Алексей Косыгин. «Второй» среди «первых», «первый» среди «вторых»

«Вот я, — размышлял Косыгин, — выходец из самых что ни на есть пролетарских слоев, из рабочих, а отец Андрея Александровича, и это он никогда не скрывал, инспектор народных училищ… Это — ладно, и отец Ленина занимал ту же должность… Но отец Жданова еще и профессор богословия… Этот факт сам Жданов не афишировал… В ЦК знали, конечно, но никто даже словом не обмолвился… Все — благодаря авторитету Жданова, его взаимоотношениям с „Самим“… Дело еще и в том, что Андрею Александровичу повезло — попав в „революционную струю“, оказался уже в двадцатые годы на первых государственных постах… Знакомство со Сталиным, преданность ему — бескомпромиссная… все сыграло „на руку“… И команду он формировать умел… этого не отнимешь… И „борец“ был, но — разборчив, где надо — зажимал, где надо — поддакивал, где надо — „головы сносил“… „Дружил со всеми и против всех“… И скрытен, очень скрытен, никто не знал, как он себя поведет… Но многому у него научиться можно было, многому…»
Парадоксально, но не только жизнь, но и смерть Жданова послужила импульсом к новому витку карьеры Косыгина. Уже 4 сентября он был переведен из кандидатов в состав членов Политбюро ЦК ВКП(б) [299].
 Андрей Александрович Жданов. 1940-е. [РГАСПИ. Ф. 77. Оп. 1. Д. 1008] 
То есть еще на одну ступеньку поднялся вверх по карьерной лестнице. Кто такой член Политбюро ЦК ВКП(б)? По сути, он оказался в «клане» наиболее влиятельных членов Центрального комитета, определявших не только политику партии, но и всего советского государства. Но осознал он это чуть позже, а пока все мысли об одном — о денежной реформе…
…На посту министра финансов Косыгину предстояло разрешить проблему госдолга, важную не только для государства, но и для многих миллионов советских граждан. В ходе денежной реформы была проведена конверсия государственных займов с обменом облигаций 1938 года.
Свои предложения Косыгин представил — на имя И. В. Сталина — 20 сентября 1948 года в пространной «Записке», содержавшей детальный анализ ситуации:
«Обмен облигаций займа 1938 года на облигации вновь выпущенного Государственного 3 % внутреннего выигрышного займа по соотношению 1:5 производился одновременно с обменом денег.
Всего у населения имелось облигаций займа 1938 года на 2 млрд рублей, из них было предъявлено для оплаты наличными деньгами на 1 131 млн рублей и обменено на облигации нового свободно обращающегося займа на 778 млн рублей.
…Конверсии подлежали следующие займы, размещавшиеся среди населения в 1936–1946 гг.: заем второй пятилетки, Заем укрепления обороны Союза ССР, заем третьей пятилетки, четыре военных займа и Заем восстановления и развития народного хозяйства СССР.
…Наряду с займами, размещенными среди населения, конверсия распространялась также на займы, размещенные за счет средств кооперативных организаций и колхозов.
…В отличие от прежних займов, по которым выигрыши исчислены за двадцатилетний срок в среднем из расчета 4 % в год, по конверсионному займу доход выплачивается из расчета 2 % в год.
Обмен производился по соотношению три рубля в облигациях прежних займов за один рубль в облигациях конверсионного займа. Срок обмена облигаций был установлен — с 3 мая по 1 августа 1948 года. Обмен облигаций производился в сберегательных кассах, а также непосредственно в предприятиях, учреждениях и колхозах.
Правилами обмена, утвержденными Советом министров СССР, были определены условия обмена облигаций, под залог которых их владельцами были получены ссуды в сберегательных кассах в течение 1937–1941 годов.
