Гений клана (СИ)

— «Я помню что-то такое, но… смутно. Тогда я ещё не смотрела твоими глазами и не слышала — ушами так, как сейчас». — Смущённо призналась змейка. Впрочем, это смущение не помешало ей задать следующий вопрос. — «Но почему они пропали?».
— «Я склонен винить в этом конфликт маны с проникнувшей в наш мир через врата анимой, которая оказалась банально сильнее. Со временем одна энергия подавила другую, и чаротворцы исчезли. Зато появились анимусы…».
  
— «И сейчас ты хочешь проверить, не является ли венок вместилищем маны? Эта мысль пришла к тебе только потому, что эти энергии взаимоисключающи?».
— «Именно. Я могу избавить брусок металла ото всех частиц анимы, даже мельчайших, но это будет непросто, и без использования барьера пройдёт меньше часа, как он снова „загрязнится“. Здесь же нет ни барьеров, ни даже просто рун, но анима в металле по какой-то причине отсутствует напрочь». — Эта мысль пришла к перерождённому совершенно неожиданно, но он всё равно не постеснялся тут же доработать концепцию и пустить её в дело.
Выгорит — и Элин сорвёт куш.
Провалится — потеряет немногим больше полутора часов.
И что самое важное — никакого риска.
Наконец Нойр закончил с подготовкой «поля боя», повторно пробежавшись по всем элементам получившегося конструкта. Всё было готово от и до, что позволило Элину сходу приступить к непосредственно эксперименту.
Солидная порция анимы, контролируемая замершим вне барьера анимусом, начала проникать в венок, и — бинго! — процесс сопровождался едва заметным, но всё-таки сопротивлением, отличным от такового у серебра как металла. Если не пытаться целенаправленно это зафиксировать, то даже опытнейший мастер рун с большой вероятностью ничего не заметит.
— «Отлично…». — Анимус с улыбкой маньяка наблюдал за тем, как его анима начала проникать в первый цветок, а секундой позже барьер начал распадаться изнутри. Конфликт энергий, невидимый ни зрительно, ни в человеческом восприятии шторм — вот, что происходило прямо у него на глазах. — «Прекрасно!».
Не удержавшись, Элин прошёл сквозь барьер, восстановившийся прямо за его спиной. Прежде спящая, натура исследователя наконец нашла выход для своих желаний, и потому прямо сейчас анимус поместил руку туда, куда, по его мнению, изливалась мана. Он не опасался за своё здоровьи или жизнь, разумно полагая, что его собственные объёмы анимы с лёгкостью отобьют давление со стороны более слабой маны, которой, к тому же, было совсем немного, но хотел почувствовать, каково это — контактировать с маной, что осталась лишь в легендах.
— «Наблюдаю незначительное агрессивное воздействие, успешно подавляемое естественным током анимы».
— «Не только ты, змейка». — Элин хладнокровно наблюдал, как вокруг его руки кружатся язычки не-совсем-пламени, образующегося при контакте анимы и маны. — «Попробуем отыскать способ обнаружения маны, пока она у нас ещё есть».
Как бы грустно это ни было, но вытесняемая из венка мана при контакте с анимой попросту сгорала, выделяя немало тепла. И если с охлаждением анимус справился с лёгкостью, то о пополнении запасов дефицитной энергии речи не шло.
И раз уж эта сила подвластна культу, то Элин был обязан попытаться найти способ её обнаружения…
  
