Клан Борзых: Приемыш (СИ)
— Я не против. По крайней мере в одиночку шататься без дела не вижу смысла.
— Это хорошо. Данила! Вверяю тебе нашего нового собрата. — прикрикнул князь, и не дожидаясь, пока сын подойдёт, отвернулся, занявшись своими делами.
— Ну что, пойдём? — спросил улыбчивый парень, хлопнув меня по плечу. — Ты же с самого приезда ничего не ел? Так что подкрепимся, заодно послушаем новости!
— У вас тут централизованное радио?
— В городе живёт почти два миллиона человек, — не без гордости ответил парень. — Так что есть возможность заниматься всяким. Нам по истории рассказывали, что в первые циклы людям не до творчества было. Пока у большинства были рабочие артефакты — слушали песни и фильмы смотрели. Так и отдыхали. А потом пришлось всё заново восстанавливать. Теперь у нас и театр, и кино, и радио своё есть, ещё и несколько штук. У нас даже свой проектор есть, в холле, не у каждого клана такой!
Парень рассказывал с горящими от восторга щенячьими глазами, даже не догадываясь, что у каждого из нас в кармане лежал и телефон, и камера, и компьютер, и всё что только можно представить в одном флаконе. Слышать такое было странно, но вспоминая в каких условиях они живут…
— Слушай, а историю у вас хорошо преподают? — спросил я, пока мы спускались на лифте. — Как вам вообще удалось выжить, если каждые три месяца новая катастрофа?
— Имеешь ввиду Бедствие? Скоро и сам узнаешь! — рассмеявшись ответил парень. — А вообще, я же тебе книгу давал, кодекс выжившего…
— Ну сейчас всё более-менее понятно. Гигантские оборонительные линии, стены, рвы и всё подобное, но в начале-то как?
— А, ты про это… Ну, говорят, плохо было. Нас сейчас куда больше, чем осталось в первые циклы. Выживал каждый сотый. Но тогда у человечества было супероружие, которым затыкали Бедствия и даже закидывали его за грань, — вспоминая, чему учили, объяснил Данила. — Термо-атомное оружие, кажется, так называлось.
— Термоядерное или атомное, — на автомате поправил я и задумался. Под Москвой действительно располагалось множество пусковых установок противоракет. Ядерный щит последнего шанса. Если считать баллистические ракеты, должно было набраться штук сорок- пятьдесят. И в самом деле на первый десяток лет хватит, даже если затыкать каждую дыру ядерным взрывом.
— Да как бы они ни назывались, их же давно уже нет, — отмахнулся Данила. — Но главное тут что? Бедствие бедствию рознь! Орден учит, что Обелиск дарует лишь те испытания, что нам по силам. Правда, в последние циклы было всё даже слишком хорошо… Говорят, это значит, что дальше будет только хуже…
— Мало ли что болтают.
— И то верно! — легко поддержал меня парень. — Но ты же видел кодекс? Там чего только не было за сотни лет. Природных катаклизмов ничуть не меньше, чем остального. Бывает, конечно, совсем туго. Мне дед, пока жив был, рассказывал, что в его молодости на город обрушилось вторжение христианских демонов вместе с грешниками и культистами. И ничего их не брало кроме крестов и молитв. Ни оружие, ни магия!..
— Магия? — встрепенулся я. — Это ты сейчас про летающие кристаллы, что над фермами? Или типа… ну… огненные шары из рук, молнии?
— Что, интересно? Мне тоже… — вздохнул парень. — Нам чего только не рассказывали, слухи ходят — аж голова кружится. Вроде и летать могут, и одним взглядом замораживать, и всякое… Но для этого нужно Дар получить, победить кого-то из вражеских Чемпионов, забрав его жизнь благословенным оружием, и принести Искру к Монолиту. В общем, совершить подвиг, да не один, а несколько!
— Благословенным — это вроде моего кинжала?
— Ну теперь уже твоего. Хотя, поверь, его заметили и теперь хряки тебе мстить за убитого сына будут жестоко. В городе они, конечно, не осмелятся в открытую нападать, но на передовой разное может случиться, — хмыкнул парень. — Вообще странно, что тебя, бездетного, в первую линию посылают, или вы с Олей уже…
— Ты на что, княжеская морда, намекаешь?
