Сармийская жена

– Очень жаль, месси Лэйлин, – голос за спиной заставил вздрогнуть обеих, – если те умопомрачительно пахнущие блюда в малой столовой приготовили вы, готов доплачивать за питание.
– Я подумаю, – хмуро ответила леру, – и раз уж вы остаетесь, приглашаю к столу. Только не обессудьте, ужин остыл.
– Месс Айриэн, вы закончили? – уточнил Редстон, – помочь перенести вещи?
– Благодарю, лер Раш, я сама.
Эни сделала пасс рукой, и короб взмыл в воздух. Он проплыл через комнату прямо в кабинет и плавно опустился на пол.
– О! Я не подозревал, что тут еще и кабинет есть! – с радостным предвкушением лер ринулся к дверям, но путь ему решительно преградили.
– Лер Раш, я сдала все свободные комнаты. Вы вольны обустроить помещения по вкусу. Но кабинет отца я сохраню в первозданном виде.
Ай, да Эни! А говорила, не посмела отказать леру! Преподаватель, ага. Может, когда хочет.
– Как вам будет угодно, месс Вира, – Раш не стал перегибать палку, хотя заметно расстроился. – Кардинально менять ничего не собираюсь, но с вашего позволения установлю в гостиной письменный стол. Полагаю, он впишется в обстановку.
Кивнув, Айриэн захлопнула дверь кабинета, которая тут же слилась со стеной, и гордо проследовала к выходу. Мне ничего не оставалось, как выйти следом. Теперь эти покои принадлежали Редстону Рашу.
– Эни, – сказала тихо, чтобы лер не услышал, – может, пока не поздно, отправим этого нахала восвояси? Ты ведь еще ничего не подписывала?
– Подписывала, – призналась девушка и горько вздохнула, – лер сразу потащил меня к ректору. В его присутствии составили и заключили договор. Лерд Броуш, как опекун, имел на это право.
– А деньги? – возникло нехорошее подозрение, отчего Броуш вдруг подобрел.
– За три месяца лер Раш заплатил наличными, а потом, как только открою счет в банке, положит сумму за год вперед, как и договаривались.
– Вот ведь, жук! – назвала бы другим словом, да воспитание не позволило. – Предполагаю, моего согласия не требовалось?
– Прости, Лэй, но только номинально. Необходимо лишь твое присутствие, чтобы проживание одинокой девушки под одной крышей с мужчиной не нарушало приличий.
– А проживание двух девушек, значит, нормально?
– Ну, Лэ-ей! Ты его и видеть не будешь. Днем лер Раш в академии. Я тоже. Тебя никто не побеспокоит. Только и будем сталкиваться, что за завтраком и ужином. Это раньше с деньгами туговато было, а теперь хватит на обеды с однокурсниками в таверне.
Вот, не понять до конца Айриэн! То сожалеет, что не отказалась, то уговаривает оставить как есть. Где тут логика? Я вот точно знаю, что не желаю каждый день видеть такого соседа. Совместное существование под одной крышей с лером, завтраки и ужины будут напоминать о другом мужчине, которого вычеркнула из жизни. Они ведь неуловимо похожи. Нет, не внешностью, а той самоуверенностью, которой горит взгляд. Такие наивно полагают, любая женщина должна быть на седьмом небе от счастья, что на нее обратили внимание.
– Эни, как ты относишься к прислуге? – закинула удочку на будущее.
– Никак, – девушка пожала плечами, – у мамы в подчинении был целый штат слуг, даже флигель пристроили, чтобы находились тут постоянно.
Ужин прошел в молчании и неудачных попытках лера Раша вести непринужденную беседу. Эни, как и я, помалкивала и бросала любопытные взгляды на преподавателя. Он же слишком старался понравиться, чтобы я оценила искренность комплиментов.
– Месси Лэйлин, не устаю восхищаться талантом. Отбивные тают во рту, а овощное рагу выше всех похвал. Как вам это удалось? Столько раз пробовал, но еще никогда блюда не были настолько вкусными. В чем секрет?
