Корона Руперта

– Да, но в рунном накопителе не соберешь много силы, – волшебница задумчиво вглядывалась в рисунок, – поэтому, когда Бизард ударил мощным ледяным копьем, щит не выдержал.
– Это очень простая, дешевая и эффективная защита для простолюдинов. Думаю, что мы еще увидим подобные щиты, где в качестве накопителя используются драгоценные камни, – сказал Хош.
– Такие щиты существуют, – подал голос Бизард, – я видел их в Империи, но было это очень давно. Когда я был юн. Очень юн.
– Почему же их нет сейчас? – спросил Хош.
– С драгоценными камнями выходит слишком дорого. А с рунами – то ли не хотели возиться, то ли решили, что незачем давать людям такую простую и действенную защиту от магов.
– Но это могло спасти много жизней воинов!
– Не забывайте о том, друзья мои, что столкновения с Лэссэнай начались не так давно. До этих же пор Империя несколько столетий воевала только со своими же провинциями. И делала это так увлеченно, что настолько маленький сосед, как Загорье, оказался предоставлен самому себе. Так и получилось, что и жизнь здесь другая, и магия «с вывертом», – старый маг говорил все это тихим голосом, неторопливо раскачиваясь взад-вперед, словно в такт одному ему слышной мелодии. – Но если разобраться, то этот самый «выверт» не такой уж и сильный. Поскольку местные не используют заемную силу, полагаться им приходится лишь на свою собственную. А много ли намагичишь на одной только своей силе? Вот и развивают они ее как могут, и с заклинаниями изощряются вовсе не от хорошей жизни. Там, где мы просто проламываем стену, им приходится искать кружные пути. Обратите внимание: как только мы бьем, вкладывая большую мощь, изощренность перестает их выручать.
– Но наши запасы заемной силы не безграничны, – возразила Ангельма, – а пополнять их за счет местных людишек уже небезопасно.
– Как бы нам еще та деревенька в горах не аукнулась, – мрачно добавил Хош, – прокрались бы тихонько – и лэссэнаями прикрываться не нужно было бы.
– Без переполоха, устроенного нашими восточными соседями, гарантированно пришлось бы иметь дело со стражами перевалов. Спуск с пятого перевала только один, и в обычные дни он постоянно патрулируется, – лениво парировал Бизард.
– Что по поводу короны Руперта? – мгновенно ощетинившаяся при упоминании уничтоженного селения волшебница предпочла быстро сменить тему.
– По поводу музея – уже даже не удивлюсь, если это окажется правдой, – пожал плечами южанин, – а вот по поводу инициации ничего не понял. Старый, не ошибся ли ты? Не будут ли все наши труды напрасными?
– Если хочешь надежно спрятать важную вещь, положи ее на видное место, – не сбиваясь со своего ритма раскачивания, тихо молвил старший имперец. – Очень удобно: видеть может каждый, участвовать в ритуале посвящения – каждый начинающий волшебник, но о принципах работы артефакта знают лишь единицы из Высших магов. Я уверен в том, что ритуал помогает загорским магам развивать источник собственной силы. Без короны Руперта, или шлема Ру Пэрто, как сказал незабвенный Олл Юрис, местные волшебники давно бы выродились.
– Хорошо, если так, – бритоголовый зевнул и начал заворачиваться в одеяло, – иначе мы в этом забытом богами княжестве сложим свои головы.
– Ложись спать, Ангельма, – Бизард прекратил раскачиваться и набросил на плечи свое одеяло – ночи были еще достаточно холодны, – завтра попытаемся слиться с людским потоком и пройти через село.
8
Шум падающей воды заглушал все остальные звуки, поэтому казалось, что осыпающиеся из-под его ног камни катятся вниз по скале абсолютно бесшумно. Из выточенного столетиями в теле горы русла горная река срывалась вниз с десятиметровой высоты, разбивалась вдребезги о скальный порог, ниспадала широким и уже совсем невысоким водопадом в небольшую котловину, а уже оттуда устремлялась дальше вниз, к предгорьям – вновь бурлящим стремительным потоком.