Глава 40
 
— Элин, ты там хотя бы жив⁈ — Алексия уже не в первый раз звала любимого, но тот никак не отзывался. Более того, за дверью стояла мёртвая, неестественная тишина, будто там действительно не было никого живого.
И этих двух обстоятельств девушке хватило для того, чтобы запаниковать, прибегнув к крайним мерам. Взметнулась грива рыжих волос, щёлкнул замок — и из небольшого углубления справа от двери оказался изъят артефакт в форме ключа, который, впрочем, исполнял ту же роль, что и его заготовка.
А именно — позволял открывать запертые двери. И Алексии было плевать, что вместе с данной конкретной дверью «откроются» и барьеры, работающие в пассивном режиме в то время, когда внутри находится Элин.
— Элин?.. — Распахнувшаяся дверь одновременно и позволила девушке облегчённо выдохнуть, — парень оказался жив, — и заронила в её сердце семя опасения за психическое здоровье спутника.
Перерождённый сидел посреди комнаты со шлемом на голове и держал в руках терновый венок, меж шипов которого водил пальцами в каком-то строгом, необычном ритме, сочетающимся с размеренными покачиваниями из стороны в сторону. В то же время рядом с ним валялись три будто бы увядших цветка, а оставшиеся два, удержавшиеся на венке, сияли так ярко, что это было заметно даже в хорошо освещённом помещении мастерской.
Абсолютно всё указывало на то, что Элин с головой ушёл в работу, но необычные декорации не позволили Алексии просто прикрыть дверь и притвориться ветошью. Вместо этого она замерла, разглядывая любимого, а спустя несколько секунд тот замер, вернувшись в реальный мир.
— Не беспокойся, ты мне не помешала. — Добродушно сказал парень, поднимаясь на ноги и разминая затёкшие конечности. При этом венка из рук он не выпустил, из-за чего обзавёлся парой небольших кровоточащих ранок. — Мне и самому стоило прерваться чуть раньше…
— Ты так увлёкся созданием этого венка?
— Скорее его изучением. Очень… — Анимус трижды подумал над тем, стоит ли посвящать в это своих близких, и пришёл ко вполне очевидному выводу. — … интересный артефакт. Пойдём ужинать?
— Уже два часа ночи, Эли. — Мягко сказала девушка, после чего добавила: — Но я могу тебе что-нибудь приготовить.
— Звучит просто замечательно. — Перерождённому не нужно было даже прислушиваться к собственному желудку, чтобы понять — он очень и очень голоден. Словно не сидел в одной позе, а носился вокруг стен города, изображая из себя заправского марафонца. — Но в следующий раз, пожалуйста, ложись одна. Не нужно мучаться, дожидаясь, пока я выйду из мастерской.
— Я выбирала тебя для того, чтобы засыпать в одиночестве? — Алексия практически набросилась на парня, едва тот прошёл чуть вперёд. — Нет, Эли, так не пойдёт!
— От работы не убежишь! — Весело ответил Элин, особым образом извернувшись и перехватив девушку поудобнее. Секунда — и вот уже он держит её на руках, игнорируя протестующий, но довольный писк. — Сказала бы прямо, что хочешь отдохнуть. Я ведь такой, могу и заработаться.
— Дурак! Я просто не хотела тебя отвлекать от работы. Вижу же, что это важно. — Алексия наконец-то успокоилась, повиснув у перерождённого на шее. И против парень не был совершенно. — Тем более дел у меня тоже немало. Учёба, учёба… да, и в третий раз учёба.
— Ты не перегружаешь себя?
— Я даже не вполовину так же талантлива, как ты, так что компенсировать этот недостаток могу лишь упорным трудом! — Алексия вздела палец к небу, но на Элина этот жест особого влияния не оказал.
— Не равняйся на меня, Лекси. Это не только бессмысленно, но и вредно…
К этому моменту пара как раз добралась до кухни: рыжик устремилась к холодильному ящику, а Элин подошёл к окну, окинув взглядом тонущий во тьме район клана Нойр. Там, на широких улицах, сейчас не было ни единого человека, а единственными источниками света выступали вывешенные над дверьми фонари, отчасти освещающие дорогу, по которой должно было ходить патрульным отрядам. Всё естество перерождённого пело от восторга, ведь сегодня ему удалось прикоснуться к Древнему и Легендарному — мане.
И не только прикоснуться, но и научиться кое-как её чувствовать. Пусть не на большом расстоянии, но в трёх-четырёх метрах от себя анимус отныне мог обнаружить функционирующие на другой энергии артефакты, что в его деле было огромнейшим подспорьем. Лишь одно его расстраивало — обучиться управлению этой силой для анимуса было невозможно, да и, на самом деле, бессмысленно.
  
— К мясу сделать салат или кашу? — Спросила разошедшаяся в своём порыве заботы девушка, казалось, напрочь позабывшая о своём изначальном намерении просто разогреть ужин.
— Салат, Лекси. Просто… — По восприятию перерождённого словно проехалась гружёная повозка, а он сам чуть пошатнулся. — … салат. Я выйду ненадолго. Помнишь, где самая безопасная комната?