Богатый, сильный, одинокий: Новая Игра (СИ)
— Потому что ты сказала мне, что не хочешь общаться со мной. Достаточно ясно. Прежде всего поэтому мне и непонятна причина твоего прилёта. Или ты думаешь, что я позволю тебе трахаться с другими мужиками на моих глазах? Достаточно твоих гадостей за моей спиной. Я ничего плохого тебе не сделал и не заслужил подобного отношения. Но тебе виднее, конечно.
— Ты неправильно понял, — едва не плача, начала я, — просто Евген…
Роман остановил меня жестом и покачал головой.
— Перестань. Вполне всё понятно.
— Я согласна, что слова обидные, но Евген наплёл мне… Я просто не знала, кому верить и…
— Угу, — усмехнулся Роман. — Побывала в моей шкуре немножко, да? Теперь полояльнее относишься к моим "ужасным проверкам на вшивость"? У меня причин для подобного поведения — полно. Своей женщине я хочу доверять. Иначе не вижу смысла в отношениях вообще. А к тебе я впервые за долгое время действительно отнёсся совсем иначе, чем к тем, кого постоянно наблюдаю в Игре. Но тебе оно не нужно было и я не навязывался. Теперь я повторяю вопрос — и если честно, устал уже его задавать — зачем ты прилетела?
— Я соскучилась по тебе… — опустив взгляд, прошептала я.
Он ничего не сказал и возникла тишина. Я сдерживалась, как могла, но слеза всё же прокатилась по моей правой щеке. Затем вторая, по левой.
Роман вынул из нагрудного кармана светло-серый платок и протянул мне. Поблагодарив и по прежнему не поднимая глаз, я взяла платок и вытерла слёзы. Затем, не зная, куда его деть, сжимая его пальцами, опустила руку.
— Я тебе не верю, — нахмурившись, тихо сказал Роман. — Год не скучала, а тут соскучилась. Бред. Есть другая причина.
— Это не бред…
— Да перестань.
— Рома… Дело в том, что недавно я позвонила Люси, потому что мне понадобились деньги для развития бизнеса и…
— Ты ещё не устала идти у неё на поводу? — поморщился он.
— Причём тут на поводу? Мы просто дружили с ней и…
— Что ерунда? — вздохнув, снова перебил он. — Люси не дружит ни с кем. В принципе. Ей это не нужно. Она действует всегда и везде исключительно в своих интересах. Давно бы пора понять.
— Я не сразу об этом узнала, Ром… А когда узнала, прекратила с ней отношения. Просто я сильно привязалась к ней, она вытащила меня из такой жопы…
— Да, да. Да. И ты была ей благодарна. Я понимаю, правда. Просто ты крутишься сейчас в совсем другом мире, а пытаешься оценивать его, как свой прошлый. Если бы ты понимала, как устроены отношения между людьми в моей среде, ты бы давно параноиком стала. Тут никому нельзя верить. Я как раз и ценил твою искренность и твою честность. Твою порядочность. И даже в какой-то мере твою принципиальность. Но только вот прошёл год и, когда тебе понадобились деньги, ты про неё забыла. Отлично, бывает, никаких претензий вообще — это твоя жизнь и тебе решать, как поступать. Но, слушай, ты выиграла бабла, я сам недавно проверил это и я не понимаю, зачем тебе понадобился Остров. Я тебе ещё раз повторяю — ты не будешь ни с кем крутить отношения на моих глазах, а я обязан контролить Игру и не собираюсь игнорировать твоё в ней участие.
— Ты участвовать мне запретил…
— Да, именно поэтому. Но Бал подразумевает определённые правила и другие гости будут очень удивлены и удивлены неприятно, если для кого-то будут делаться какие-либо весомые исключения. При этом я ещё раз тебе повторяю — я позволил тебе делать ставки, но не позволю завязывать в Игре любого рода романтические отношения. И сексуальные — тем более.
— Да я не за этим сюда прилетела, Рома! — всплеснув руками, отчаянно воскликнула я. — Пойми ты наконец! Я даже не знала, что здесь такие правила! Просто хотела поговорить с тобой! Люси просила меня оказать ей услугу в обмен на услугу и я согласилась, а потом поняла, что просто очень хочу увидеть тебя сама! Позволь, я расскажу с самого начала, как всё было, в том числе про разговор с Евгеном и ты всё поймёшь! Он вообще мне сказал, что вы с Люси — муж и жена!
Роман расхохотался. Но в его коротком смехе было слишком много явной боли, чтобы я смогла хотя бы улыбнуться в ответ.
