.
— Ха, повелось, — поглаживая полное брюхо, усмехнулся Васька. — Нет, ну сейчас и в самом деле нормально. А вот циклов пятьдесят назад, мне дед рассказывал, было совсем иначе. Может байки то всё, но тогда император, да продлятся дни его вечно, ещё налаживал работу в городе.
— Ага, мне тоже рассказывали. Про гильдейских, что за новый серп или ремонт плуга удавиться готовы были. Хапуги жадные, да ещё и вечно прячущиеся по своим заводам, наружу нос не сунули бы, если бы не припекло.
— Мы хапуги? Да у деда из десяти братьев и сестёр только один выжил, потому что какие-то твари им капусты пожалели! С завода нос не показывали? Да потому что они вкалывали с утра до ночи! Переплавляли, чинили, затачивали… плуги ваши проклятые знаешь, как делать тяжело? Они же и прочные, и гибкие должны быть…
— А ты откуда знаешь? Ты же городской? — усмехнувшись спросил я, и Васька мгновенно осел.
— Так это… дед рассказывал… — он обиженно отвернулся.
— Ну да, ну да. Ладно, скажите лучше, почему всё поменялось?
— Император… — пожав плечами, прогудел Иван. — Всё забрал, всё поделил. Патрон золотой ввёл, опять же. Раньше каждый торговал как хотел, а теперь — только за места при дворе или за имперский патрон. И нормировщики есть, проверяют, чтобы цены не сильно задирали. Да и жить проще стало. Как на фермах появились тракторы, техника разная, животные в хозяйстве полезные.
— Ерунда это всё. Главное — Духи! — вставил замечание Манулов. — Они правда ещё раньше появились, но до того, что было? Кланы те же банды. Каждый сам за себя. В лучшем случае семья тебя поддержит, и всё. С бедствиями-то понятно, сообща справлялись, но жилось плохо всем. А вот когда император самым сильным и отличившимся кланам духов подарил, те разом изменились. Да и не только они. Мы ведь с ним, хоть и разные, но оба из младших семей.
— Вы не забывайте, что я тут недавно, — сказал я, когда стало понятно, что объяснять они ничего не собираются. — Данила что-то рассказывал про младшие семьи и разделение духов, но я не очень помню.
— Так больше и рассказывать нечего, — пожав плечами, ответил Иван. — Если семья большая, а дух сильный — от него может отделиться младший дух, дитё как бы. Ну и это дитё тоже может дать благословение, хоть и не такое сильное. Потом оно растёт, и сила вместе с ним растёт. Многие десятки циклов, гораздо дольше людей.
Так и хотелось спросить: а вы человеческими душами их кормить не пробовали? Но я сдержался.
Пока я зачищал бункер от тварей, тигрёнок умудрился хорошо так отъесться. Пузо не выпирало, как после грудного вскармливания у адской гончей, но и отощавшим он больше не выглядел. Будто даже подрос немного. На пару сантиметров.
 
— И от кого манулы пошли? От рысей?
— Нет, все кошачьи отпочковывались от рода Тигровых. Но его уже нет, вышел весь. Кончился, — с сожалением проговорил Василий. — Говорят, слишком гордые были, только императора слушали, вот и поплатились за всё.
— И кто теперь старший из «кошачьих»? — покосившись на вылизывающегося тигрёнка, спросил я.
— Да как бы нет никого. Рысевы старше всех, но ни один из кланов в совет великих не входит. Слишком молодые, — с явным сожалением вздохнул Манулов. — Потеряли наши рода покровителей, ушла сила.
— Да вы, всё одно сами по себе всегда гуляете, — отмахнулся Иван, и с этим Василий спорить не стал.
— Комиссар здесь? — от входа в столовую крикнул заглянувший боец. Я в этот момент как раз дожёвывал мясо с ребра, а потому лишь помахал рукой, привлекая внимание. — Ваше благородие, простите, что отрываю, но вас Белков очень просит в соседний форт идти.
— Ладно, сейчас доем…
— Нет, он прямо очень-очень просил поспешить, — продолжил настаивать парень.
С сожалением посмотрев на тарелку, я вздохнул, ухватил кусок и, жуя на ходу, последовал за бойцом.
— Говорит, очень срочное дело, но я вообще не в курсе, о чём он. Может, на складе что-то нашёл, может, ещё что… — попытался оправдаться солдат, но я лишь махнул рукой. В туннеле между бункерами было не протолкнуться, сновали рабочие, перетаскивая припасы всех мастей, а сверху на них покрикивал не в меру сердитый Михалыч.
— В чём дело? — спросил я, когда грузчики пропустили меня на нулевой этаж. — Какие-то сложности?
— Работайте! Увижу, что кто-то отлынивает, будете до конца сезона унитазы драить! — рявкнул Белков, и, потянув меня за собой, отвёл в сторону. — Спасибо, что пришли, ваше благородие. Я должен вам кое-что показать, но прошу топать тише.
— Ты меня напрягаешь. У нас проблемы?
— Сейчас сами всё увидите… и услышите, — сказал назначенный завхозом инженер и повёл меня наверх. И если на нулевом мы шли нормально, то стоило подняться на первый, как Белков чуть ли не на цыпочках начал красться. Не став спорить, я тоже постарался не шуметь, и чем дальше мы были от пыхтящей толпы, тем отчётливее я слышал…. Что-то.
А когда поднялись на третий, стало понятно, что это размеренный стук. Удар, несколько секунд перерыва и снова удар. Да такой силы, что с потолка сыпалась пыль. Поманив меня пальцем, Белков буквально подполз к одному из орудий и показал внутрь ствола. Я удивлённо выгнул бровь, но он лишь кивнул.
А когда я сумел примоститься и рассмотреть, что происходит снаружи — вздрогнул. Прямо перед стеной, держась за неё здоровенной лапой, стоял монстр, равного которому по габаритам я ещё не встречал. Квадратный, три на три, весь покрытый пластинами брони, но что куда хуже — он не бил, он стрелял. С периодичностью в несколько секунд. Наклонившись к стволу, я отчётливо услышал гудение заряжаемой пушки.
«Ты это видишь?» — спросил я у Сары.
«Да, но лучше бы не видела. Я не зря перестраховалась и убрала все сигналы, отключила связь с дронами и остальное», — быстро проговорила система. — «Это Джагернаут, штурмовик из старших. И нам нечем пробить его броню. Когда он пробьёт стену, не оставит в живых никого».
«И не с такими справлялись», — не собираясь сдаваться, приободрил я Сару.
«Нет. С такими вы не сражались. И я не знаю, чем его можно убить даже в теории, у нас нет таких пушек», — проговорила система, качая головой.
«Значит, найдём другой способ. Победить можно любого».
«Нет. Не с нашим оружием. Я говорила. Я предупреждала. Нужно было думать лишь о собственном выживании. Если бы мы взяли и развили систему маскировки, то могли бы дождаться, пока стена рухнет, пропустили его мимо и сбежали! Но сейчас… мы должны уйти! Немедля!!!»