Некробудни. Смерть – не оправдание

Он посмотрел на меня странно, но попросил с надеждой:
– Продолжай.
– Ну просто ладонь у тебя не окоченелая, как у мертвецов. И трупных пятен… – я потянула его руку на себя и задрала рукав рубашки, обнажая равномерно белую с сероватым оттенком кожу, – нет у тебя трупных пятен. И знаешь, я такую ладошку уже трогала. В академии, у профессора Гортама она точно так же ощущается. А он лич.
– Что?
– Я напишу профессору! – Сердце застучало быстрее, и я обеими руками ухватилась за Ашера. – Вдруг ты умудрился без подготовки и ритуала встать на первую ступень?
Он смотрел на меня с сомнением и недоверием.
– Такое уже случалось?
– Не припомню, – призналась я. – Но это же не значит, что такого не может произойти. Ну-ка, голову наклони.
Ашер подчинился и только потом поинтересовался зачем.
– Ищу гребень.
– Какой еще гребень? – не понял он и дернулся назад.
Я схватила его за волосы, удерживая склоненную макушку перед собой.
– Наросты у тебя должны начать образовываться. На третьей ступени они превратятся в корону лича. У нее вроде бы есть какое-то предназначение, но в разных источниках об этом разное пишут. А профессор мне правду рассказывать не захотел.
Не нащупав ничего, кроме грязных, слипшихся волос и запутавшейся в них земли, я отпустила Ашера.
– Пока никаких наростов у тебя нет. Но это еще ничего не значит. Я о личах знаю мало, но профессор сможет все объяснить. Напишу ему сегодня же! – произнесла я и отчетливо услышала в своем голосе ликование. Внутри все дрожало от восторга и предвкушения.
– И чему ты так радуешься? – спросил Ашер с подозрением.
– Просто… Ты же можешь оказаться магическим открытием!
***
В дом госпожи Бехар я вернулась в приподнятом настроении. Взбежала по ступеням и услышала голос домовладелицы.
– Приличные девушки по дому не бегают!
В комнате, разбросав вещи по полу, нашла в чемодане письменные принадлежности и быстро, путаясь в словах и оставляя чернильные разводы на бумаге, составила письмо профессору. Перечитала полученный результат, оценила количество исправлений и общую неряшливость письма и с тяжелым вздохом села все переписывать.
Я преотлично умела орудовать лопатой, без проблем могла вскрыть любое тело и никогда не падала в обморок при виде внутренностей, но письмо мне всегда давалось с трудом. Никогда не хватало терпения и прилежности.
Потому переписывать послание Гортаму пришлось три раза, а когда я закончила, изучить должностные инструкции уже не было никакой возможности – Летиция начала подготовку к обеду с офицером и по коридору то и дело кто-то бегал, забыв на время о том, что приличным девушкам так себя вести нельзя.
За дверью моей комнаты царила атмосфера, близкая к катастрофе, и я постоянно отвлекалась от перечня своих обязанностей, прислушиваясь к голосам работниц госпожи Бехар. Громче всех была Летиция, которой ничего не нравилось.
Аккуратно собрав документы в стопку и спрятав между листами письмо профессору, я быстро оделась и выскользнула из комнаты, чуть не сбив с ног девушку, бежавшую в спальню Летиции.
Переждать неспокойное время я решила в библиотеке. Но прежде нужно было отправить письмо. Быстрым шагом я преодолела расстояние до центральной площади, понимая, что спасибо мне за это ноги не скажут.
Отделение почты находилось напротив библиотеки, притаившись в тени управления городской стражи.
На отправку письма мне понадобилось всего несколько минут. И покидала я тихое и безлюдное помещение почты с чувством отлично проделанной работы. Словно только что совершила нечто бесконечно важное и не могла перестать радоваться. Губы против воли растягивались в довольной улыбке и мне пришлось чуть замедлить шаг, чтобы справиться с эмоциями и не напугать своей радостью никого из библиотекарей.
Ануш как-то сказал, когда я, пребывая в отличном настроении, принесла несколько книг в академическую библиотеку чтобы вернуть их, что счастье мое выглядит чертовски зловеще.
