Алексей Косыгин. «Второй» среди «первых», «первый» среди «вторых»

В черной металлургии за короткий срок резко увеличилась выплавка высококачественной стали, возрос выпуск специальных видов проката. В производстве нефтепродуктов существенно повысился удельный вес авиационного бензина, а в выпуске химической продукции — химикатов для нужд фронта.
В короткие сроки была перестроена работа транспорта. Движение поездов осуществлялось по специальному воинскому графику, что обеспечивало большую ритмичность и лучшее использование пропускных способностей железных дорог…» [194]
 О чем это? Да все о той же мобилизационной экономике, принципы которой были базовыми для Советского Союза, причем не только в годы войны… 
Кульминационным моментом в ее развитии стал 1943 год. Этот же год стал знаковым и для Алексея Николаевича.
  
«Тогда считать мы стали раны…»
 
16 марта 1943 года главный редактор американского издания «Биографическая энциклопедия мира» Николс отправил в Москву письмо на имя Алексея Николаевича Косыгина: «Ваше имя предложено включить в третье издание энциклопедического словаря мира, посвященного лицам каждой страны, чьи достижения в соответствующей отрасли заслуживают признания. Пожалуйста, заполните и возвратите приложенную карточку-анкету» [195].
Косыгин лишь улыбнулся: не до того…
23 июня 1943 года он был назначен председателем Совнаркома РСФСР с сохранением за ним должности зампреда Совнаркома СССР [196]. Согласно постановлению СНК РСФСР от 3 августа 1943 года за № 697 «Распределение обязанностей между председателем СНК и его заместителями», Косыгин координировал Народный комиссариат финансов и Народный комиссариат государственного контроля РСФСР [197]. По сути же — все республиканские наркоматы и ведомства.
Теперь Косыгину предстояла «инвентаризация» всего хозяйства РСФСР: промышленного, транспортного, сельского, социального. Точнее — того, что осталось от довоенной экономики республики: тяжелой, легкой и пищевой промышленности. От совхозов и колхозов, производивших почти треть валового сбора зерна в СССР… [198]
Общий ущерб Подмосковному угольному бассейну — примерно 400 миллионов рублей.
«Ростовуголь» — взорваны и затоплены более 200 шахт, уничтожено или вывезено (во время эвакуации или немцами) все оборудование.
Нефтепромыслы Чечено-Ингушской АССР и Краснодарского края — более 3 тысяч скважин с годовой добычей до 5 миллионов тонн нефти разрушены или полностью уничтожены.
Грозненский нефтяной район — взорвана атмосферно-вакуумная установка с годовой производительностью 660 тысяч тонн нефтепродуктов и крекинг-установка с годовой переработкой 227 тысяч тонн нефти. Разрушены 720 нефтебаз, выведен из строя керосинопровод Грозный — Трудовая, почти полностью уничтожен Краснодарский нефтеперегонный завод [199]. Суммарный ущерб — более 5 миллионов рублей.
Черная и цветная металлургия. От Сталинградского металлургического завода «Красный Октябрь», Сулинского и Таганрогского металлургических заводов остались одни руины. Значительные разрушения Косогорского и Новотульского заводов.
Машиностроение. Выведены из строя Сталинградский тракторный, Ростсельмаш, Калининский вагоностроительный, Брянский паровозостроительный, Краснодарский станкостроительный, Таганрогский котлостроительный, Бежецкий и Людиновский машиностроительные заводы. К минимуму свели производство ленинградские «Русский дизель», «Электросила», Невский завод имени В. И. Ленина, «Кировский», «Большевик», «Электропровод», «Красная заря», Ижорский [200].
Всего же на временно оккупированной территории РСФСР частично или полностью разрушено 12 150 больших и малых промышленных предприятий [201].
 
Приведены в негодность 13 тысяч километров железных дорог, вокзалы, станционные постройки, морские и речные порты [202]. Особенно сильно разрушены железные дороги Москва — Ленинград, Москва — Минск, Москва — Киев, морские порты: Мурманский, Ленинградский, Новороссийский, Керченский, Севастопольский, а также портово-пристанское хозяйство Волги, Дона, Верхнего Днепра, Беломорско-Балтийского канала и канала Москва — Волга.
На территориях, освобожденных от оккупации, почти не осталось легковых и грузовых автомобилей, автобусов, во многих районах — только гужевой транспорт [203].
— Сельское хозяйство, — Косыгин вздохнул. — Разорены все попавшие в зону оккупации совхозы и колхозы, а также машинно-тракторные станции, уничтожена или вывезена в Германию вся не эвакуированная на восток сельскохозяйственная техника — 46 тысяч тракторов и 18 тысяч комбайнов [204]. Значительно сократились, кое-где на треть, посевные площади [205]. От поголовья крупного рогатого скота где-то осталась половина, где-то — четверть [206]. Более чем на две трети уменьшилось поголовье лошадей [207].
— Народное образование и здравоохранение — здесь еще хуже, — вздыхал про себя Алексей Николаевич, — уничтожено и повреждено 23 тысячи школ, более 1600 больниц, 3700 поликлиник [208].
Разрушено 500 городов и рабочих поселков, около 3 миллионов городских жителей республики остались без крова [209]. Только на территории 19 территориально-административных объединений республики погибли более 1,8 миллиона мирных жителей, из 17 областей РСФСР вывезли в Германию свыше 2,4 миллиона человек. Население сократилось с 15,7 миллиона человек по переписи 1939 года до 11,8 миллиона человек после освобождения (в первые месяцы 1943 года) [210], то есть на четверть [211].
Общий прямой ущерб, нанесенный гитлеровцами народному хозяйству, составил в РСФСР 249 миллиардов рублей [212].
 Страшные цифры, страшные масштабы человеческого бедствия. А война продолжалась, и конца ей не было видно… 
  
Восстановление
 
Главная задача Косыгина на посту председателя Совнаркома РСФСР очевидна — восстановление хозяйства освобожденных и прифронтовых районов республики. Они должны работать на Победу, и будут работать на Победу. Алексей Николаевич выразился кратко, но емко: «В работе по обеспечению фронта нет второстепенных участков. Каждое звено экономики важно, от его успешной деятельности зависит работа всего военного хозяйства» [213].
В течение 1943–1944 годов на восстановление экономики освобожденных и прифронтовых районов РСФСР было выделено 17 миллиардов рублей из союзного бюджета. Для Российской Федерации — крохи, но Косыгин прекрасно понимал, насколько непросто было выкроить и эту сумму. Он и не настаивал на большем, зато контролировал расход каждого рубля.
Восстанавливать хозяйство РСФСР предстояло одновременно на огромной территории и по всем направлениям. Прежде всего — топливную и тяжелую промышленность, транспорт. В страшном дефиците были строительные материалы и техника. Не хватало рабочих рук, но даже оставшееся население сложно было обеспечить продовольствием, одеждой, обувью, медикаментами, жильем.