Перо коннекта (СИ)

— Хватит! Будете рыпаться — отметелю, как последних холопов. И сотнику Яромиру пожалуюсь, что его подчинённые вконец оборзели.
— Так это, сударь… — На лице пострадавшего отразилась работа мысли. — Вы, стало быть, сотника-то нашего знаете? И в город по делу прибыли?
— А ты думал? Короче, вот. — Снегирь достал золотой целковый и швырнул его привратникам под ноги. — Плату я внёс, воспитательную беседу провёл. Живите и радуйтесь.
Миновав караулку, он выехал на неширокую мощёную улицу. Слева обнаружился дешёвый кабак, справа — оружейная лавка. Их владельцы, очевидно, рассчитывали на то, что странник, прорвавшись-таки в Тень-город, первым делом накатит сотку для храбрости, затем пополнит свой арсенал и лишь после этого погрузится в клоаку… то есть, тьфу, в бодрящую атмосферу приключений и авантюр.
Дверь кабака распахнулась, и на крыльцо вылетел взъерошенный тип в нательной рубахе. Судя по характеру бега, он получил сапогом под зад. Сверзился со ступенек, тут же вскочил, развернулся и кинулся обратно к двери — но из проёма ему навстречу прилетела массивная табуретка. Она с деревянным стуком ударила его между глаз. Тип с размаху опрокинулся навзничь и остался лежать в таком положении.
Снегирь неторопливо проехал мимо.
Если бы он был в городе впервые, то, пожалуй, заглянул бы в кабак, послушал бы сплетни, чтобы вычленить полезную информацию. Но он тут уже бывал и удостоверился — завсегдатаи заведения озабочены только тем, чтобы обуть заезжего лоха. Подсунуть, к примеру, фальшивый квест. В Тень-городе такая возможность вполне предусматривалась сценарием…
Навстречу прогрохотала телега. Возница, держа ладонь на рукояти меча, покосился на Снегиря. Под дерюгой, которая прикрывала повозку, угадывались мощная туша, с борта свешивалась когтистая лапа.
Из слухового окна на крыше вылез чёрный котяра. Вряд ли бродячий — скорее, пет. Провожая взглядом телегу, он выгнул спину и зашипел; шерсть встопорщилась у него на загривке. Выждав, пока повозка с тушей отъедет ещё на пару десятков метров, кошак двинулся в ту же сторону по карнизу.
Город жил своей жизнью.
Переулок, где Снегирь через четверть часа остановил коня, был безлюден и тих. Ступеньки вели в полуподвальную лавку с вывеской: «Зелья. Эликсиры. Экстракты». Стоило только перешагнуть порог, как в глазах зарябило от стеклянного блеска. Колбы, колбочки, пузырьки, пробирки, мензурки шеренгами стояли на полках и на столах. Имелась тара и покрупнее — баллоны, жбаны, а также мутноватая ёмкость, до боли напоминавшая четверть из-под деревенского самогона.
Толстяк за прилавком машинально изобразил улыбку при виде нового посетителя, но, узнав Снегиря, поморщился и страдальчески произнёс:
— Опять ты?
— В этом городе, — пожаловался Снегирь, — мне, похоже, никто не рад. Тенденция настораживает.
— Ой, я тебя умоляю. Твой вертухайский юмор у меня вот где, — пробурчал торговец, приложив к шее ребро ладони. — Говори, что хотел, и вали отсюда.
— А тебе, смотрю, даже номер кокона напоминать не надо. Память при виде меня сама просыпается? Это радует. Условный рефлекс — полезная штука. Ну, раз так, вопрос к тебе будет следующий, Варя…
Толстяка буквально перекосило. Он рявкнул:
— Я не Варя! Я Варёный-из-Тени, понял? А твои провокации мне — вообще до одного места! Я на них не ведусь!
— Как скажешь, — кротко согласился Снегирь. — Мне нужно знать, что ты слышал о персонаже, которого зовут Бакенщик. Правда ли, что именно он сорвал Черепушкам рейд? Зачем он это сделал и каким образом? Да, и предвосхищая встречный вопрос, сразу уточню — не надо мне советовать воспользоваться поисковой системой. Делись своей информацией.
Торговец побарабанил пальцами по столу и опасливо огляделся, словно хотел проверить, не притаился ли в жбане соглядатай. Сказал, понизив голос:
— Этот Бакенщик — сволочь та ещё. Двум нашим недавно обломал бизнес — Бздыку и Мародёру Тридцать Восьмому…
— А, это те, что игроков кидали?