– Будто ты только что вырезала целую деревню, – безжалостно признался он, принимая книги из моих рук, – и тебя это очень позабавило.
 
– Я всего лишь сдала экзамен на отлично, – попыталась я тогда оправдаться. И старалась больше не радоваться очень сильно в присутствии живых. Мертвые на мои улыбки не жаловались.
Войдя в библиотеку я скомканно поздоровалась с незнакомой работницей, встречавшей всех на первом этаже, и решительно направилась на второй этаж. В читальный зал. Стараясь незаметно для всех, чтобы не показаться странной, пройти весь путь исключительно по темным квадратикам плитки – единственное развлечение из детства, что ассоциировалось у меня с мамой.
Я успела забыть ее лицо, но до сих пор помнила солнечный весенний день за несколько месяцев до полного краха, парк у дома и длинную аллею, выложенную красно-серыми кирпичиками. Мама обещала купить мне мороженое, если я сумею пройти дорогу по серым прямоугольничкам, идеально подходившим под размер моей ноги.
Сладкое я уже давно разлюбила, а заниматься глупостями так и не отучилась.
Стоило мне только выбрать стол и скинуть пальто, как рядом появилась Кларисса.
– Вы вернулись, – пропела она, широко улыбаясь. – Вчера вы так быстро убежали, что я беспокоилась.
– Да… вспомнила о срочном деле.
– Оно как-то связано с объявлением, пропавшим со стенда? – дружелюбно поинтересовалась она, а я мгновенно почувствовала, как начало припекать уши.
Желание провалиться сквозь землю, должно быть, очень отчетливо отразилось на моем лице, потому что Кларисса тихо рассмеялась.
– Не переживайте, у нас было чем его заменить. Вас, наверное, поразило исчезновение лорда Джехона. Вы знакомы с ним?
– Можно и так сказать, – уклончиво ответила я.
Кларисса с любопытством косилась на стопку бумаг, лежащую передо мной.
– Вам чем-нибудь помочь?
Я отрицательно качнула головой, но, когда она уже собиралась уйти, не сдержавшись, окликнула.
– Можно задать вопрос?
– Да?
– Не знаете, какие отношения были у Ашера с отцом? Или, может, знаете кого-нибудь, кто мог бы рассказать?
И Кларисса расплылась в широкой улыбке.
– К счастью, подруга моей сестры долгое время работала в доме Джехонов. – Она скользнула за стол, заняв стул напротив меня. – Но ее уволили полтора года назад. Ведьма Магда постаралась. Тогда много прислуги в доме заменили…
– Ведьма Магда?
– Мачеха Ашера. Когда увидите ее, не обманывайтесь безобидным видом. У нее ужасный характер. Первая супруга лорда Джехона скончалась почти десять лет назад, он долго скорбел по ней. Но потом появилась Магда. Она работала гувернанткой у делового партнера лорда. И представляете, за год умудрилась из бесприданницы превратиться в леди. – Кларисса почти задыхалась, не желая тратить время на вдохи. Казалось, девушка изголодалась по возможности немного посплетничать. – Но с Ашером у нее отношения сразу не заладились. А позже стараниями Магды он и с отцом рассорился. Ну, когда ребенок появился. Правда ходят слухи, что вовсе это и не лорда Джехона сын.
– Правда? – удивилась я.
Кларисса энергично закивала и склонилась ко мне, почти ложась грудью на стол.
– Мальчик совсем на отца не похож. Сам темненький, и глаза тоже темненькие. Официальная версия – в мать пошел, но в это мало кто верит.
– И что? Лорд ребенка принял?
Кларисса кивнула.
– Он-то уверен, что сын его. – Она тяжело вздохнула и откинулась назад. – Надеюсь, молодой лорд вернется. А вы что делаете?
Я покосилась на стопку бумаг.
– Хотела почитать в тишине. В доме, где я сейчас живу, очень… неспокойно.
– А почему не в своем кабинете? – Кларисса удивленно склонила голову набок. – Он вам не понравился?
– Кабинет?
– Ну да. У Твидса был отдельный кабинет в главной канцелярии.
– Но как же кладбищенские дела?
От городской канцелярии, где властвовал Согх, до кладбища и кладбищенских складов было неприлично далеко.