Гарем и легкость. Книга от депрессии (СИ)

— Бәрі мәңгі тұрмайды… — вежливо добавил он под скрестившимися на нём взглядами почти всех присутствующих фемин, почти всех рас.
_________
Какое-то время беседа за столом шла на общем эльфийском, к немалому неудовольствию Бронкса, не понимавшего в происходящем ни слова.
Примерно через четверть часа, в одном из входов, появились ресторанные подавальщики; и принялись быстро сервировать стол, по двое служек на каждого присутствующего.
Неприметный парень из ресторанной обслуги, аккуратно поставив заварочный чайник между Бронксом и Макпал, тут же красноречиво метнул с подноса и блюдо с мелко нарезанными укропом и зелёным луком:
— Мне сказали, Вы понимаете, о чём речь, — деликатно прошептал он на ухо гному.
— Более чем, мой друг, — солидно покивал в ответ сын подгорного народа и расстался с ещё одним золотым, исчезнувшем в нагрудном кармане подавальщика.
— Я очень извиняюсь, если лезу не в своё дело! — подал со своего места голос принц темных эльфов, обращались к хану. — Но нам никто не говорил, что ваша старшая дочь вышла замуж! Как давно это произошло, если не секрет?
В глазах дроу играла издевательская усмешка.
— Любезный, — перехватил слово Бронкс, демонстративно не глядя отца своей невесты. — Ты был прав в первой части своего предположения: ты действительно лезешь не в своё дело. В некоторых университетах, преимущественно гуманитарных, есть такие предметы: страноведение и этнопсихология. Вы, видимо, либо в хороших университетах не учились — либо предметы эти просто прогуляли. В отличие от вашей матриарха, со всем моим к ней уважением, — Бронкс, нисколько не рисуясь, искренне прижал свою правую руку к левой половине груди и склонил на секунду голову, — в народе гномов все решения принимаются исключительно по мужской линии.
Глаза Хана орков метали молнии. Его пальцы нервно барабанили по столу.
Жёны Хана, они же матери Макпал, смотрели на новоявленного «жениха» с тщательно скрываемым интересом.
— На этой беседе не присутствует никого из моего государства, кроме меня, — гном рассеянно огляделся по сторонам и вернул укоризненный взгляд отцу Макпал. — Потому от имени своего народа на последний вопрос отвечу я. В нашем с Макпал случае, правильнее будет сказать, не Она вышла, — Бронкс привычно и звонко шлепнул подругу пониже талии. — Правильнее будет сказать, гном на ней женился.
— Не уловил нюанса, — вставил свой медяк светлый эльф, неожиданно с ненавистью посмотревший на собственную светлоэльфийскую спутницу, таращившуюся во все глаза на гнома. — А какая разница?
— В праве собственности. — Серьёзно ответил Бронкс, отхлёбывая уже налитого руками Макпал чая из их собственного заварника. — Моя женитьба на ханшайым — это семья гномьего народа. При всём уважении, — он коротко поклонился Хану. — Гномьего, и ничьего более. Соответственно, за новообразованную семью представителя подгорного народа даже Хана всех орков, несмотря на несомненное его величие, отвечать не может.
Последние слова были произнесены Бронксом чётко и с вызовом. Сам он в упор разглядывал принца дроу.
— И я не до конца понимаю твой неуместный интерес к моей семье, дроу. Попридержи язык, и он доживёт внутри твоего… м-м-м… организма до самой твоей старости.
Отец Макпал, до сего момента наливавшийся нездоровым багрянцем, неожиданно выдохнул и почти вежливо процедил сквозь зубы:
— А ты можешь говорить и от имени народа?
— Да. — Бронкс с вызовом посмотрел на будущего тестя. — Я поясню, — тут же добавил он, усиливая вновь поднявшийся резко накал напряжения. — Во-первых, я не вижу за этим столом никого из гномов. Сам попал сюда случайно. Нашего договора о дружбе никто не отменял, потому логичен вопрос: почему вы именно нас обнесли сегодняшним приглашением? Собрав всех послов, кроме нашего?
— Ты не сильно ли много злоупотребляешь гостевым статусом, …? — последнее слово Хан пробормотал неразборчиво.
 