— Не суть. Они с ним, короче, из-за чего-то поцапались, предъяву кинули. А он к ним пришёл и обнулил ранги…
 
— Стоп. Как это — обнулил?
— Каком кверху! У Бздыка четвёртый был, у Мародёра — седьмой, а теперь — нулевые оба! И близко к ним никто не подходит, потому что слушок пополз — кто с ними корешится, на того тоже перекинется…
— Народный фольклор? Ну-ну. И к администрации с жалобами они, я так понял, не обращались?
— Он их предупредил, что в случае чего в реале найдёт… И хрена ль ты лыбишься? Он, по ходу, и не такое может…
— Ясно, — хмыкнул Снегирь, отметив про себя, что система по какой-то причине не сочла багом этот казус с обнулёнными рангами. — Где Бакенщик тусуется? Как с ним связаться?
— Я без понятия. Он сам приходит, когда ему что-то надо.
— Ладно, а что насчёт Черепов?
На улице что-то лязгнуло, коротко заржал конь. Торговец вздрогнул и замолчал, напряжённо вслушиваясь. Снегирь не чувствовал прямой и близкой угрозы — татуировка-оберег на предплечье никаких сигналов не подавала. Тем не менее он быстро шагнул к двери, выглянул наружу. Его конь послушно дожидался у входа, а переулок был по-прежнему пуст.
— Всё окей, Варёный, не дёргайся. Никого там нет.
— Ага, ну да… Слушай, шёл бы ты уже, а? Мне реально стрёмно… Он на нас, по ходу, наводится — копчиком чую…
— Не зли меня. Если хочешь, чтобы я побыстрей свалил, рассказывай, что там с Черепами. Коротко, внятно. Они, я так понял, собирались в Каньон Клыков?
— Типа того. Дескать, мобов гасить, ага…
— Почему «дескать»? Там и правда мобов полно, причём довольно опасных. В одиночку туда соваться бессмысленно, а слаженной группой — самое то.
— Лут с этим мобов — так себе. Ну, то есть, неплохой, но без уников. Развлечение для народа. Клан-лидам такое не интересно.
— Ну, может, просто хотели рядовых бойцов прокачать?
Варёный огляделся ещё раз, перегнулся через прилавок, и прошептал:
— Там, говорят, скрытый данж. Реально эпический.
— Ерунда. Очередные байки из склепа.
— Тебе виднее, начальник, — сказал торговец с лёгкой издёвкой. — Сам, значит, разберёшься, из-за чего там кипеш. А при чём тут Бакенщик, я не в курсах, реально. Можешь хоть наизнанку вывернуть. И вообще, мне работать уже пора. Зелья прокиснут, пока я с тобой базарю.
Снегирь хотел ещё раз напомнить толстому, какую тот дал подписку и почему не надо наглеть, но поленился. Молча вышел из лавки, сел на коня, доехал до конца переулка и, остановившись там, достал карту. Развернул её и связался через чат с дежурным админом Птичьего Ордена.
***
«Нужно уточнение по Каньону Клыков. Там действительно есть (или готовится) скрытый данж? — поинтересовался Снегирь. — Если да, то дай мне координаты, я на карте отмечу».
«Нету там ничего такого. С чего ты взял вообще?» — отозвался админ после секундной паузы.
«Да так. Приобщаюсь к игровому фольклору. Отбой, спасибо».
Снегирь почесал в затылке, перебирая в уме накопившиеся странности.
Это ведь, если вдуматься, анекдот, образчик абсурдистского юмора. Компания-разработчик вынуждена устраивать шпионскую беготню в игровом пространстве, которое сама же и создала. Хотя у неё на руках все коды, логи и прочее.
Такова специфика, что поделать.
Если игровой социум похож на реальный, то в нём будут и неприглядные тайны, и личностные конфликты, и проходимцы. А тому, кто осуществляет контроль, придётся обзавестись стукачами вроде Варёного. Админов мало, и они физически неспособны мониторить всю виртуальность в полном объёме.
Но дело не только в этом.
Виртуальный мир, достигнув определённой степени сложности, начинает защищать свою логику от попыток регулировки извне. И в последнее время защита эта, похоже, переходит на новый уровень, который откровенно отдаёт мистикой. Может, именно этим пользуется долбаный Бакенщик, когда обходит систему…
От раздумий отвлёк негромкий, но отчётливый металлический лязг.