— А я что? Я ничего! — тут же пошёл на попятную Данила. — Просто… ну странно, что она вот так себя ведёт. Нет, понятно — великое благословение, родство с покровительницей, но, чтобы чужого в род вводить?.. Ну вот мы и подумали…
— Вы это кто? — уточнил я. — Ты же ни с кем и переговорить не мог толком. Всё время на виду и рядом с нами.
— Так клан-то маленький. Все всех и про всё знают, а слухи от подвала до чердака разлетаются за секунды! — пожал он плечами. — К тому же если ты мелкого борьку прикончил и за брата Игоря отомстил, то почему нет? Оля и так в девках засиделась.
— Значит, ты на передовую не поедешь? — решил я сменить тему, когда мы вошли в просторную и почти забитую до отказа столовую. Вот только ряд столов оставался пустым. Только полные рюмки, накрытые кусочком чёрного хлеба, по центру каждого красноречиво говорили о причине такого поведения людей.
— Почему не поеду? — удивлённо оглянулся на меня Данила. — У меня у самого уже шестеро карапузов. От каждой супруги по двое, почти все погодки. Шумные, ну так в тесноте да не в обиде.
— Шесть детей в… тебе сколько лет? — ошарашенно спросил я. — Возраст в смысле у тебя какой?
— А, понял. Тринадцать циклов, — ответил парень, довольно улыбнувшись. — А у тебя сколько было? Ну до того как…
— Ни одного. Не принято у нас было до двадцати пяти детей заводить.
— Ну это вы зря так, — сочувственно покачал головой парень. — Так и без детей умереть можно. Остаться совсем без продолжения рода.
— Внимание! Срочное объявление от председателя княжеского совета и главы ордена обелиска! — донеслось из динамика под потолком, прерывая наш разговор. — Всем внимание! Говорит и показывает Кремль!
Глава 10
В столовой мгновенно наступила тишина, свет приглушили, и люди с неподдельным интересом поворачивались к стене, на которой появилось изображение флага с двуглавым орлом, держащим в лапах меч и молнии. Но стоило уйти гербу, и появиться мужчине на троне, за спиной которого стояло несколько женщин в богатых нарядах, как все в зале вскочили, приложив руку к груди.
— Его императорское величество Александрит Первый, с супругами, — представил диктор, хотя, уверен, все кроме меня и без того были в курсе. Светловолосому мужчине было лет под шестьдесят, его спутницам не на много меньше, все подтянутые, моложавые и представительные. Но мой взгляд оказался прикован лишь к одной.
Стоящая по правую руку от императора женщина, с длинными русыми волосами и такими знакомыми немного грустными глазами. Ком встал поперёк горла, не давая вздохнуть. Надя? Здесь, сейчас? Я помотал головой, пытаясь сосредоточится. Нет. Возможно, и не она, возможно… но сердце защемило, и в нём крепла уверенность в том что это именно сестра, пусть изменившаяся и сильно постаревшая.
— Граждане, братья и сёстры, послезавтра начинается Бедствие, но оно не станет для нас неожиданностью или испытанием. Мы все и каждый из нас проходили через подобное неоднократно. Дворяне, готовые положить жизнь за наше отечество, стоят на страже вашего спокойствия. Труженики тыла обеспечивают нас припасами и едой. Учёные восстанавливают артефакты прошлого и создают новые могущественные предметы. Лишь вместе мы справимся с любой угрозой. А в случае крайней нужды, помните, император с вами!
— Да здравствует вечный император! Да здравствует род Хозяина! — в едином порыве проорали сотни глоток, мужчины и женщины в столовой били себя в грудь, пока изображение не сменилось лицом князя Филинова, стоящего рядом с растянутым звездой ползуном. Тварь была давно мертва и разделана для наглядности, некоторые внутренние органы были отдельно подсвечены.
— Как можно встретиться с императором? — спросил я, поймав паузу в выступлении и чуть толкнув Данилу.
— Ты что? Это великая привилегия. Только если он сам захочет тебя вызвать за подвиг или…— отмахнулся парень. — Не забивай голову, лучше смотри.
— Добрый день, гражданам империи и благородным домам! — улыбаясь проговорил он. — Благодаря самоотверженности разведчиков и трудолюбии учёных нашего рода мы точно знаем, с чем столкнёмся через два дня. Перед вами — ползун, низшая из тварей погибшего технократического мира.