Хотя и так было понятно, что это какое-то ругательство.
Бронкс пожал плечами, поднял из-под стула потёртый армейский мешок и извлёк из него стальную коробочку.
Изящная безделица моментально привлекла внимание всех фемин за столом и качеством работы, и миниатюрным цифровым запором на ней.
Набрав код, гном раскрыл маленькую шкатулочку и явил заинтересованным взглядам сверкнувший платиной и золотом медальон.
А через пару мгновений на его груди красовалась Звезда, военная награда гномьего народа, дающая определённые привилегии своему владельцу.
— Ух ты! Двузначный номер! — светлая эльфийка, явно игнорируя недовольство собственного спутника, благодаря отменному зрению успела разглядеть цифры гномьей вязи внутри непростого контейнера.
— Верите, что Звезда моя? И по праву? — уточнил гном, не мигая глядя на Хана. — Как верховный командующий своей страны, Статут нашей первой в списке и главной награды можете и знать. Я. Имею. Право. Говорить. От. Имени. Гномов. — Бронкс щедро отхлебнул из пиалы и добавил. — Если никого более из посольских рядом нет.
Макпал, метнув неожиданно злобный взгляд на родного отца, будто невзначай извлекла из кармана судейский амулет. Тот светил ярким и ровным зелёным цветом.
Порывистым движением она неловко зацепила собственную рубаху спереди, и её передние выпуклости открылись присутствующим сильнее, чем того позволяли приличия.
— Прикрывайся при людях, — неприязненно уронил отец.
— Хан. Не нужно обращаться к моей женщине без моего разрешения. — Голос Бронкса, казалось, опустил температуру окружающего воздуха ниже точки замерзания воды в лёд. — Я чту законы гостеприимства, но и ты не заходи за линии. Пожалуйста.
- Құдай сақтасын!.. — опять всплеснула ладонями одна из матерей Макпал.
Сама орчанка демонстративно долила гному из заварника в пиалу до краёв, затем повторила это же со своей посудой.
— Выпьем чаю, что ли? — как ни в чём не бывало, предложила она спутнику.
— Много чего по пьянке ранее делал, но до женитьбы ещё дело не доходило, — тихонько прошептал он ей на ухо, ударяя краем своей пиалы об её посуду по гномьему обычаю.
Новообразованная семейная пара, о которой не подозревали даже члены семьи невесты (не говоря уж о родне жениха), залпом употребила свой чай и жадно потянулась к нарезке из лука.
Под ошалевшими взглядами матерей Макпал.
Под нечитаемым взглядом Хана, который не отводил взора от гномьей Звезды напротив себя и силился что-то припомнить.
Дроу сверлил Бронкса взглядом столь ожесточённо, что, казалось, готов был его поджечь на расстоянии.
— А какой номер указан внутри коробочки? — неожиданно спросил отец Макпал, указывая взглядом на гномий запирающийся контейнер для драгоценностей и подобных мелочей.
— Тридцать четыре. — Ровно ответил Бронкс. — Но я надеюсь, вы хоть сейчас останетесь в рамках приверженности нашим с вами договорам. — «И не распустите язык прямо за столом» было прямо не сказано, но явно подразумевалось.
— А я всегда знала, — мстительно и неожиданно выдала захмелевшая с непривычки Макпал, глядя почему-то на своих матерей. — А я вам всегда говорила! — она назидательно вздела вверх указательный палец нетвёрдым движением нетрезвого разумного.
* * *
Несмотря на явственно ощущавшееся за столом напряжение, через какое-то время присутствующим феминам удалось стабилизировать всеобщее настроение, и разговор вернулся к тому, ради чего всё и затевалось.
 
Бронкс, к своему величайшему удивлению, обнаружил, что собравшаяся элита обсуждала, ни много ни мало, стыковку внутренних монетарных политик.