Создатель иллюзий. Начало (СИ)

— От тебя вообще почти ничего не требуется… Только на пару секунд вернись в человека полностью. На пару, не больше.
Рэйс усмехнулся, проявился… и тут же рухнул на колени от накатившего на него ужаса. Все вокруг приобрело серо-свинцовый цвет, а на мага накатила такая безнадега и страх, что он завыл в голос.
— Перекидывайся!!! Быстрее!!! — голос Карачуна в ушах Рэйса звучал громовыми раскатами, а фигура енота расплылась дымным серым облаком и резко приблизилась к магу.
Собрав все свои силы, маг попробовал сконцентрироваться, но не смог сделать даже начальный конструкт для иллюзии. Рэйс дико завопил от затопившего его ужаса безысходности; он чувствовал, как его сознание растворяется — он умирал.
* * *
Рэйс чувствовал, что его куда-то волокут прямо по траве. Ему казалось, что он вернулся из какого-то другого, далекого мира или очнулся после глубокой заморозки, поразившей его мозг на долгие века. Он не помнил, когда и как вырубился. Откуда адская головная боль, способная поднять и мертвеца? Откуда взялся этот чокнутый енот, чьи вопли сверлят ему уши?
Внезапно яркий режущий свет едва не взорвал его черепную коробку. Он знал, что валяется на траве, скорчившись и прижав руки к груди, но дико боялся открыть глаза, чтобы удостовериться в этом.
— Ну ты, мать твою, и кабан, — раздался рядом голос Карачуна, — Откормился на мою голову. На болоте ты точно в два раза меньше весил.
Рэйс перевернулся на спину и осторожно приоткрыл один глаз. Высоко в небе светило солнце. Маг молча полежал на траве, разглядывая медленно плывущие облака. Поняв, что занимается ерундой, он перевернулся на живот и столь же внимательно изучил землю. Карачун легонько толкнул его булькнувшей фляжкой, зажатой в лапе.
— Держи. Поправляй здоровье, а то я смотрю, оно у тебя в разные стороны торчит. И то местами.
— Что это было, а?
— Аура Обреченности.
— Ты охренел, дятел сутулый? Зачем на мне-то ее испытывать надо было? Я видел, как ты на Раса ее набрасывал, мне и того раза хватило, хотя я только со стороны смотрел.
— Ты тогда ее прочувствовать не мог. Она воздействует исключительно на живые материальные объекты, а ты был полностью в иллюзии и своего тела не имел. Я потому и попросил тебя сейчас перекинуться в человека.
— Нахрена?!! Зачем тебе вообще понадобилось ее проверять на мне?!! Я же чуть не сдох! — от негодования Рэйса снова затрясло, а его кулаки непроизвольно сжались.
— А я ее и не включал… — как-то потерянно произнес Карачун, — Она там везде была. Сама по себе. Теперь понятно, почему зверья и птиц в лесу нет; они его за сто лиг обходить должны.
Рэйс резко сел и ошарашенно уставился на енота. Тот развел лапы в стороны, одновременно пожимая плечами.
— Сам ничего не понимаю. Но когда сидел на дереве с засадным амулетом, то вспомнил у кого видел похожие. А владел такими цацками давно пропавший Ловец. Там дело темное было с его исчезновением; Трибунал объявил его ренегатом и выдал вердикт на его поимку. Но он, как в воду канул. И вот теперь мы находим его след… На территории оборотня-архимага, связанного с хамелеонами. Ох, е-мое, во что же мы ввязались… Смекаешь, бро, какая жопа нарисовалась из ниоткуда?
* * *
Темно-багровый диск местного солнца частично уже зашел за горизонт, и листья в кронах деревьев приобрели жутковатый кроваво-красный оттенок. Абсолютно мертвый лес погружался в сумерки. Вместо поющих птиц и копошащегося в листве лесного зверья слышались только шаги двух бредущих друг за другом магов. Эта тишина удручала и давила на их психику какой-то фантасмагорией происходящего.
Енот, при всех своих феноменальных способностях Ловца так и не смог взять след от амулета-ловушки, который они нашли на дереве. Рэйс впервые видел своего товарища в таком состоянии. Казалось, Карачун вошел в раж, неистово вынюхивая и обследуя любой кустик и каждую кочку вокруг места гибели хамелеона. Мысль, что он наткнулся на след давным-давно пропавшего и объявленного в розыск Ловца засела в голове енота раскаленной иглой.