Лури стояла под водопадом, призывно протягивая к нему руки, и весело смеялась. Ее глаза искрились счастьем, и каким-то непостижимым образом он понимал, что является виновником этого самого счастья. И было ему от этого легко и радостно.
 
Из водопада виднелись только лицо и руки девушки, все остальное казалось укутанным в колышущиеся на ветру полупрозрачные одежды, позволяющие разглядеть лишь силуэт ее обнаженного тела, что делало ситуацию еще более волнительной.
Хитро прищурившись, Лури поманила его к себе пальчиком, и он ускорил шаг, чувствуя, что счастливо улыбается ей в ответ…
Внезапно налетел порыв холодного ветра, солнце скрылось среди туч, горы пронзила крупная дрожь. Шум водопада оказался заглушен нарастающим грохотом раскалывающихся скал. Он поднял голову и увидел катящиеся вниз громадные куски гранита. Страх сковал его сердце. Страх за себя и за Лури. И бессильная ярость от невозможности отвести беду кузнечным молотом забилась внутри черепной коробки.
Каменный поток прошел мимо, не задев его и насыпав целый гранитный вал между ним и Лури. Он не мог теперь ее видеть, не знал, что сталось с девушкой, попал ли под каменную лавину водопад. Попытался закричать, но из сдавленного ужасом горла вырвался лишь хрип.
– Лури!
Эсс Вале рывком сел на своем временном ложе в небольшой казарме северного опорного пункта. По лицу катились струйки липкого пота. Сердце бешено колотилось в груди.
В ночной тишине было слышно только мерное дыхание свободных от службы стражей перевалов, размещенных здесь же прибывших с Полным магом из Тэры бойцов и временно рекрутированных ополченцев из ближайших селений.
На заставу прибыли вчера ближе к вечеру. Смысла тащиться в горы на ночь глядя не было. Потому, коротко посовещавшись с Илл Делисом, решили заночевать на заставе. Тем более что сотнику нужно было войти в курс дел, случившихся здесь за время его отсутствия. И первым заданным им вопросом был: вернулся ли с гор Алли Крусер? Получив отрицательный ответ, Делис заметно помрачнел и сделался на редкость неразговорчивым.
Вот и сейчас кровать сотника была пуста – по всей видимости, переживания о судьбе старого боевого товарища не дали ему уснуть. Но Вале сейчас было не до Илл Делиса и его переживаний.
Он узнал место из своего кошмарного сна, но точно знал, что Лури никогда там не была. Так что же это было? Сон-предупреждение или просто игры утомленного разума? Девушке грозит опасность или это просто страшный сон? И что делать ему? Не обращать внимания и никогда не простить себе того, что не пришел к ней на помощь? Или бросить все и мчаться к Лури, пусть все остальные проблемы подождут?
Ах, если бы он был сам по себе, то, несомненно, так бы и поступил. Но сейчас он был на службе, от его действий зависели жизни многих людей, и если их гибель окажется на его совести, то он тоже себе этого никогда не простит. Как же быть?
Вале дрожащей рукой достал из-под рубахи медальон, щелкнул пальцами, подвесив на уровне лица маленький светящийся шарик, и вгляделся в изображение Эль Лури. Ему это кажется или белая эмаль по краям медальона приобрела легкий багряный оттенок? Непонятно. Он сейчас слишком возбужден этим тревожным сном и может просто убедить себя, что видит то, чего нет на самом деле. Да и магический огонек не самый надежный источник света.
Пытаясь унять сердцебиение, гроссмейстер провинции покинул казарму. На крыльце, прислонившись плечом к деревянному столбу, стояла закутанная в плащ фигура.
– Что, твое магичество, тоже не спится? – сотник обернулся на звук открывшейся двери, но, разглядев перекошенное лицо волшебника, сменил тон: – Что случилось?
– Сон, дурной сон.
– Хм, не знал, что наш гроссмейстер боится дурных снов.
– Это был невероятно реальный сон. Сначала все было хорошо, а потом… Потом стало очень плохо. Посмотри, Делис, – маг сорвал с шеи цепочку с медальоном и протянул сотнику.
– Твоя женщина? – Илл Делис, прищурившись, поднес раскрытый медальон поближе к горящему факелу.
– Да… нет… – волшебник смутился, – знакомая, хорошая знакомая.