Перо коннекта (СИ)

Снегирь тут же дёрнул плеть на себя — и сорвал с врага защитный покров.
«Птицелов» перестал быть безликой тенью.
Теперь это был парень лет двадцати, смазливый и мускулистый, в доспехе из кожи морского змея. Но даже такой доспех не выдержал удар плети. На груди зияла обугленная дыра.
Враг пошатнулся. Застонал и, осев на землю, с ненавистью зыркнул на Снегиря.
Сам же Снегирь кое-как поднялся. Он чувствовал себя ненамного лучше противника — соображал с трудом, голова кружилась, боль раздирала лёгкие. А единственной эмоцией была злость.
— Ну, гадёныш, — сказал он, — я тебя закопаю. И не гони мне, что под внушением был… Внушение выглядит по-другому… А тут — преднамеренная атака на Птичий Орден…
— Серьёзно? — просипел «птицелов». — А ты докажи.
— Скриншот.
Произнося это, Снегирь уже знал, каким будет результат.
И действительно — сделать снимок не удалось. Вместо изображения получались сплошные кляксы.
Нужные логи тоже необратимо стёрлись. Как будто он минуту назад не в проулок въехал, а в чёрную дыру, за горизонт событий.
— Ну чё, облом? — спросил «птицелов». — Лошара… Стрелу в спину получил? Скажи спасибо, что хоть не в жопу… Так что вали отсюда, лечись, пока не подох. Экстренный выход — это прям для тебя… Всё равно до портала не доползёшь…
Он ухмылялся уже в открытую.
— Самый умный? — спросил Снегирь. — Самый смелый? Теперь послушай меня. Минуты две-три у меня ещё есть в запасе. К порталу не побегу, ты прав — не имеет смысла. Но вот разобраться с тобой — успею вполне.
— И чё ты сделаешь, клоун? Пёрнешь и кукарекнешь? Давай, хоть орну с тебя напоследок…
— Ты на меня напал не как геймер, а как тёмный колдун. Сам вывел себя за рамки игровых правил. Ладно. Но если так, то и мне начхать на инструкции. Разрулим по-вашему, по-колдунски.
Плеть у Снегиря в руке шевельнулась, словно змея, почуявшая добычу. «Птицелов» отодвинулся, елозя задницей по брусчатке:
— Алё, заканчивай…
— Сегодня, — сказал Снегирь, — я отправил одну девицу в реал, не используя интерфейс. Мистика, согласись? Но мне почему-то кажется, что это — только цветочки… Если постараюсь, то вот прямо отсюда дотянусь до твоего кокона. Будет тебе коннект…
Он коротко дёрнул кистью, и плеть-змея, скользнув к «птицелову», впилась в запястье под рукавом. Заострившись, словно игла, она вошла точно в вену. Снегирь тем временем продолжал:
— Есть логика фэнтези. Она подсказывает, что главный носитель личной информации — кровь. Значит, попробую подключиться через твой кровоток. Попытка номер один.
Глаза у «птицелова» едва не вылезли из орбит. Он изогнулся в судороге, захрипел, засучил ногами. А плеть подёргивалась при каждом ударе сердца; синие блики скользили по ней с негромким электрическим треском.
— С-сука… Найду в реале — убью…
— Ты начал первым! — рявкнул Снегирь. — Думал, я смолчу и утрусь? Хрен тебе на рыло… И не зли меня, мудель, а то могу не сдержаться… Сожгу не только железо в коконе, но и мозги тебе заодно… Ну-ка, давай посмотрим, кто ты вообще таков…
Плеть встрепенулась жадно. Снегирь пошевелил рукояткой. Он чувствовал — ещё пара секунд, и откроется доступ не только к ай-пи этого ублюдка, но и к его сознанию напрямую…
И тут «птицелов» не выдержал — заскулил, глотая слёзы и сопли:
— Хватит! Хватит, пожалуйста! Я не хотел! Не знал! Он мне говорил — мы, типа, лоха нагнём! Пернатого полицая! А сами замаскируемся, и нам ничего не будет! Он обманул!
— Так, стоп. Кто конкретно — он?
Но «птицелов» не слышал, вопя:
— Я больше не буду! Честно! Акк удалю! Отпустите только! И отцу не рассказывайте!
Снегирь вздрогнул, не веря своим ушам. И в ту же секунду установилась связь — информация с чужого ай-пи стала приоткрываться. Пока это не был сплошной поток, лишь отдельные вспышки, порции данных. Имя этого гада… местожительство… возраст…
— Восемнадцать? — пробормотал Снегирь. — Неделю назад исполнилось?