 
Рэйс больше не решался проявляться в физическом теле, постоянно гоня впереди себя иллюзию рыси; слишком свежо было воспоминание о том, как ему было хреново, когда он попал под действие ауры. Тем не менее, ноги уже изрядно гудели, а периодические мерцания иллюзии напоминали, что завтрак давно переварен и не плохо было бы что-нибудь закинуть в желудок. К тому же, как на зло, мягкая лиственная подстилка под ногами сменилась на практически непроходимый бурелом. Деревья стали расти реже, и пространство между стволами здесь было покрыто высокой травой вперемешку со старыми остатками сухостоя. В паре мест пришлось буквально протискиваться между многоярусными завалами коряг, обильно заросших густым кустарником. И если Карачун, то ворчливо бурча себе под нос, то громко матерясь на все лады, еще как-то умудрялся пробираться в этих заторах, то Рэйсу приходилось несладко. После пережитого стресса от воздействия Ауры, он управлял рысью из рук вон плохо.
— Давай назад уже поворачивать, скоро стемнеет уже, — Рэйс убедившись, что от злополучного места гибели своего "сопровождающего" они отошли уже достаточно далеко, осторожно сбросил иллюзию, — Я в темноте бесполезен абсолютно, а смысла себе подсвечивать не вижу. Далеко не увижу, зато сам, как на ладони буду.
Если Аура и продолжала немного воздействовать на мага, то в вечерних сумерках этого совсем не ощущалось — все вокруг было и так серым, мрачным и тоскливым. Так что дальнейшую трату сил на иллюзию Рэйс счел неразумной и расточительной блажью.
— Мне срочно пожрать надо, резерв не бесконечен. У тебя осталось чего в загашнике? И когда поворачивать-то будем? Лично меня ноги уже не держат.
— Так мы вроде как к флайеру и идем. Только не обратной дорогой, а напрямик через чащу, — енот, не оборачиваясь, извлек из поясной сумки пару ломтей сушеного мяса и протянул их назад компаньону, — Через пару лиг должны выйти на поляну, где транспорт оставляли.
Но ни через пару лиг, ни через пять, они к флайеру так и не вышли. Во время блужданий по лесу менялись только виды и количество деревьев вокруг, но проклятая полянка с флайером так и не появилась.
— Хрен знает что! — раздраженно зашипел енот, — Где мы вообще?
— Так я не хрен, откуда мне знать? Это же ты у нас лесной следопыт.
— Мы должны были выйти к флайеру несколько лиг назад. Я точно выбрал направление. А я никогда не ошибаюсь с направлением!
— Все бывает в первый раз, Карачун. Давай присядем хоть ненадолго, ноги гудят.
Отдохнув пару минут и посовещавшись, маги приняли решение идти обратно по своим следам. Дорога в темноте снова подкинула сюрприз, и спустя несколько лиг они вышли на небольшую полянку, окруженную невысоким колючим кустарником и оканчивающуюся глубоким обрывом; они внезапно оказались на вершине утеса.
— Эй, кажется, нас тут раньше не было, — озвучил очевидное Рэйс.
— Но следы-то наши… — ошарашенный енот опустился на четыре лапы и принюхался, — Точно, и запах наш. Но я тоже уверен, что мы на этой полянке еще не были! Бред какой-то. Нужно осмотреться.
Они подошли к краю поляны и уставились вниз с утеса. Судя по всему, они сейчас находились на большой высоте, так как лес внизу казался темным морем.
— Вон наш флайер! — Карачун ткнул пальцем в крохотные, красные огоньки, мерцающие внизу, примерно в пяти лигах от них, — Странно. Мы сейчас, получается, на той горе, что была слева от флайера. Но мы уходили вправо; не могли же мы такой крюк сделать, чтобы сюда выйти! Мы должны быть на противоположной стороне, примерно вон там!
Рэйс его не слушал; темное море деревьев внизу его завораживало. В ногах появилась какая-то слабость, которую он тут же списал на усталость от бесконечного дневного хождения. Внезапно сквозь вязкий кисель мыслей к нему стал подбираться страх. Казалось, что ненадежная земля под ногами сейчас осыплется, и он полетит вниз, с огромной высоты прямо на пики верхушек деревьев. Рэйс никогда не боялся высоты, но такое настойчивое видение заставило его отойти сперва на шаг от обрыва, затем еще на шаг. И еще. Он продолжал пятиться спиной, заворожено уставившись на край утеса. В глубине грудной клетки зарождалось и ширилось чувство чего-то холодного и жутко неприятного. Виски тронуло настойчивой пульсирующей болью. Зародившийся в глубине души страх выплеснулся наружу чувством настоящего животного ужаса. Сам того не замечая, он уже вплотную подошел к кромке кустов, обрамляющих полянку с трех сторон. Ноги и руки внезапно свело жесточайшей судорогой, в голове словно стучали кувалдой. Фигура енота впереди дрогнула и расплылась серым дымом, ясно различимым на фоне ночного неба. Рэйс попытался создать иллюзию, но влияние Ауры уже было необратимым. Организм сковал паралич, а голоса в голове зашумели так, что заложило уши.