Алексей Косыгин. «Второй» среди «первых», «первый» среди «вторых»
Тогда же, осенью 1979 года, Косыгин отдал распоряжение своему заместителю и председателю Государственного комитета СССР по науке и технике академику В. А. Кириллину подготовить доклад о состоянии экономики Советского Союза. Подготовленный — в начале 1980-го — текст содержал в себе безрадостные перспективы. Итогом ознакомления с докладом членов ЦК КПСС стало увольнение Кириллина [532]. А заместителем академика был зять Косыгина Д. М. Гвишиани… То есть удар пришелся и по нему.
Если в середине 1960-х годов цены были более-менее адекватны затратам, то после 1975-го стал ощущаться дисбаланс цен, вылившийся к концу 1970-х годов в инфляцию. Инфляцию подхлестнуло увеличение зарплат, не связанных с повышением производительности труда, — затраты из бюджета на субсидирование продовольствия для населения выросли в 16 раз. С 1976 года в угледобывающей промышленности, на железнодорожном транспорте, в металлургии и энергетике начали наблюдаться серьезные проблемы, которые Совет министров решал с большим трудом. Дорого стоила поддержка Кубы, Вьетнама, Анголы, Никарагуа и Эфиопии.
В 1979 году проблемы свернулись в тугой узел, приведший не просто к отказу от запланированных темпов развития, а к спаду производства.
Косыгин в больнице, по сути, он — «хромая утка». Он не знал, что благодаря усилиям М. А. Суслова на заседании Политбюро была создана специальная комиссия по экономике (полномочия и пост руководителя комиссии получил все тот же Михаил Андреевич).
Первое же решение — о повышении цен [533]. О польских событиях 1970-го уже забыли…
* * *Все чаще и чаще он бывал на Новодевичьем кладбище, на могиле жены… Как-то вспомнилось где-то прочитанное: «Самые горькие слезы над гробом мы проливаем из-за слов, которые так и не были сказаны, и поступков, которые так и не были совершены…»
В 1978-м Алексей Николаевич пережил микроинсульт, в октябре 1979-го — тяжелый инфаркт; это уже второй после 1976 года.
…Жизнь уходила, жизнь завершала свой цикл… Он многого не успел, многого просто не смог… Но он оставлял память о себе как об очень достойном человеке в очень непростое время. Хотя когда оно было простым для страны и ее граждан? Но, даже ощущая, что все заканчивается, Косыгин не мыслил себя без дела.
21 февраля 1980-го он выступает перед депутатами Фрунзенского избирательного округа Москвы, встреча эта проходила в Большом театре. Алексей Николаевич вновь озвучивает свои идеи о развитии газовой и нефтяной промышленности, о важности этих отраслей для хозяйства в целом, призывая в то же время делать ставку в управлении производством и использовании добываемых природных ископаемых с дальним расчетом, с опорой на научные достижения по использованию нефтепродуктов, доставке к производителям и утилизации отходов, связанной в первую очередь с защитой окружающей среды [534].
Участвовал Косыгин и в переговорах с новым руководством Западной Германии — с канцлером Гельмутом Шмидтом и министром иностранных дел ФРГ Гансом-Дитрихом Геншером, с руководством Вьетнама, страны, которая оказалась втянутой в конфликт с Китаем, а СССР (в лице председателя Совета министров) предстояло решить задачу — как мирить две социалистические страны. В польской столице Алексей Николаевич выступает на сессии Совета экономической взаимопомощи с докладом о мировой энергетической обстановке, о разумном использовании газа и нефти, о необходимости разрабатывать возобновляемые источники энергетических ресурсов и ставит свою подпись под соглашением о кооперировании стран СЭВ в создании вычислительной техники. Участвует А. Н. Косыгин в открытии Олимпийских игр в Москве (лето 1980-го). Готовит к XXVI съезду КПСС свой доклад «Основные направления экономического и социального развития СССР на 1981–1985 годы».
Члены советской делегации на юбилейной сессии государств — участников Варшавского договора (справа налево): заместитель министра обороны СССР Н. В. Огарков, член Политбюро ЦК КПСС К. У. Черненко, министр иностранных дел СССР А. А. Громыко, председатель Президиума Верховного Совета СССР Л. И. Брежнев, председатель Совета министров СССР А. Н. Косыгин, секретарь ЦК КПСС К. В. Русаков и другие. 14 мая 1980. [РГАКФД. Ед. хр. 192]
А. Н. Косыгин в группе руководителей КПСС и Совета министров СССР во время осмотра основных олимпийских сооружений в Москве и поздравлений строителей. 1980. [РГАНИ. Ф. 80. Оп. 2. Д. 125. Л. 204]
А. Н. Косыгин (во 2-м ряду 4-й справа) в ложе для почетных гостей во время открытия Московской Олимпиады. 19 июля 1980. [РГАНИ. Ф. 80. Оп. 2. Д. 125. Л. 205]
7 октября 1980 года под опубликованным в «Правде» некрологом о смерти первого секретаря ЦК компартии Белоруссии Петра Мироновича Машерова, погибшего в автокатастрофе, последний раз — в цековской связке — появляется его фамилия…
В начале октября 1980 года Алексей Николаевич снова в Центральной клинической больнице, что на Мичуринском проспекте в Москве… Процедуры, консилиумы, утренние обходы лечащего врача…
Неожиданный звонок от заведующего Общим отделом ЦК КПСС К. У. Черненко прозвучал ранним утром:
— Алексей Николаевич, а не пора ли подумать об отставке?
Промелькнуло — «это все…» Написал заявление, подписал, поставил число… На сердце тяжело, опустошенно… Сразу сняли охрану и отключили правительственный телефон… Андропов постарался…
Постановление Верховного Совета СССР № 3147-Х «Об освобождении А. Н. Косыгина от обязанностей председателя Совета министров СССР». 23 октября 1980. [ГА РФ. Ф. Р-7523. Оп. 134. Д. 93. Л. 93]
Постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «Об увековечивании памяти А. Н. Косыгина и обеспечении его семьи». 8 февраля 1981. [ГА РФ. Ф. Р-5446. Оп. 140. Д. 1396. Л. 13–13 об.]
23 октября Косыгин был освобожден от обязанностей председателя Совета министров СССР и от обязанностей члена Политбюро ЦК КПСС.
…Со дня отставки прошло чуть менее двух месяцев. 18 декабря 1980 года сердце не выдержало переживаний и огорчений, Алексея Николаевича Косыгина не стало… Но о смерти сообщили только несколько дней спустя, так как «не хотели портить» день рождения Л. И. Брежнева.
Прощание проходило в Краснознаменном зале Центрального Дома Советской армии. Проститься с Косыгиным пришли тысячи москвичей… Организаторам похорон пришлось даже продлить время, дабы все, кто хотел, смогли поклониться премьеру.
В дневнике Л. И. Брежнева осталась короткая запись: «22 декабря 1980 года. Постояли [именно так! — В. Т.] у гроба Косыгина» [535]. И все…
24 декабря урну с прахом поместили в нише Кремлевской стены. Земной путь Алексея Николаевича закончился…
«Сыгранная им роль в истории России интересна, но еще интереснее та роль, которую ему сыграть не дали…» [536]
* * *Отмерено ему 74 года, 9 месяцев, 27 дней. Много или мало? Много не бывает… А вот мало, это да…
