Клан Борзых: Приемыш (СИ)

— Это с кем я сторговался? Вроде всё нормально решали.
— Да? Ну, остальным так не показалось, — пожал плечами Данила. — Я бы даже сказал, что почти все уверены, что ты подкупил Филиновых. К слову, артефакты ты в комнате оставил?
— С какой стати? Они нам в бою пригодятся, а тут от них никому толку не будет.
— Тебе виднее, но я бы так рисковать не стал. Говорят, старые вещи довольно хрупкие, — покачал головой парень. — Смысл их не передовую тащить?
— Мы же с тобой в одной лодке будем, вот и увидишь.
— А лодка тут причём? — нахмурился Данила, но я лишь махнул рукой. — Ладно, как знаешь. Пока мы не выехали, хочу один момент прояснить. Пусть сестра и назвала тебя побратимом, но это не делает тебя Борзым, и уж тем более не делает княжичем. Так что… в общем, со мной идёт моё рыцарское копьё, боевые товарищи, с которыми мы много всего пережили. Они будут подчиняться мне, как и остальные из клана.
— Хм. Ты, судя по всему, не спрашиваешь, а предупреждаешь.
— Ну, я подумал, что легче этот вопрос сразу прояснить, во избежание недоразумений. Не знаю, что у вас с Ольгой происходит, да если честно и знать не хочу. Но одно дело гостеприимство и кровное братство, а совсем другое — братство боевое. С наёмниками ситуация сложнее — у них свои командиры, и тут уже как договоришься.
— Да там этих наёмников… — поморщился я, вспоминая вчерашний день. В этот момент лифт дзынькнул, двери отворились, и я увидел, что в холле здания настоящее столпотворение. При этом Борзых было очень легко отличить от остальной разношёрстной толпы. Парни и девушки все вытянутые, худощавые, высокие, в одежде на манер военной формы.
— А вот и он! — ехидно усмехнулся князь Владимир. — Максим, не расскажешь, о чём вы таком договорились с бароном?
— Эй, ты что ли наш наниматель? — подался вперёд детина, под два метра ростом и с таким размахом плеч, что странно как он в двери проходит. Да и мышечной массой природа его не обидела. — Надо утрясти проблемы, а то говорят оплаты не будет!
— Конечно не будет, до исполнения договора, — как ни в чём не бывало ответил я, хотя мужик возвышался надо мной. — Или ты решил взять плату и свалить?
— Видел я ваше поганое письмецо, — вставил другой, низкорослый мужичок с выдающимися завитыми кверху усами и в шапке с ушами словно чепчик детский, только толстый. Ловко протиснувшись вперёд, он встал рядом со здоровяком. — Только вот барон совсем другое обещал. И по патронам, и по местам во дворе.
— Я-ясно, — протянул я, осматривая толпу. Кажется, Сорокин решил пойти ва-банк и привлечь толпу. Если всё будет хорошо и спрос останется низким, мы… да что там, я лично, окажусь должен ему кучу мест в следующие сезоны, что буквально разорит клан и поставит его на грань уничтожения. Может даже попытаются отжать сталинку.
Вот только и отказываться от такой толпы не с руки. Каждый человек на передовой — это дополнительный ствол. И уж, конечно, клану легче потерять наёмников, чем своих людей. Правда, Данила мне недавно напомнил, что дела клана меня не особенно касаются, а что у нас с Ольгой и в самом деле непонятно.
— Эй, народ, слушаем сюда! — гаркнул я что есть мочи, но обернулись лишь те, кто был в ближнем радиусе. Впрочем, мне и этого хватит, передадут если что. — У нас с бароном договор. Не знаю уж как он его вам передал, но условия такие — мы нанимаем и платим ему, он расплачивается с вами. Мы свою часть сделки выполним, это без вопросов. И проследим, чтобы он выполнил свою. Но прежде придётся поработать.
— Я клановым не очень-то верю, — сказал мужичок в ушанке. — Специфика работы такая. И пусть раньше Борзые никого не кидали, ну так не просто же так тебя ждали за них говорить. Ты вообще кто?
— Тот, кто заключил с Сорокиным сделку, — улыбнувшись сказал я. — И ты — тот, кто залучил с ним сделку, только уже другую. Или тебя интересует имя?
— Да не особенно… хотя, если придётся с тобой работать, не плохо бы познакомиться, — легко ответил мужичок. — Василий Манулов, из городских.
— Нам-то не гони, городской, — заржал громила. — По твоей опалённой роже сразу видно, что из мастерских сбежал. Городской… Я Быков, Иван.