На подобные заявления пожимала плечами. Рецепты традиционные. К счастью, ирнейская кухня не особенно отличалась от земной. Ближе к европейской, конечно. О русских борщах тут никто не слыхивал. Старая поваренная книга, обнаруженная в библиотеке, это подтверждала. Возможно, отличались методы приготовления, специи, еще кое-какие нюансы, из которых складывался вкус блюд. Но, в моем случае, главную роль играло настроение, с которым колдовала на кухне. Мне нравилось баловать Эни разнообразными ужинами, обедами и завтраками, поэтому и готовила с удовольствием. С плохим настроением даже не рисковала соваться на кухню. Имелся печальный опыт. То пересолю, то пригорит, то забуду специй добавить. Но не объяснять же это Рашу? Ему готовить не буду! В конце концов, я тут не служанка, и питание не входит в договор.
  
Сразу после ужина мы разбрелись по комнатам. Айриэн заявила, что у нее полно домашних заданий, Редстону, и так понятно, обустраиваться на новом месте. Ну а мне захотелось побыть в одиночестве. Прихватила свод законов Ирнеи, в компании с которым и провела остаток вечера. Уже утром, когда готовила для Эни завтрак, прокручивала в голове новые знания.
Нехилую свинью подложил лерд Шед, всучив звание почетного жителя. Преимуществ хватало, но для меня они превращались в повинность. К примеру, приличия требовали присутствия на благотворительных вечерах, балах и торжественных мероприятиях. Я не против благотворительной деятельности, и, если потребуется, найду время. Но балы? Масса незнакомых людей и толпы озабоченных мужчин? В книге об этом не упоминалось, но легко сложить два и два. Дело в том, что внешне я слишком походила на эллеров. Тонкая кость, светлые волосы и глаза. Такие люди несли в себе ген древней расы, магию. Вот только гриэльцам невдомек, что там, откуда я пришла, сероглазых блондинок пруд пруди.
– Ммм, божественный запах! – от вкрадчивого голоса, раздавшегося над ухом, едва не подпрыгнула. Лер Раш подошел так тихо, что не расслышала, встал вплотную, прижал к кромке стола. – Доброе утро, месси Лэйлин, – имя произнес, растягивая буквы, будто пробуя на вкус.
– Доброе, – машинально ответила я. Близость мужчины пугала, как и внимательный взгляд, от которого, казалось, не ускользнула ни одна мелочь.
Я ведь не сразу вспомнила, что с нами живет новый сосед. Поэтому надела привычное платье с открытым вырезом и короткими рукавами. Собственно, из-за последнего его и выбрала, удобнее готовить. А еще вдруг вспомнила, как провела рукой, испачканной в муке, по лицу. Собиралась умыться, но не успела. Теперь же белые следы отпечатались на подбородке и щеке. Вдобавок, я как раз пробовала клубничный джем, которым начиняла блинчики, и не успела облизать испачканные сладостью пальцы. Нда, была такая привычка.
– Вы выглядите так мило, по-домашнему, – нахал расплылся в обольстительной улыбке, – позволите? – Он коснулся щеки, смахивая мучной след.
Готова поклясться, что вытер с первого раза, однако водил пальцами по коже, обрисовывая скулу и линию подбородка. Когда добрался до уголка губ, я дернулась, отклонилась подальше. Хотела оттолкнуть лера, но вовремя остановилась. Мужчина, несмотря на раннее утро, выглядел безукоризненно. Гладко выбрит, свеж. Камзол новый, с иголочки, белая рубашка, шейный платок.
А я чуть не оставила маслянисто-сладкий след!
– Оу! – Раш легко перехватил мои запястья и развернул ладони к себе, – у вас такие нежные ручки. Изящные и… – безумец вдруг наклонился и слизал джем.
Меня будто молнией пронзило. От макушки до пяточек. И живот скрутило в тугую спираль.
Что он делает?
А лер ухмыльнулся и продолжил занятие, не оставив без внимания ни один пальчик. При этом не сводил потемневшего взгляда, который вспыхивал, когда я судорожно вздыхала или закусывала губу. Нехитрой лаской Раш умудрился довести до состояния, когда уже ничего не соображала. С Вадиком не было ничего подобного, да ему бы и в голову не пришло. Сейчас же сердце замирало в предвкушении того, что могло последовать за этим.
Легкие шаги Эни прозвучали в утренней тишине гулким набатом, они мигом отрезвили. Выдернув из рук лера ладонь, залепила звонкую пощечину. Оттолкнула. Это оказалось легче, чем думала. Очевидно, сосед посчитал, что растаяла от ласк и не окажу сопротивления.
Угу! Размечтался! – почувствовала, как запылали щеки, и поспешила вымыть руки и поплескать в лицо холодной водой. Как раз закончила, когда на кухню влетела Айриэн.