…Сумма заложенных облигаций составляла 21,3 млрд рублей, а сумма выданных ссуд 6,4 млрд рублей. Задолженность населения по ссудам вместе с наросшими за истекшие годы процентами значительно превышала стоимость заложенных облигаций после их обмена на облигации нового займа. Поэтому правилами обмена было предусмотрено, что лица, получившие ссуду под залог облигаций, могли погасить ссуду наличными деньгами без уплаты наросших процентов и обменять выкупленные из залога облигации на общих основаниях. Однако погашение ссуд наличными деньгами населением не производилось и ссуды фактически погашены за счет заложенных облигаций.
 
В процессе проведения обмена облигаций производилась оплата выигрышей, не востребованных населением в прошлые годы. В соответствии с условиями денежной реформы выигрыши, не востребованные населением до 16 декабря 1947 года, выплачивались в размере одной десятой части. Всего выплачено в таком порядке 160 млн рублей, что соответствует 1,6 млрд рублей, которые должны были быть выплачены до денежной реформы.
…К 1 августа 1948 года обмен облигаций был закончен повсеместно, за исключением наиболее отдаленных районов Крайнего Севера, где срок — до 1 ноября 1948 года. Сумма облигаций в этих районах является весьма незначительной и практически не окажет влияния на общие результаты обмена.
Сумма не предъявленных к обмену облигаций составила 18,1 млрд рублей, из них не обменено облигаций населением на сумму примерно 17,1 млрд рублей, колхозами и кооперативными организациями — на 1 млрд рублей. Сумма не предъявленных к обмену облигаций довоенных займов является относительно более высокой по сравнению с суммой облигаций военных займов… Надо полагать, что значительная часть не предъявленных к обмену облигаций погибла.
Взамен принятых по обмену облигаций прежних займов и свидетельств по специальным вкладам выдано облигаций Государственного 2 % займа 1948 года на сумму 32,6 млрд рублей, из них выигрышного выпуска на 29,8 млрд рублей и процентного выпуска — на 2,8 млрд рублей. Облигации выигрышного выпуска выданы населению, а облигации процентного выпуска — колхозам на 1,5 млрд рублей и кооперативным организациям — на 1,3 млрд рублей.
 Н. А. Булганин, А. А. Андреев, Л. М. Каганович, за его спиной — А. Н. Косыгин, Г. М. Маленков, М. Ф. Шкирятов, К. Е. Ворошилов (слева направо) и другие в президиуме торжественного заседания, посвященного 31-й годовщине Октябрьской революции и прошедшего в Большом театре СССР. Москва. 6 ноября 1948. [РГАКФД. Ед. хр. 5986 в] 
Проведение конверсии резко сократило расходы по государственным займам. При сохранении прежних займов и свидетельств по специальным вкладам платежи только по ним в течение всего срока их обращения составили бы 161 млрд рублей. После обмена облигаций платежи по конверсионному займу в течение 20-летнего срока составят 41 млрд рублей. Таким образом, разница в платежах выражается в сумме 120 млрд рублей; при этом платежи будут произведены в более поздние сроки.
…В настоящее время общая сумма государственного долга уменьшилась по сравнению с суммой долга ко времени проведения обмена более чем на 100 млрд рублей, по сравнению с довоенной суммой государственный долг возрос в 1,6 раза, в то время как объем государственного бюджета увеличился более чем в 2 раза» [300].
Сумев существенно сократить в ходе денежной реформы государственный долг, Косыгин ясно осознавал, что текущих финансовых проблем это не решает. В те же дни он представил предложения по увеличению доходов и сокращению расходов государственного бюджета.
В очередной, «совершенно секретной», докладной записке на имя Сталина Алексей Николаевич отмечал:
— Считаю возможным увеличить в 1949 году налоги за счет отмены льгот по уплате подоходного налога и налога на холостяков, одиноких и малосемейных граждан СССР (кроме военнослужащих) — дополнительные поступления до 245 миллионов рублей; отмены льгот по уплате подоходного налога рабочими и служащими, награжденными орденами СССР, — дополнительные поступления до 750 миллионов рублей; отмены льгот для генералов и офицеров Советской армии по уплате налога по крайней мере в половинном размере — дополнительные поступления не менее 900 миллионов рублей.