— Да! Мне кокон на день рождения подарили! На совершеннолетие!
— То есть ты поиграл пару дней — и уже в говне по самые брови? Пацан, ты феерический долбоящер… Кто тебя отправил против меня?
 
— Колдун! Мы тут с ним пересеклись, в Тень-городе! Он реально крутой, обещал меня сделать учеником… И ранг мне поднял, и силу… Но пусть подавится, я к нему больше на километр не подойду! Только не пытайте, не надо…
Снегирь, опомнившись, выдернул «иглу», убрал плеть.
Руки ощутимо подрагивали.
Он чуть не покалечил малолетнего дурачка, вчерашнего школьника. Формально взрослого, но…
А если бы и правда случайно выжег ему мозги?
От этой мысли мутило, а по спине стекал липкий, холодный пот.
Да и вообще, самочувствие ухудшалось с каждой секундой. Отсрочка подходила к концу, действие яда возобновилось.
— Вали из игры, — сказал Снегирь «птицелову». — Прямо сейчас. И больше не попадайся, иначе…
Пацан исчез, не дослушав.
Снегирю послышался чей-то разочарованный вздох.
А сквозь мутную пелену, окутавшую сознание, пробилась запоздалая мысль — у «птицелова» не было при себе ни лука, ни стрел. Да и напал он спереди, шёл навстречу…
Кто же выстрелил в спину?
Снегирь начал оборачиваться.
Новая вспышка боли погрузила его во тьму.
***
Ему приснился кошмар.
Снегирь раз за разом пытался вынырнуть с илистого дна на поверхность. Но что-то тянуло его обратно — острое и железное. Как рыболовный крюк, вонзённый под рёбра. Видимо, для кого-то на глубине он, Снегирь, был добычей…
Но он, собрав силы, рванулся вверх.
Крюк отцепился-таки, напоследок выдрав из спины кусок мяса.
Тёмная вода расступилась, воздух ворвался в лёгкие.
— Просыпайтесь, молодой человек.
Он разлепил глаза.
И вяло удивился, обнаружив себя не в помещении с коконами, а в незнакомой комнате с бревенчатыми стенами. За окном уже рассвело. Сам Снегирь лежал на широкой лавке — причём лежал лицом вверх, а значит, стрелу из спины уже удалили. Осталась только саднящая боль, но дышать она не мешала. Лёгкое заработало, как положено. И если латали его прямо в игре, то это — магия экстра-класса…
Рядом на табурете сидел шатен с породисто-хищной физиономией и золотой серьгой в ухе. Как говорится — и снова здравствуйте.
— Вот так встреча, — сказал Снегирь. — Господин Ушкуйник, неуловимый и легендарный…
— Оставьте этот иронический тон, — спокойно сказал колдун, — он сейчас неуместен. Нам нужно обсудить серьёзные вещи. Сожалею, что для организации этой встречи мне пришлось причинить вам определённые неудобства.
— Да, мотивировать вы умеете. Стрелу сначала всадили, потом вытащили обратно… Противоречивый вы персонаж, вот что я вам скажу. Мечта сценариста…
— Не тратьте попусту моё время. Молчите и внимательно слушайте. Вы пригодитесь мне — вопрос только, в каком качестве. Лично я предпочёл бы, чтобы вы стали моим помощником.
— И что надо делать? Пол подметать?
— Повторяю — не надо ёрничать. Мне интересны ваши навыки и умения. Помощник в данном конкретном случае — это, по сути, лоцман.
— В каком смысле?
— Чуть позже я сообщу подробности. Вы поможете мне, а я, в свою очередь, позволю вам прикоснуться к древним, запретным знаниям. И научу вас, как их использовать. Это чрезвычайно щедрое предложение.
— Научите? Гм. С одним из ваших учеников я только что пообщался. И как-то, знаете, настроен скептически…
Ушкуйник поморщился.
— Перестаньте. Вы наверняка понимаете, что этот сопляк был просто расходным материалом. Или, точнее, куклой, которую я на время наполнил силой и отправил навстречу вам. Ценных качеств у него было ровно два — молодость и глупость. Такие юнцы отлично поддаются внушению. Вот, собственно, и всё. Он сыграл свою роль. Жаль, конечно, что вы его пощадили…
Это было сказано так спокойно и буднично, что Снегирь ощутил морозную жуть. Как будто зима, вернувшись на миг, выстудила комнату. Он спросил осторожно: