Последний герой (СИ)
— Так… действительно кровью же пахнет… — явно смутился лейтенант.
— Дебилы! Все вы — дебилы! — припечатала Ойна. — Подышали, не сдохли? Тогда идем дальше! Лось, давай, следующую вскрывай!
— Командир, а может, не надо так, как при штурме? Вскрыли, одним глазком глянули — и дальше! — Смок, стоявший третьим в небольшой штурмовой колонне, никак не мог удобно пристроить мешавшуюся ему, непривычную, винтовку. — Ну, мы тут как на тренировках же…
— Лейтенант тебе напомнил, так еще мне напоминать надо?! — взбеленилась Ойна. — Ты ту турельку, «почти на входе», забыть успел? Если бы не я, то порвала бы она и Лося, и тебя, и лейта бы приласкать успела! Пока вы там глазки таращили и ушами хлопали!
— Ну… было-то всего один раз… — проворчал Смок.
— А тут и одного раза выше крыши! — разъярился уже Лас. — Р-раз — и все! И второго раза уже не будет!
— Готовы? — капитан снова вскинула винтовку. — Лось! Давай!
Она снова ворвалась в распахнувшуюся дверь и… как будто споткнулась! Лейтенант, шедший следом, оттолкнул капитана в сторону, сразу же словив громкие «блям-блям-блям!» на грудную пластину.
Как всегда, в боевой обстановке лейтенант действовал как автомат: подшаг — прицел — очередь, подшаг — прицел — очередь, очередь, очередь, сместиться…
Засевшие за какими-то перегородками люди валились кеглями, веерами разбрызгивая капли крови. Лейтенант, на чью долю достался лишь «хвост» их общего залпа, поливал противника очередями, не давая снова высунуться. Подшаг — очередь, уже почти без прицела, очередь, очередь. Вывалившуюся из потолочной ниши турель, встающую в боевое положение, он увидел, но вот отреагировать уже просто не успевал…
— Дыц! Дыц! Дыц! — над самым его ухом трижды рявкнул тяжелый «Болт» Смока, каждой своей пулей выбивая снопы искр из самой турели и не успевшего полностью активироваться щита.
— Фр-р-рт-т-т! Фр-рт-т! — поддержал их сзади из своего игольника Лось.
И турель не выдержала, сдалась, закрутившись в своих направляющих и бессильно свесив вниз толстое рыльце!
— Дыц! Дыц! Дыц! — добил её Смок, больше для перестраховки, чем по необходимости.
«Такт — три шара», используемый во всем тяжелом вооружении и требующий определенного времени на перезарядку, требовал и особой же тактики в использовании, учитывающей это время. Электронщик Лось, в кои-то веки выполнивший свои обязанности чётко «по тренировочному», позволил это время выгадать!
— Ойна! Ойн… Кэп! Ты как?! — Лас, почти не целясь, «по движению», выпустивший очередь из своего дурацкого охранного «Сторма», бросился к девушке.
Так-сеть, успевшая и «разглядеть», и «распознать» противников, раскрасила их на так-карте в алый и густо-оранжевый цвета, так что лейтенант имел право на подобную слабость.
— Я… в порядке… — выдохнула Ойна. — Легко зацепило. Помоги мне встать! Что здесь, хшарова бездна, происходит?!
И только сейчас Лас осознанно всмотрелся в помещение. До этого его сознание просто опускало ненужные моменты, мешавшие ведению боя. Не самое маленькое помещение было буквально залито кровью!
— Что здесь, я спрашиваю, происходит?!! — капитан нависла над воющим на одной тоскливой ноте мужичком.
Точка на так-карте, обозначающая этого человека, мерцала густо-оранжевым. Мужичок, облаченный в «рабочий» сервопривод, без единого щитка брони, обреченно выл, держась обеими руками за развороченный иглам бок.
— Это работа! Это такая работа!! Всего лишь работа такая!!! — завизжал он, когда Ойна всем своим «боевым весом» наступила ему на ногу.
Капитан выпрямилась, окидывая взглядом всю эту «работу».
— Лас! Ты видишь?! — спросила она.
— Пишу! — коротко отозвался лейтенант.
«Работа такая»… На подобиях столов, расставленных в дальнем конце помещения, были привязаны люди. Пять столов — пять вяло шевелящихся человек, в разной степени обнаженности. Чуть дальше — автоматический транспортер с криокапсулами. Пол был устлан обрывками одежды, которую пытались растащить мелкие сервы-уборщики. Намертво зафиксированные люди были покрыты ссадинами и кровью, сочившейся из неаккуратных надрезов…
После короткого звонка пустые крио проехали дальше, а их место заняли «полные». По людям, лежащим на столах, прошла полупрозрачная стенка визуального сканирования, один из столов, рядом с которым «работал» подвывающий сейчас мужичок, выехал из общего ряда, добрался до странного агрегата… и вывалил живое тело в открывшийся люк. Прямо под циркулярные ножи, в мелкий фарш шинковавшие и мясо, и кости, и все оставшееся! Пока заслонка не успела закрыться, из приемного окна вырвался целый веер мелких алых брызг…
— Что это, …, такое?!! — крепко выругавшись, Ойна вновь обернулась к местному работнику.
— Работа у нас такая! Мы основу готовим! — взвыл мужичок, пытаясь отползти. — Все равно они преступники!! Это всего лишь работа!!!
— …! — очень грязно выругалась капитан, отворачиваясь.
— Дыц! Дыц! Дыц! — хлопнул по ушам огневой такт «Болта».
— Мне показалось, что он потянулся к оружию, капитан! — ощерился в злом оскале Смок.
Заглянувший на выстрелы Лось, все это время, как и положено, охранявший «выход», увидел оседающую алую взвесь, разорванное тяжелым «Болтом» тело, побледнел, и, выронив винтовку и откинув забрало, упал на колени.
— Буэ-э-э! — бурно вывернуло электронщика. — Бэ… Буэ-э-э!!
127
Кот сидел, как на иголках, в реальном времени отслеживая собирающуюся отовсюду информацию. Его решение оказалось верным, и усиление от подошедшей вплотную эскадры в виде потока «свежих» сервов и пошедшей второй линией «свободной технической вахты» оказалось сродни глотку свежего воздуха для выбивавшихся из сил штурмовых групп. Вооруженные команды технарей взяли на себя функцию зачистки отсеков, организации связи, а нередко еще и огневой поддержки десантников — в общем, именно то, что заставляло основных бойцов распылять силы!
А вот Коту пришлось остаться на месте. Как единогласно все заявили: «Дело командира — командовать! А подставлять голову под выстрел — есть специально обученные люди, которые взялись за эту работу вполне понимая все риски!». Вот он и командовал. Вернее, только утверждал или не утверждал предложения, выдаваемые его импровизированным штабом!
— Да! Группу на усиление в Зет-пять! Да, полную зачистку Дельта-два, только потом вперед! — варианты так и мелькали перед его глазами. — Нет, здесь второй вариант, если отсечь по Бори-три, то сектор можно блокировать, долго не продержатся!
Очень не хватало Венима, аналитика, который куда-то пропал со связи со всеми своими, весьма ценными и своевременными, советами.
— «Гратион» — тяжелые повреждения! Запрашивают эвакуацию!
Один из и так уже поврежденных кораблей, на котором раз за разом сходился «фокус» до сих пор действующих станционных орудий, потеряв управление, подрейфовал в сторону.
— Эвакуацию запрещаю! — переключился Кот. — Пусть глушат все, что могут, и не отсвечивают! Слишком близко, боты и спаскапсулы все собьют!
Крейсер на так-схеме эскадры посерел, лишь в самой середине обозначавшей его точки едва заметно заморгал маленький зеленый огонек. Его команда заглушила реакторы, погасила все активные контуры, на издырявленных надстройках перестали вращаться антенны и сканеры. В условиях «обычного боя» это означало бы, что корабль сдается, что стрелять по нему больше не надо… И — да, башни обороны переключились на другую цель, прекратив избивать едва живой корабль!
Действия по шаблону…
Яростно сопротивляющийся противник, ясно уже понимающий, что захват станции — просто вопрос времени, вполне мог добить крейсер до конца. До самого конца в виде взрыва ли реакторов, детонации ли артпогребов, или просто изрешетив корабль до невосстановимого состояния! Но — хоть «сигнала о сдаче» не было, намертво вбитый шаблон сделал свое дело.