— У меня с Люси нет никаких отношений вообще, — сказал он. — И прервать деловые было очень трудно, потому что я по дурости слишком много на ней завязал. Но когда прервал — вздохнул с облегчением. И я не собираюсь продолжать о ней говорить. Касательно Евгена, что бы он там тебе не наплёл — я не заслужил таких слов с твоей стороны.
— Ты считаешь нормальными те тесты, которые провёл для меня тогда?
— Я за них уже отсидел, ясно?
— Ты про что? — не поняла я.
— Покаялся перед тобой, говорю. При том, что у меня было дохерища причин для подобного. Пора бы уже понять, вот честно. Всё, чего я хотел — убедиться в том, что тебе можно доверять. Мне это нужно было, понимаешь? Необходимо. Без доверия нет смысла вообще в отношениях. А я годами себе доверие позволить не могу. Охрану свою проверяю посредством другой охраны. А ту третьей. А третью первой. Знаешь, сколько было на меня покушений, пока я не перебрался на Остров? Ты что думаешь, под меня баб не пытались подкладывать? Думаешь я с бухты-барахты сохраняю инкогнито среди избранных гостей Острова и в те редкие дни, когда выбираюсь в другие страны? Я тебе ещё раз повторяю — тебе ничего не угрожало тогда. Ни разу. И тестить тебя дальше я не собирался. Ты меня параноиком и контрол-фриком себе представляла? Ошибаешься. Я очень недоверчивый, да, но не беспричинно. А касательно женщин — тут вообще всё сложно. И я тебе это объяснял. Единственной женщиной, которой я более-менее доверял, потому что не подводила — была Люси. Но она так меня подставила там, где я совершенно не ждал, что выбила меня из колеи. Напрочь. Я работать не мог. А о тебе я узнал благодаря ей. И что ты думаешь — я должен был довериться тебе сразу? Я и так слишком много тебе рассказал про себя, когда понял, что ты не её аналог. Но ты меня послала, так? Так. И я свалил. Тебя больше не трогал. Хотя очень скучал. Прошёл год. Теперь ты прилетаешь в Суву и плывёшь на Остров. На Бал. Снова с Люси. Что я должен думать, скажи? Мне Евген прислал эту запись, пытаясь поскорее получить возможность снова ставки делать. Он же торчок этой Игры! Ты думаешь я не понимаю, что он тебя развёл? Понимаю. Но ты сказала ровно то, что сказала. Уравняла меня с ним. Мне ещё раз запись включить эту?
— Не надо, — тихо сказала я. — Ладно… Я поняла. Прости, что побеспокоила. Я могу как-то уплыть с Острова обратно в Суву?
— Не надо излишнего драматизма, — сухо сказал Роман. — Тут действительного полно. Я в тебя влюбился по уши, как какой-то пацан, почувствовал себя живым ненадолго, а потом утёрся и свалил, чтобы не отсвечивать! Тебя с Острова никто не гонит! Но без конвертов. И будь любезна — сохраняй отсутствие претендентов в тайне. Чтобы не было потом вопросов у других гостей. А для танцев пару тебе найдут, не беспокойся.
— Мне не нужно это, — сказала я. — Я хочу уехать.
— Да, я это уже слышал. Год назад. Причину назови мне, по которой ты снова сюда прилетела, а потом решим.
— Я тебе назвала причину. Я соскучилась. И меня попросила Люси.
— Ладно, — вздохнув, махнул рукой Роман. — Чего она хочет?
— Поговорить с тобой, — ответила я.
— Зачем?
— Она тебя любит.
— А я её — нет. Так бывает. И разговаривать нам не о чем.
— Она переживает за тебя.
— Она за себя переживает. И пора бы ей уже понять, что между нами никаких отношений не будет больше вообще. Так ей и передай, раз взялась быть её послом.
Он встал.
— Я только о тебе и думала весь год… — сказала я, глядя на стол, в центре которого высилась ваза с разноцветными георгинами: белыми, розовыми, сиреневыми. — Не спала ни с кем, не встречалась. Жалела, что на эмоциях поссорилась с тобой и голой прошлась по улице, чтобы сделать тебе больно в отместку… А в итоге ты сам уравнял меня с Люси. Даже хуже. Ты моё человеческое к ней отношение ни во что не ставишь… Я тоже, знаешь ли, ничего плохого тебе не сделала. Знала бы, что мы поговорим вот так, со всеми этими твоими охранниками и обыском, ни за что бы сюда не прилетела…