 
— Бабров Максим, — ответил я, когда понял, что остальные представляться не собираются. — Всем выйти для построения напротив здания! Вышли все!
— Хм, а у тебя неплохо получается, — усмехнулся князь Владимир. — Я уж думал, что мне придётся вмешиваться. Спасибо, что обошлось. Только вот ты уверен, что договор будет исполнен? Мы-то свою часть обеспечим, а вот Сорокин? Как бы не признал себя банкротом и не пошёл на передовую искупать. С него станется.
— Мы с ним договаривались на вполне определённые расценки и количество. Обещали пять сотен мест — отдадим пять сотен. Что он с ними собрался делать и как выкруживать остальное — не наше дело, — отрезал я. — То, что он собрался на нас нажиться, предоставив больше людей, чем нужно, — это его проблемы.
— Свидетелей не было, бумажного договора нет, — покачал головой князь. — Наше слово стоит дороже баронского, но, если ты не прав, это принесёт большие беды.
— Понимаю, — мрачно проговорил я, — этим разношёрстным стадом придётся как-то управлять. А они, похоже, ещё и не в ладах друг с другом.
— Не то чтобы не в ладах, просто тут заводские и фермерские собрались вперемешку. Настоящих дворян всего человек десять, но они вон, особняком держатся и под твёрдые контракты сразу пошли, — прокомментировал Данила, указав на группу хорошо снаряжённых и вооружённых людей.
— Не волнуйся, копьё Данилы состоит не только из юнцов. Будет кому прикрыть твою спину, — хлопнул меня по плечу князь. — К тому же у форта есть свой комендант. На передовой будет, по крайней мере, пять родов и смельчаки, что решат встать с нами плечом к плечу.
— Фигурально выражаясь, насколько я понимаю? — усмехнувшись посмотрел я на Владимира, но тот лишь улыбнулся в ответ.
— Я отпускаю тебя со своим старшим сыном и наследником. Не думаешь же ты, что я хочу его гибели? Нет, мы сделаем всё, чтобы вы выжили, но оставлять клан на… поддавшуюся духу-покровителю — не самое лучшее решение. Пока Ольга не совладает с новой силой, кто-то должен проследить за кланом.
— А если она вдруг случайно погибнет…
— Даже думать о таком не смей, Старый, — рыкнул князь. — Она наша глава. И пусть она сейчас не слишком адекватна, мы сделаем всё, чтобы её защитить и вернуть ей разум. После она одумается.
— Не похоже, чтобы вы считали благословения духов чем-то хорошим.
— Это жизненная необходимость, — взяв себя в руки, ответил Владимир. — Но это не значит, что можно ею злоупотреблять. Идём.
— Пушечные расчёты — в правую колонну. Канониры два шага вперёд. Отлично — вон туда. Заряжающие — шаг вперёд, стройтесь рядом, — уже отдавал приказы какой-то седой гладко выбритый мужчина в ватнике и ботинках со стальными носками. — Снайперы, два шага вперёд. Есть снайперы? А вот это плохо… Ваше сиятельство, у нас проблемы, две сотни пехотинцев нам ни к чему, они только ресурсы проедать будут. А всех специалистов мы уже отобрали.
— Ну что. Максим, решай, — встав вполоборота сказал князь. — Семён прав, такая толпа в капонире будет только мешать. Но и платить тем, кто отправится на стену вместе с другими кланами нет никакого смысла.
— Ясно, — проговорил я, осматривая толпу. Две роты пехоты, как-то… до старшины я дослужился, даже лычку и направление в академию получил, да только что толку? Ротой мне управлять никогда не доводилось даже в мирное время, а тут война. Как они себя поведут, что с ними делать?
Взглянув на Владимира, я заметил ехидный прищур. Похоже, князь всерьёз рассчитывал, что я откажусь от такой роли. Хочет, чтобы я публично признал, что он старший и попросил о помощи? Или наоборот, проверяет, насколько я разумен и могу ли признать собственное незнание.
— Бойцы, в данный момент нам нужно лишь сто человек пехоты, — громко сказал я, шагнув вперёд. — Именно на такое число мы договаривались с Сорокиным, и такое было оплачено заранее. Передовая — это не курорт, вы сами прекрасно это знаете. А потому скажу честно — если барон договаривался с вами иначе, лучше пойти к нему сейчас и отказаться от этой авантюры. От себя добавлю: пусть меня вы не знаете, но я буду с вами на передовой, так что в моих интересах, чтобы народу было побольше, но честь важнее.